Чтение онлайн

— Они были шлюхами. Наркоманками. Их использовали тупо для грубого секса.

— Так ты очищаешь свою совесть? — спрашиваю я, постукивая носком ботинка по его левому виску.

Он думает, что речь идет о секс-работницах, на которых он напал. Это часть основной причины, но сейчас он привязан в садовом сарае не поэтому. Этот момент мой любимый. Когда такой негодяй, как Майкл, приходит к пониманию того, что он больше не контролирует ситуацию.

— Что, по-твоему, я сделал? — выплевывает он, но его речь звучит невнятно из-за потери крови и отсутствия зубов, — Измена жене не является преступлением. Эти женщины были согласны!

— Нет, но покупка и продажа женщин — совсем другое дело, — отвечаю я, низко приседая и упираясь локтями в колени, отчего мое отражение маячит в его треснувших очках. — Имя Пенелопа Уайлд говорит тебе о чем-то?

Его глаза округляются от явного шока и осознания. Когда он, наконец, открывает рот, чтобы заговорить, я вытаскиваю нож из пиджака и провожу им по его горлу. Он дергается, отчаянно пытаясь не схлопотать смертельную рану. Я переступаю через него и оставляю его захлебываться собственной кровью.

Задний двор все еще пуст, когда я иду по лужайке. В новом доме на набережной справа от меня свет горит почти в каждом окне. Богатеи и их гребаные вечеринки. Все они не обращают внимания на опасность прямо возле дома, их убаюкивает ложное чувство безопасности благодаря новейшим системам охраны. Когда обнаружат тело Майкла, эти люди подумают, что находятся в своей гребаной версии сериала «Улика».

Я уже открываю боковые ворота, готовясь заняться сыном Майкла, когда меня останавливает грохот металла, сопровождаемый приглушенными ругательствами. Слабое сияние оранжевого света исходит из теплицы в нескольких футах от меня. Было бы проблемой, если бы меня кто-нибудь увидел. Хотя, скорее всего, это просто очередной руководитель среднего возраста, который ищет место, где можно нюхнуть кокаин.

Я выхожу через ворота и иду вдоль живой изгороди, останавливаясь, когда мне открывается прекрасный вид на блондинку в теплице. Время останавливается, когда я вижу, что это та женщина, которую я узнаю где и когда угодно. Скарлетт сидит на богато украшенной белой металлической скамейке, подперев ногу. Темно-синее атласное платье облегает изгибы ее тела, одна сторона которого задралась, открывая самую красивую киску, которую я когда-либо видел. Она рисует пальцами круги на клиторе, не обращая внимания на зрелище, которое устраивает. Мой рот наполняется слюной. Зрелище чертовски неприличное. Это совсем не похоже на застенчивого и вежливого флориста, который был у меня в офисе на этой неделе. Она не должна быть здесь. Это место наполнено мужчинами, которые без труда заставили бы ее исчезнуть. Что она вообще здесь делает?

Ее голова запрокинута назад, силуэт освещен единственной конической свечой, горящей в канделябре прямо позади нее. Волны шелковых волос цвета кукурузы струятся по плечам, раскидываясь концами по декольте. Висящая корзина с цветами раскачивается взад и вперед у ноги, которую она поставила на землю. Это объясняет звук, который я услышал. Мне нужно уйти отсюда. Мне нужно вытащить ее отсюда, но мои ноги словно приросли к месту. Я ненавижу перемены в планах, но она всегда будет в приоритете.

Покажи мне свое лицо.

Словно услышав мое молчаливое требование, ее голова поднимается вверх, а колени сдвигаются вместе. Скарлетт поворачивается, осматривая окрестности. Ткань ее платья колеблется, как поверхность воды, потревоженная брошенным камнем, когда она встает. Кажется, какое-то время она ведет с собой внутренний диалог, что-то обдумывая. Может быть, она чувствует, что я смотрю?

— Скарлетт! — откуда-то неподалеку раздается мужской голос. — Детка!

Она вздрагивает, чуть не спотыкаясь о собственные ноги. Ее полные губы принимают форму буквы О, чтобы наклониться и задуть свечу, при этом проводя руками по своему восхитительному телу.

Они трясутся?

Она выбегает из оранжереи и направляется к фонтану, установленному посреди двора.

— Я тут! — кричит она, присаживаясь на край.

Я невольно представляю себе ее образ несколько минут назад, с широко раздвинутыми ногами и каплями рассеянного тумана, покрывающими ее кожу. Я качаю головой, чтобы отмахнуться от этого, зная, что стоять здесь безрассудно. Вселенная, будто, слышит меня, и ее голос разносится по ветру, проникая в мою голову, как песня сирены. Она обхватывает себя руками, когда приближается мужчина. Защитный язык тела еще больше подогревает мой интерес. Все, что я вижу, это его затылок и бирку с размером, торчащую из-под воротника плохо сидящего на нем костюма.

— Почему ты прячешься здесь?

Маленькая лгунья не задумывается ни на секунду.

— Просто вышла подышать воздухом.

Я действительно задыхаюсь от того, что только что увидел.

— Ты здесь уже больше часа. Давай, у меня есть несколько клиентов, с которыми я бы хотел, чтобы ты познакомилась, — он разговаривает с ней так, будто отдает команды собаке, а не женщине, благословленной рукой Афродиты.

— Я скоро приду.

— Сейчас, Скарлетт, — рявкает он и делает шаг вперед, протягивая руку, чтобы схватить ее.

Она с хмурым видом отталкивает его руку.

— Я сказал, что скоро приду, Тео.

Я сразу улавливаю имя. Тео — сын Майкла, и последний человек, с которым Пенелопу видели перед ее исчезновением. Он понятия не имеет, что его мертвый отец лежит в сарае, пока он ворчит на женщину перед ним. Он понятия не имеет, что будет следующим. У Скарлетт нет причин связываться с этим полным дерьма миром. Моя рука дергается, мне не терпится дотянуться до пистолета и взорвать ему мозги прямо на лужайке.

— Это репетиция нашего ужина. Вставай. Пойдем, — он снова рявкает на нее, делая еще один шаг в ее сторону.

Они смотрят друг на друга в молчаливом противостоянии, пока я впитываю услышанные только что слова. Репетиция ужина. Праздник сегодня вечером посвящен их предполагаемой свадьбе. Мой гнев иррационален, но рука уже тянется к кобуре. Как я это пропустил? Когда я заглянул в личное дело Тео, не было и слова о помолвке. Никаких следов Скарлетт.

Сенсационные новости с заголовками о дуэте высокопоставленных светских людей, отце и сыне, убитых на одном и том же мероприятии, будут выпускаться одна за одной. Хотя достаточно приятно знать, что его предполагаемая будущая жена просто доводила себя до безумия от оргазма, когда он находился на ужине в одиночестве.

Скарлетт встает и отступает от него на нескольких шагов. Должно быть, это удар по эго Тео, потому что он бросается вперед, сжимая ее запястье и пытаясь утащить ее к дому. Она снова отдергивает свою руку, бормоча что-то, но мое внимание отвлекает взрыв смеха. В мою сторону идет группа мужчин. Я достаю сигарету из пачки в пиджаке и зажимаю ее между зубами. Когда группа приближается, я щелкаю зажигалкой и делаю вид, что смотрю в телефон.

Они проходят мимо меня, кивая головами в блаженном неведении относительно моей личности. Вот в чем особенность этих вечеринок. Легко ускользнуть от внимания, когда от разговора со мной нет никакой пользы. Для большинства людей, присутствующих здесь сегодня, я так же известен, как чей-то личный тренер. Преимущество быть скорее страшной сказкой на ночь, чем реальным человеком. Я смотрю, как группа исчезает в доме.