Чтение онлайн

— Присаживайтесь — лавочник жестом указывает на одно из кресел — Вам что-нибудь налить? Выпить, или просто попить?

— Если можно — воды с соком — прошу я — Глотка пересохла пока шел. Скоро жара будет!

— Да, скоро жара будет… — бесцветным голосом говорит мужчина, и достает откуда-то из стены запотевший кувшин. Быстро наливает мне в кружку и подает. Я пью, чувствуя, как холодная струя терпкой жидкости льется в желудок. Хорошо!

— Ну, так что имеете сообщить? — говорит мужчина, дождавшись, когда я напьюсь. Садится, и терпеливо ждет, пока я ставлю кружку на стол. Я вздыхаю, и начинаю свой краткий рассказ. Рассказывать особо нечего — завязал кое-какие дельные контакты, например, с семьей Гастингс, влип с дуэлью…

Тут меня прервали:

— Так это вы так изувечили несчастного Элрона?! Да тут весь город уже кипит, обсуждают, делают ставки на то, сколько дней вы проживете после этого! Старший Элрон поклялся подвесить вас вверх ногами и содрать кожу с живого! Такие ходят слухи.

— Преувеличение — бодро говорю я, чувствуя, как внутри похолодело — Он же благородный дворянин! И такое зверство?! Дуэль была по всем правилам, это все знают!

Мужчина посмотрел на меня со смесью жалости и брезгливости во взгляде. Так смотрят на умалишенных, которых вроде бы и жаль, но лучше пускай они бродят где-то подальше, не у тебя на глазах.

— Я бы вам предложил, господин Син…по крайней мере полгода не показываться из-за стен Академии. В противном случае ваша жизнь будет под угрозой. Я сообщу нашему господину о том, что вы мне рассказали. От него же я передаю вам послание: налаживай контакты, учись.

— И все? — хмыкаю я — а в послании ничего не было вроде: «Получи десяток золотых и купи себе новую одежду»?

— Ничего такого не было — спокойно отвечает мужчина и пристально смотрит на меня. Я понимаю и поднимаюсь из кресла. Все сказано, пора бы и честь знать!

***

Порты ничем не отличаются друг от друга. Высокая стена, ворота, за проезд через которые взимают плату, корабли — на рейде, и у причалов. Цепочки полуголых мужчин, которые бегают по сходням, таская на себе мешки, тюки, и ящики. Грузчиками здесь служат рабы, если слово «служить» им как-то подходит. Рабы свои, корабельные, или рабы портовые — высохшие на солнце, всегда бегущие, ибо раб не должен ходить шагом — они вызывают жалость и досаду. Неужели нельзя попытаться бежать? Неужели они готовы вот так, всю жизнь бегать по сходням пока не упадут и умрут от усталости? У меня на шее был магический ошейник, потому я не мог бежать, а у них?! Обычное кольцо, металлическое, либо кожаное! И почему не бегут?

Напротив порта, почти у самого выезда, только чуть поодаль — здоровенное двухэтажное здание из красного обожженного кирпича, больше похожее на казарму, а не на трактир, одновременно являющийся борделем. Я узнал у стражников, какое заведение здесь в городе считается самым крупным, и таким, чтобы в нем еще играли музыканты. Мне сходу назвали два трактира. Один в центре, в аристократическом квартале, он называется «Зеленый сад». Почему такое название — да чертего знает. Ну вот захотели назваться зеленым садом — кто может запретить? Плати налоги и зовись хоть старой какашкой — слова тебе никто не скажет. Твое право!

Кстати, насчет «права» — очень полезно знать законы страны, в которой ты собираешься жить. Вот если бы я не знал юридических тонкостей, не знал, как можно официальным путем испортить жизнь лавочнику — ушел бы не солоно хлебавши, удовольствавшись извинениями и расшаркиваниями. Развести виновного на приличную сумму — это тоже искусство. Адвокаты тем и живут. Кстати, очень помогла моя репутация дикого, необузданного ворка, вырывателя языков. Уж не знаю, как там будет дальше, но сегодня эта самая репутация меня выручила.

Этот трактир считается ниже уровнем, чем тот, что в центре. В нем обычно обитают грубые представители самой что ни не есть темной прослойки общества: буйные корабельщики, пираты, купцы, которые иногда еще и пираты, наемники всех мастей, ну и само собой — бандиты, воры, жулики, попрошайки — кого только тут нет! Это стражники мне рассказали, после обретения нежданно упавших в их карман статеров ставшие очень добрыми и предупредительными. Все рассказали, показали, даже маршрут в пыли начертили. Вот что деньги животворящие делают! А если представить, что делают большие деньги…дух захватывает!

Называется этот трактир просто и без изысков: «Якорь». Кстати, очень на мой взгляд креативное название — что еще держит моряка на берегу? Выпивка и бабы! А что его ожидает на берегу после долгого плавания? То-то же…заякорился, и сиди, наслаждайся вкусом слабенького пива. По ходу дела разбавляют, сволочи. Слабее «Жигулевского»!

Время еще раннее, трактир заполнен максимум на четверть производственной мощности, так что места в длиннющем зале более чем достаточно. Сцена для выступлений находится не в конце зала, как следовало бы ожидать, а ровно посередине, у стены. А вот подают блюда таская их из дальнего конца зала. Не знаю, чем обусловлено такое расположение, но можно предположить, что в основе всего мысль о том, что приобщение к искусству должно быть удобным для всех, кто находится в зале. Загони сцену далеко — задние ряды ничего не услышат. Ну а что касается того, что окно в кухню находится на Камчатке — так и это объяснимо. Пока подавальщица идет с очередным блюдом к клиенту — остальные могут захотеть заказать то же самое. Так сказать товар лицом. Бегать только подавальщицам тяжело, представляю, как у них устают ноги к концу смены.

В зале обычно выступают музыканты, они приходят ближе к вечеру, обычно часам к семи, когда порт перестает пропускать повозки и корабелы расползаются по городу в поисках выпивки и приключений. Кроме музыкантов здесь бывают и акробаты, и жонглеры, и танцовщицы. Нет только фокусников — по понятной причине. В мире магии фокусники нужны так же, как шланги для полива огорода на южном полюсе.

Сразу не пошел к хозяину трактира. Вначале заказал кружку пива, закуски — копченого мяса. Взял пирог с мясом — свежий, ароматный. Готовили здесь вполне недурно, пусть даже место считалось таким уж совсем злачным. Опять же — народ сидел трезвый, только возле окна на столе спал человек — лежа головой прямо на столешнице возле недопитой кружки пива. Нормальный такой натюрморт. Кстати, пьяницу никто не выкидывал на улицу, хотя стену в углах комнаты подпирали два высоких мужчины в извечных кольчужных безрукавках-жилетах и кожаных штанах. Сколько ни видел вышибал — все одеваются именно так. Это у них что-то вроде униформы. Ну а зачем выкидывать пьяненького мужичка — он чуток поспит, а потом и еще чего-нибудь закажет, благо что зал почти пуст и мест хватает всем. Я за своим столом на шесть человек вообще сидел один.

Здешние проститутки тоже пока не работали — сидели в углу возле вышибалы и о чем-то весело говорили — со взрывами хохота и даже визгом. Сдается, что визг был не слишком натуральным, это скорее всего звуковая реклама — «Посмотри на меня! Вот я! Жду мужчину!» Но всем гостям этого зала было плевать на стайку шлюшек — градус еще не тот, чтобы радостно задирать кому-то юбку. Вначале мужчина должен выпить, обсудить начальника и дерьмовую власть, и только потом перейти на обсуждение женских прелестей, и на способы их получения.

Пришлось сидеть часа два, пока зал заполнился хотя бы наполовину. И только к девятнадцатому удару колокола на портовой вышке народ попер в трактир с такой активностью, что казалось — это последняя выпивка в их жизни, и надо поскорее влить гадкое пойло в луженую глотку. А то ведь и не дадут! Кончится!

Вот появился и музыкант — первый музыкант. Он прошел к стайке шлюх, поулыбался им, кивнул вышибале, который едва заметно откликнулся на приветствие лютниста (да, это был именно лютнист), и прошел к сцене, таща за собой видавший виды ободранный стул. Лютня этого лабуха была под стать этому самому стулу — вся исцарапанная, и по-моему некогда даже отремонтированная, похоже что на ней не только играли, но еще ее использовали как оружие ударно-дробящего действия. Что очень негативно сказывается не только на черепной коробке того, кому врезали инструментом, но и на самом несчастном инструменте. Бить лютней — чистое варварство! Что, стульев вокруг мало? И не надо говорить, что неподъемные! Да, вот такие специальные тут стулья, чтобы пьяный или хилый не смог их метнуть или как следует стулом размахнуться. Стратегия, однако! Или это тактика? Да какая, к черту, разница…