Чтение онлайн

— Эй, вообще-то это запрещенный приём! — деланно возмутилась я. — Это же не магический турнир!

— Я не собираюсь с тобой сражаться, Роуз, — повторил он тихо и всё-таки подошёл, совсем близко, что у меня пересохло во рту.

Его пальцы коснулись моей щеки. Убрали прилипшую к влажной коже прядь волос. Потом скользнули мне на затылок. Я же в это время забыла как дышать.

А потом Вайлд наклонился ко мне, и его губы накрыли мои.

Я никогда раньше не целовалась. Чаще думала об этом с отвращением, но иногда все же пыталась представить, как это происходит. В дамских романчиках поцелуй описывался как нечто невероятное, чистый восторг, однако я была уверена, что это не так. Чем прикосновение губами к губам может отличаться от того же рукопожатия?

Но я ошибалась.

Губы Вайлда оказались горячими и нежными. И дарили такие ощущения, о существовании которых я даже не представляла. Вначале меня бросило в жар, потом охватила дрожь, похожая на лихорадку, и коленки подогнулись, как от слабости. И все это было приятным. Очень, очень приятным. Что в момент, когда Вайлд разорвал поцелуй, я испытала нечто сродни разочарованию. Он смотрел на меня с беспокойством и смятением, будто пытался разглядеть что-то в глубине моих глаз. Ответ на невысказанный вопрос.

И тогда я набралась смелости и тоже коснулась его щеки, чуть шершавой от пробившейся щетины, но такой же тёплой, как и губы. Несмотря на холодный дождь, его кожа пылала.

И мне снова захотелось его поцелуев, до уже знакомой лихорадочной дрожи. Я судорожно вздохнула и встретилась с его потемневшим взглядом. И тогда он порывисто притянул меня к себе, и я вновь оказалась во власти его губ.

Этот поцелуй отличался от первого, был более напорист и жаден, как глоток воды для измученного от жажды. И с каждым мгновением этого поцелуя, с каждым касанием губ, стена, что появилась было между нами, рушилась, рассыпалась, превращаясь в прах.

— Пойдём отсюда, ты промокла насквозь, — Вайлд оторвался от моих губ и прижался лбом к моему лбу, потом оставил короткий поцелуй на виске.

Я, все ещё плавая где-то между сном и явью, лишь краем сознания заметила, что вокруг уже успело стемнеть окончательно, а дождь усилился, грозя перейти в настоящий ливень.

— Пойдём, — повторил Вайлд, обнимая меня за плечи, — не хватало, чтоб ты заболела. Тебе надо переодеться и согреться.

— Ты тоже промок, — пробормотала я.

— Значит, будем греться вместе, — хрипло усмехнулся он.

А мне от этой двусмысленной фразы стало и без того жарко. И я тут же устыдилась собственных фантазий. Да что со мной такое?

Сердце забилось ещё чаще, когда стало понятно, что мы идем не в студенческое общежитие, а в крыло для преподавателей.

Внутри было тихо, коридор освещал мягкий свет. Комната Вайлда оказалась недалеко от входной двери, и нам удалось остаться незамеченными.

— Проходи, — он легонько подтолкнул меня, замешкавшуюся у порога, — не стесняйся.

Его спальня была очень похожа на его же кабинет: спокойные тона, немного мебели, все лежит на своих местах.

Вайлд сразу открыл шкаф и достал оттуда рубашку и штаны:

— Переодевайся скорее.

— В это? — я неуверенно посмотрела на вещи. Его вещи.

— Ну ты ведь любишь ходить в мужской одежде или я что-то перепутал? — он лукаво улыбнулся.

— Обожаю, — хмыкнула я и всё-таки забрала их.

— Можешь переодеться в ванной, там и полотенце есть, — Вайлд показал на еще одну дверь.

Я быстро скрылась за ней и сразу начала стягивать свою промокшую насквозь одежду. Воспользовалась и полотенцем, чтобы просушить волосы. А потом надела вещи Вайлда. Рубашка и штаны, конечно же, оказались мне велики, поэтому пришлось подкатывать и рукава, и брючины, но зато они едва уловимо пахли им, и это вызывало необъяснимое волнение.

Пока я была в ванной, Вайлд тоже успел переодеться и даже раздобыть где-то горячий чай.

— Отлично выглядишь, — он окинул меня веселым взглядом.

— Я думала, тебе больше по нраву юбки и рюши, — отшутилась я.

— Ты изменила мои предпочтения, — ответил он с улыбкой. И жестом пригласил к столу.

— О, значит, теперь я могу ходить в брюках? — подхватила я тем же тоном.

— При мне — да, на людях — не рекомендую.

— Ничего ты не изменился, — фыркнула я. — Такой же зануда как и был.

Я остановилась у стула и замерла, выжидательно глядя на него. Он ответил вопросительным взглядом.

— Стул, — пояснила я. — Кто меня учил этикету?

Вайлд хмыкнул и отодвинул для меня стул, на который я сразу опустилась. Как леди.

— Значит, все было не зря, — заметил с усмешкой он, садясь рядом.

— Вы всё-таки сомневались в моих умственных способностях, господин Вайлд? — парировала я с беззлобным ехидством.

— Ничуть не сомневался, госпожа Санрайз, — и он подвинул мне чашку с чаем. — Боюсь, вы сами в них сомневались больше.

И я вдруг поняла, что он прав. Я взяла чашку и сделала из неё осторожный глоток. А Вайлд, подперев щеку ладонью, наблюдал за мной.

— Что? — по привычке ершисто поинтересовалась я.

— Ничего, — он спокойно улыбнулся и пожал плечами. — Просто смотрю.

Я смутилась и, наверное, покраснела, потому что лицу сразу стало горячо.

Несколько секунд мы молчали: я пила чай, Вайлд тоже наконец взял свой. А потом я набралась храбрости и спросила:

— Может, ты всё-таки расскажешь мне, что происходит? Без угроз и загадок. Если действительно беспокоишься за меня, может, мне стоит знать правду?

Вайлд помрачнел и задумчиво покрутил чашку в руках. Я уже приготовилась к очередному отказу, но он вдруг произнес:

— Клиферд где-то поблизости, возможно, даже в самой Академии.

— Что? — такого я не ожидала. — В Академии? Но…

— Меня вызвали во дворец из-за нового витка пропажи девушек, — продолжил Вайлд.

— Во дворце?

Он покачал головой:

— Нет, в окрестностях. Сначала стали доходить слухи о пропавших из Галлиета, потом из Винсерта… Пропадали девушки уже десятками… А на прошлой неделе волна исчезновений дошла и снова до столицы.

— И он все так же оставляет розы? — спросила я.