Чтение онлайн

— Знающая, — нарушил молчание Отнар Шао, — знающая Ранмарн… Тебя не так просто заставить подчиниться. Как давно твою специализацию составляло именно направление на Ранмарн?

— С двенадцати лет.

Вспоминаю те страшные дни, тогда мне казалось, что хуже быть уже не может… как оказалось, может.

— Как получилось, что знающую с неподобающей внешностью допустили к продолжению обучения? — продолжил допрос ведущий.

— У меня были высокие баллы и приоритетное направление «История становления Талары», — ответила правду, но в урезанном виде.

— Да… — протянул ведущий, — редкая в наше время специализация. Не каждый способен правдиво и убежденно лгать обучающимся. Да, Эля?

Нравственная составляющая… снова нравственная составляющая…

— В истории Талары были негативные моменты, — произнесла тихо, тщательно подбирая слова, — но наше настоящее оправдывает ошибки прошлого. И да, инор Шао, то, что мы передаем в качестве знаний, не всегда соответствует истине, но… но мы обязаны растить своих героев, для того чтобы Талару не уничтожили герои иных государств!

Удостоилась еще одного внимательного взгляда, а затем ведущий с улыбкой сообщил:

— Что же, Киен сделал достойный выбор.

А я почувствовала себя уставшей, опустошенной, даже не так — выпотрошенной.

Резиденция таара Иргадема располагалась на Таларе. Это знал каждый талариец, но мы прибыли не к резиденции отца Талары, мы приземлились в тропическом лесу, таком же, какие показывали древние видеоалы, а на Таларе не было таких лесов.

— Протяни руки, я опущу тебя. — Не дожидаясь моего ответа, ведущий осторожно поставил меня на землю.

Я все так же удивленно оглядывалась. Лес, высокий, живущий удивительной ночной жизнью, повсюду цветы и полнейшее отсутствие техники. Создавалось ощущение, что мы перенеслись в древние времена…

— Идем, Эля, нас ждут. — И вновь схватив за руку, Шао повел меня по дорожке к виднеющемуся впереди леса зданию.

Громко пели цикады, кажется, их называют так, и этот стрекот почти оглушал, но теперь я могла лишь слушать, отчаянно пытаясь успеть за ведущим и не упасть в этой ужасной обуви.

У складных деревянных дверей нас ждали контролирующие безопасность в черных сайкене, но инор Шао прошествовал мимо них не глядя. А дальше мы двигались по деревянному полу мимо бумажных расписных стен, мимо картин, которые составляли культурное наследие Талары и обязаны были находиться не здесь, а в главном культурном хранилище, и должны были содержаться под стеклом, в специально созданной атмосфере, предотвращающей их естественное тление. И факт обнаружения картин здесь меня на удивление возмутил. Я все еще осматривала полотна, те изображения, которые мы изучали по «Истории искусств», когда неожиданно инор Шао остановился. Я едва удержала равновесие и только сейчас посмотрела вперед — там стояли женщины. Все из познающих искусство, потому что яркие, накрашенные, да и подобные одеяния дозволялось носить лишь им. И на фоне этих ярких, как цветы, женщин уже не столь заметны показались несколько мужчин в нейтральных сайкене… даже не могла определить, кто они.

Деревянная дверь медленно вошла в стену, открывая проход, и на порог вышел сам таар Иргадем. Восторженно замерла, но тихий шелест отвлек мое внимание от отца Талары. С удивлением посмотрела на женщин — они опустились на колени! На колени!!! А затем склонились, касаясь лбами лежащих на полу рук! Этот вопиющий факт поклонения не просто возмутил — взбудоражил. И тут я услышала тихое и гневное:

— Эля!

Подняла глаза на Отнара Шао и поняла — от меня ждут подобного! Чтобы я встала на колени?! Я, знающая Академии Ранмарн! Таларийцы — гордый народ, мы не поклоняемся богам, мы склоняемся перед мудростью, в знак уважения… То, что сделали эти женщины, — унижение! Но именно этого от меня ждали! Отнар Шао, поджавший губы и до боли сжавший мою ладонь, которую все еще держал, мужчины в странных сайкене без опознавательных знаков, женщины, украдкой поглядывающие в нашу сторону. Почувствовала, как жар опаляет лицо, и гордо, да, я обладаю гордостью, вскинула подбородок, впервые взглянув в глаза таара Иргадема. Он очень похож на Киена. Нет, не внешне, а этой внутренней силой… но таар сильнее. И он тоже ждал от меня действий. Я была бесконечно зла на инора Шао, на женщин, которые повели себя недостойно, на маноре Шао и ее… «кобр», но… передо мной находился человек, которым я безмерно восхищалась, которого я уважала, чьего одобрения желала бы заслужить… Таар Иргадем — это герой нашего настоящего, он герой каждого ребенка с раннего детства, о нем мне читали первые сказки, его мы изучали как пример несгибаемого борца за идеалы Талары. И я поняла, что предам идеалы Талары, если последую примеру этих женщин, потому что таар Иргадем не бог, он гораздо большее, чем боги древних, он эталон истинного таларийца.

Вырвала ладонь из руки ведущего и склонилась перед отцом Талары, прикоснувшись рукой ко лбу и к сердцу. В моем жесте были уважение и преклонение, но… я не встану на колени! Никогда! И таар, тот таар Иргадем, которым я восхищаюсь, он поймет!

— Шао сделал достойный выбор. — Голос таара оказался негромким, чуть усталым и оттого таким родным. — Лирель Манире Шао, вы не разочаровали меня.

Справедливость существует! Не все в этом мире перевернулось с ног на голову. Он понял, оценил, признал… это ли не счастье для таларийки?

Выпрямившись, не могла скрыть радости и восхищения, а таар Иргадем продолжал смотреть на меня, он улыбался — понимающе, благожелательно, как и положено великому отцу Талары.

— Ар-командующий Шао сообщил, что вы изъявили желание следовать за своим спутником на внешний хатран? — спросил таар Иргадем.

— Да, мой таар! — Нужно поклониться, но я не могла оторвать взгляда от этого великого ведущего.

— Желание, достойное истинной спутницы, маноре Манире Шао.

Таар Иргадем обернулся, я последовала за его взглядом и заметила стоящего в том, другом, помещении Киена. Он смотрел на меня и улыбался, в глазах ведущего светилось одобрение.

— Ар-командующий, — продолжил таар Иргадем, — ступайте. Ваше время ограничено.

— Мой таар. — Киен склонился, но лишь слегка.

Киен Шао вышел, стал рядом со мной. Поняла, что аудиенция закончена, и снова склонилась перед идеалом Талары.

— Забавно, — внезапно произнес таар Иргадем, — ловили змею, а попался дракон.

Киен замер, резко повернулся, и в его глазах появилось что-то странное.

— Я пришлю материалы, — с загадочной улыбкой сообщил таар и, развернувшись, покинул нас.

Еще некоторое время удивленно смотрела на закрывшиеся двери, пока Киен не вернул к действительности:

— Идем, мой несгибаемый цветочек. — В голосе ведущего были нежность и… гордость.

И только теперь женщины, которые во время разговора находились в невероятной коленопреклоненной позе, начали подниматься. Познающие искусство действительно подобны шедеврам, и даже сейчас каждое их движение было наполнено красотой и грацией, вот только… мое восхищение значительно померкло после увиденного.

А Шао уже вел меня прочь, на этот раз мы шли неспешно, Киен явно приноравливался к моим неловким в этой непонятной обуви шагам.

— Киен…

— Все разговоры позже, Эля, — оборвал меня Отнар Шао.

И вскоре мы вновь вышли в ночь. Оглушительно пели цикады, теплый, напоенный ароматами трав и цветов ветерок касался лица, заставляя закрыть глаза и наслаждаться тем, чего я никогда не ощущала на Таларе… И уже не хотелось говорить, только стоять и чувствовать ветер… Но мне не позволили, и мы вновь сели в эсше. Отнар Шао на место пилота, Киен на второе кресло, а меня усадил к себе на колени и осторожно обнял.