Академия сумрака. Пыльца лесных фей
Шрифт:
— Не слезу.
— Да я это. Я, — лиса прыжком перемахнула расстояние от кровати до стола, поднялась на задние лапки, а передние поставила на стол, — фамильяр твой. Ласка я. Не мертвяк. Смотри — живее всех живых. Ты где видела, чтоб у мертвяков глаза блестели? А? притворялась я мёртвой, пошутить хотела…ну, и проучить немного.
Я мотнула головой и, на всякий случай, отошла подальше от морды лисы. Относительно, конечно. Мой стол не отличался большими размерами. Так что морда лисы всё равно оставалась в опасной близости.
— УФ! — фыркнула лиса, — упрямая, как стадо виверн. Присмотрись. Видишь признаки разложения? Погляди в мои ясные глаза — где там мутная пелена? Ну, подруга, ты же на лечебном факультете…напрягись!
В словах лисы был смысл. Я пригляделась, пытаясь отыскать признаки восставшего мертвеца и не нашла.
Лиса дышала, моргала, шевелила лапками. И взгляд у неё был ясный. Мертвяки так себя не ведут. Они стоят неподвижно, обнюхивая воздух, потом находят жертву, переводят на неё свой пустой, затянутый мутной пеленой взгляд и резко бросаются на добычу.
Не мертвяк…только легче не стало.
— Слушай ты, хрень хвостатая, — я добавила угрозы в голос, — ты кто?
— Ласка.
— Ща-ас… Ласка не говорила. Ни слова. Никогда.
Лиса покрутила мордой.
— Не говорила. Теперь говорю.
— Так я тебе и поверила. С чего такие метаморфозы?
— Нет никаких метаморфоз, Рэйна, — лиса вдруг сменила обличье, превратившись в привычную плоскомордую рыжую кошку, — просто раньше повода не было для разговоров.
— А теперь есть? — я опустила книгу и спрыгнула со стола, но осталась стоять рядом, чтобы в случае чего мигом залезть обратно.
— Угу. Теперь есть.
Я несмело шагнула к кошке.
— Ласка, это правда ты? — прошептала я.
Книга выскользнула из ослабевших пальцев и с громким стуком упала на пол.
— Правда, Рэй. Живая и здоровая. Ты прости…
Договорить я ей не дала. Бросилась к ней, схватила и крепко прижала к себе. А потом…всё накопившееся напряжение последних дней вдруг прорвалось наружу. Я уткнулась в тёплый бок кошки и разревелась.
— Ласка, я так испугалась. У меня ведь нет никого больше. Только ты и Аэл… — шептала я, захлёбываясь в слезах, — я ду-умала, что ты…ы-ыы…я так устала терять близких, устала притворяться сильной…
— Ну, всё. Всё. Прости меня за глупую шутку, мур-ррр — замурчала Ласка.
Шершавый язык лизнул мой глаз и я рассмеялась сквозь слёзы.
— Солёная какая, — фыркнула Ласка и упёрлась в мою грудь лапками, — ну, хватит, девочка. Развела тут сырость.
— Я всё, — отпустила фамильяра и утёрла слёзы, — сейчас доплачу и опять сильной буду.
Кошка уселась на задние лапы, обернула вокруг себя пушистый хвост и уставилась на меня немигающими жёлтыми глазами.
— Ты, девочка, запомни. Ты всегда сильная. Даже когда плачешь.
— Да? — икнула я.
— Ага.
Кошка подняла лапку, облизнула её и принялась умываться, щурясь от удовольствия. Я с глупой улыбкой наблюдала за ней, временами всхлипывая и судорожно вздыхая. На сердце было тепло. И даже злости на Ласку больше не было. Когда теряешь живое существо, цена денег перестаёт иметь значение.
Хотя про злость это я поторопилась.
— Ласка!
Кошка застыла с поднятой у мордочки лапкой, открыла глаза, а затем вопросительно на меня посмотрела.
— Ты почему столько времени молчала?!
— Говорю же — повода не было. Меня всё устраивало. Да и время ещё не пришло для разговоров.
— А теперь?
— Пришло.
— И-ии?
Кошка сердито фыркнула.
— Ты помыться мне дашь? Я так-то в темнице просидела несколько дней. Это вообще-то неприятно.
— Ласка!
— Да, ладно. Ладно. Чего орёшь? Иди, умойся и возвращайся сразу. Разговор долгий будет. И это, сообрази мне еды какой-нибудь. Я голодная, страсть просто. Все эти фокусы с имитацией смерти слишком много энергии забирают.
Поняв, что сейчас от своего вредного фамильяра ничего не добьюсь, я помчалась умываться. Вода смыла остатки слёз, но не смогла убрать следы рыданий. Красные глаза, опухший от шмыганья нос, пятна на щеках. Не получается у меня рыдать, как положено порядочной девице. Чтобы томно опухали губы, глаза наливались вселенской скорбью и слёзы, прозрачные, как хрусталь, печально скользили по щекам. Нет, я реву, как жаба на болотах — некрасиво кривлю губы и неизящно шмыгаю сопливым носом.
Чтобы хоть немного скрыть следы рыданий и избежать лишних вопросов, я провела по лицу салфеткой, смоченной в тонике от раздражений. Сверху немного припудрила пудрой. Пятна почти исчезли, а нос перестал напоминать картошку.
Выскочила в комнату, улыбнулась Ласке.
— Только попробуй куда-нибудь исчезнуть! — пригрозила я ей на бегу, — я тогда сама тебе голову откручу.
— Да куда я от тебя денусь. Вот тут лежать буду, — зевнула Ласка и запрыгнула на кровать, — мы с тобой крепко связаны.
Я недоверчиво хмыкнула и выскочила за дверь.
В столовой было пусто. Обед должен был начаться только через полчаса, но кухонные работники уже выставляли горячие блюда на раздачу. Я взяла несколько пирожков, пару жареных колбасок, две котлеты и большое яблоко. Завернула всё в салфетку, а яблоко сунула в карман куртки и помчалась назад.
Вылетела в коридор…и попятилась назад. Потому что в конце коридора шёл лорд директор с профессором Велассом. Они о чём-то разговаривали на повышенных тонах, поэтому не заметили меня. Я притаилась за дверью, дождалась, пока они свернули в другой коридор, а потом со всей скоростью, которую могла развить, побежала в свою комнату.
Ласка не обманула. Она валялась на кровати, растянувшись во весь рост и раскинув лапы в стороны.
— Обед, — я развернула салфетку и выложила добычу на стол.
— О! балуешь меня, мур-рр! Ещё бы молочка, но да ладно. И так всё отлично!
Ласка запрыгнула на стол, в один присест умяла всю еду и сыто фыркнула.
— Ф-ррр! Замур-рчательно…ещё бы прогуляться. Когти поточить…
— Неа. Говори, что ты там хотела.
Ласка показательно зевнула, скосила на меня жёлтый глаз, и вздохнула.
— Что ж. Сама виновата. Надо было и дальше молчать.
— Ласка!
— Всё-всё, не кипятись, Рэй, — кошка уселась поудобней, обвила вокруг себя хвост, а затем уставилась на меня жёлтыми огонёчками глаз, — начнём с того, Рэйна Аланта, что я не фамильяр.