Чтение онлайн

Г-жа Гигельдорф нахмурилась и хотела возразить, но ее бесцеремонно прервал сыщик:

– А где стоял Ийезу в тот момент? Он плюнул на кузов спереди?

Я не понял, почему г-н Мармеладов заинтересовался столь пустячным фактом, да еще и спрашивает об этом серьезным тоном. Но потом догадался: он просто хочет увести грозовое облако подальше от головы несчастного Пузырева и решил подыграть.

– Нет, не спереди. Он подошел сбоку и плюнул на подножку.

– С левого боку или с правого? – теперь в голосе сыщика звучало неподдельное беспокойство.

– Дайте подумать… Это случилось, когда мы только подъехали к трактиру. Я стоял примерно в пяти шагах, обернулся через плечо и… Да, совершенно точно, абиссинец подошел слева, со стороны шофферского места. Потрогал руль, провел рукой по кожаной спинке кресла, а потом наклонил голову и плюнул. Вот так все и произошло.

Луиза прожгла гневным взглядом шоффера, сидевшего на корточках у стены трактира. Он не пошел вслед за нами к столику, поскольку не имел особого интереса к расследованию гибели фельетониста. Ийезу реагировал на эту историю весьма флегматично, надо полагать, на его родине царят нравы настолько дикие, что жестоким убийством никого не удивишь. Я не желал бы обидеть целую страну или даже континент подобным заявлением, но вряд ли кто осмелится утверждать, что в плане духовных добродетелей африканцы нас превосходят. А ведь и русские люди такое порой творят…

– Если ваш черномордый истукан прежде меня доедет до столицы, пусть хоть весь кузов заплюет, – воскликнула Луиза. – А только не выйдет! Вам, господа, не угнаться за мной на дороге.

– Еще одно пари! – оживился князь, но девушке проигнорировала его протянутую руку и ушла, не обернувшись.

Мы молча смотрели ей вслед.

– Она не п-права, – проклюнулся, наконец, голос Пузырева. – Во всем не права!

– Она вас любит, Иван, и будет хорошей женой, – улыбнулся г-н Мармеладов. – Только в следующий раз не теряйте время, не ходите кругами вокруг да около, а наберитесь смелости и сразу расскажите ей о своих чувствах.

Изобретатель стал пунцовым, как свежевыкрашенный бок его драндулета. Сыщик по-отечески обнял юношу за плечи и продолжил, совсем тихо:

– Я понимаю, чего вы боитесь, поскольку слышал слова Луизы об идеальном муже. Ее желания и устремления далеки от привычных девичьих мечтаний, оттого вызывают у женихов робость. Огненный темперамент – такую характеристику дал князь, и он прав. Но ведь и бензин горюч, при неловком обращении может случиться пожар. Достаточно одной искры! А вы же не боитесь бензина? Вы обращаетесь с ним осторожно, с должным уважением, и это позволяет разогнать автомобиль до невероятной скорости… Все в ваших руках, Иван.

– Вы о бензине, господин Мармеладов? – князь услышал только обрывок разговора. – Вовремя напомнили. Надо срочно заправиться, и продолжим погоню за убийцей.

Тверь.

155 верст от Москвы.

19 часов 28 минут.

У ограды городского сада князь велел притормозить.

– Хорошо бы взять с собой полицейского, чтоб арест имел законную силу, – объяснил он. – Ийезу, посигналь-ка вон тому молодцу.

Крепышу в белом кителе вообще-то полагалось следить за порядком, но в этом тихом провинциальном раю, переполненном ароматами цветов и дребезжащими вальсами старой шарманки, месяцами не происходило ничего предосудительного. Поэтому все свое внимание городовой уделял пышнотелой торговке семечками. Та сидела у входа в сад, на лапах каменного льва и при помощи граненого стакана рассыпала свой товар из большого мешка по бумажным кулечкам. Полицейский склонился над барышней в нелепой позе, жутко неудобной и сулящей на будущее адские боли в спине, зато открывающей полный обзор декольте. Торговка смеялась над шутками ухажера искренне, без деланного кокетства, очевидно у него было чувство юмора, что большая редкость среди низших полицейских чинов. Да и среди высших тоже.

Услыхав гудок, он нехотя отвлекся и подошел с недовольным лицом.

– Что вам угодно?

– Я князь Щербатов, председатель московского клуба автомобилистов. Нам срочно требуется помощь.

– Чем могу-с? – титул его светлости произвел впечатление, служивый заметно подобрел.

– Вы должны арестовать убийцу!

– Э-э-э, кого именно? – полицейский наморщил лоб, силясь понять, что происходит.

– Я укажу нужную персону! – князь нетерпеливо хлопнул в ладоши. – Ну, чего же вы ждете? Становитесь на подножку «Бенца». Поедете с нами!

Полицейский запрыгнул на подножку с большой охотой – не каждый день в здешней глуши удается прокатиться на автомобиле. А когда увидел шоффера, у него отвисла челюсть:

– Ишь ты!

На свою зазнобу даже не обернулся. Но я не сомневался, что та дождется возвращения кавалера. Ведь он сможет рассказать столько любопытного – и про поездку с ветерком, и про черного шоффера, и про убийцу. Пожалуй, на три дня впечатлений хватит, а то и на неделю!

Мы продолжили путь и выехали на мост через Волгу.

– Вот он! – закричал Пузырев.

Изобретатель махнул рукой, я обернулся и увидел возле церкви трех исповедников серебристый «Де Дьон-Бутон».

– Туда, скорее! – воскликнул князь.

После моста мы резко прибавили скорости, заранее готовясь к тому, что злодей умчится вдаль, заслышав рев моторов. Но тот не стал скрываться. Стоял у своего автомобиля, окруженный зеваками – все, кто имел обыкновение прогуливаться в этот час по Заволжской набережной, сбежались поглазеть на заморскую диковинку. Появление еще двух машин вызвало настоящий восторг и буйное обсуждение. В основном, правда, использовались междометия.

Князь спрыгнул на ходу, не дожидаясь полной остановки, и погрозил пальцем.

– Вы! Вы… Кстати, а кто вы такой? Мне казалось, я знаю всех владельцев автомобилей в империи. Не так широко пока еще наше движение…

Коренастый брюнет с большой головой, меланхолично глядел на темные воды реки. Одет он был во все черное – сюртук, рубаха, расстегнутая на груди, саржевые брюки, кепи с большим козырьком. На окрик обернулся, заметил городового и сжал покрепче гаечный ключ на длинной рукояти, который держал в кулаке. Вкупе с тяжелым взглядом исподлобья, выглядело это весьма устрашающе. На вопрос князя он не ответил.

– Похоже, сей господин не горит желанием раскрыть инкогнито, – г-н Мармеладов говорил спокойно, хотя мне удалось разглядеть, как побелели его пальцы на набалдашнике старой трости. – Но я уверен, что именно он ударил по голове Осипа Зденежного. И, пожалуй, смогу назвать причину, по которой он желал смерти этому человеку.

Сыщик спустился с пассажирского сиденья драндулета и подошел поближе.

– Вы тот самый доктор, у которого фельетонист весной увел жену… Матильду, если я правильно запомнил имя.