Чтение онлайн

— Кто ж с ним будет работать, если он такой буйный?

— Хозяин и будет. Это жеребец нашего нового хозяина. Его младший брат занимается конкуром. К нам перешел из столичного клуба.

— Да ладно? Конкуром на текинце? И что, делает успехи?

— Я тоже сначала удивился, — посмеивается Костя. — Нет. Насколько я понял, Локки — конь для души. Он не выступает. А ганноверца для соревнований привезут завтра. Но говорят, что и он не подарок. Молодой сильно. С ним работать и работать. А ты почему не на тренировке?

— Подожди! — вскрикиваю я. — Светлана Олеговна, что, продала клуб?

Костя разводит руками:

— Ты знаешь, все так быстро произошло. Я не знаю, что у нее случилось. И почему она решила продать комплекс. Но насчет одного можем быть спокойны. Светлана Олеговна нас не бросает. Она и дальше будет директором. Выдохни, Ульяна, — улыбается Костя. — Куда она от нас денется? Этот комплекс — дело всей ее жизни. Разве может она его оставить?

Я и правда набрала полные легкие воздуха и совсем не дышала. Пока Костя сообщал мне эту информацию. Светлана Олеговна — мой лонжер. Да что там говорить, эта женщина в свое время заменила мне маму. Она поверила в меня. Вложила в меня душу. И познакомила с Акселем.

Аксель — вольтижеровочный жеребец орловской породы. Он уже в возрасте, ему девятнадцать лет. Невероятно обидно. Ну почему у лошадей такой короткий век? Я старше его на год, и при этом до старости мне еще очень далеко. Работает он очень мало. Надеюсь, что новый хозяин не будет слишком свирепствовать и менять состав конюшни. Даже думать об этом боюсь.

Последние два года на соревнования мы ездим с чешским теплокровным жеребцом Смирным. Но Аксель все равно занимает самое главное место в моем сердце. Индивидуальные тренировки я по-прежнему провожу исключительно с ним. У него просто ангельский характер. Была б моя воля, я и сейчас бы работала только с Акселем. С первых дней нашего знакомства мы стали командой. Его неповторимые аллюры стали моей колыбельной. Конечно же, я не засыпала верхом на коне. Просто после тренировки я обычно спала как убитая. И самое главное, меня перестали мучить ночные кошмары.

Жаль, что я не могу себе позволить вывозить лошадь на соревнования за свой счет. Мои занятия и так недешево обходятся отцу. К сожалению, любить лошадей и иметь возможность взаимодействовать с ними почти ежедневно — далеко не дешевое удовольствие. Боюсь, что если бы в свое время я увлеклась конкуром или троеборьем, папе было бы еще тяжелее. Конный спорт — это дорого. Я всю жизнь буду благодарна папе за такой подарок.

— Сейчас с Акселем поздороваюсь и побегу.

— А вчера чего пропустила? За тобой обычно прогулов не водится, — опять улыбается мне парень.

— Так получилось… Больше прогуливать не буду, — подмигиваю ему. И обнимаю своего красавчика за шею. — Ты по мне скучал?

— Ульяна! — смеется Костя. — Ты так спрашиваешь, будто бы отсутствовала неделю или месяц, а не один день.

— Ничего ты не понимаешь. У нас с ним особенная связь, — поглаживаю Акселя по холке. — Да, мой хороший?

Жеребец слегка кивает и захватывает губами кусочек сахара с моей ладони.

— Уля! — возмущается Костя.

— Ты ничего не видел! Кто еще его побалует, если не я?

— В том то и беда! Вас, таких щедрых на угощения, вагон и маленькая тележка.

Игнорирую возмущения конюха. Он это не серьезно. Костя хороший парень, любит лошадей. Я еще ни видела ни одной, с которой бы он не поладил. Думаю, что новенький стал единственным исключением.

В конном спортивном клубе "Орион" я занимаюсь с десяти лет. Я знаю, каким должен быть правильный рацион лошади. Знаю, что сахар в больших количествах им вреден. В основном он вредит зрению лошадок. Поэтому для лакомства лучше использовать сладкие овощи и фрукты, а не сахар в чистом виде. Все это я знаю! Но разве может навредить маленький кусочек рафинада животному, которое весит полтонны. А вот принести капельку удовольствия может. К тому же, кому, как не мне, знать, что все запретное обычно самое вкусное. Мне приходится очень жестко контролировать вес и свой аппетит. За десять лет я неплохо освоила эту науку. Каждая лишняя вкусняшка равна сотне дополнительных приседаний и упражнений на пресс.

Я студентка третьего курса факультета адаптивной и оздоровительной физической культуры. Изучаю физкультурно-оздоровительные технологии. В будущем хотела бы заниматься иппотерапией. Я собираюсь помогать в лечении людей с такими проблемами, как ДЦП, неврозы, гипертония, невропатии, аутизм, сердечно-сосудистые и психические заболевания. Это далеко не полный список бед, с которыми помогают бороться лошади. Однажды я и сама была их пациенткой.

Все это будет потом. А сейчас я занимаюсь вольтижировкой. Буквально полгода назад тренировалась и выступала исключительно индивидуально, а теперь работаю еще и в группе. Последние десять лет вольтижировка — это моя жизнь. И у меня на эту жизнь огромные планы.

***

Здороваюсь с ребятами и бегу в раздевалку. Сегодня у нас прогон и основной, и произвольной программы. Меньше чем через два месяца мы отправимся на чемпионат Европы по конному спорту в Прагу. Всадники и вольтижеры нашего клуба регулярно занимают призовые места на региональных и всероссийских турнирах. Наши спортсмены не редко выступают на международных соревнованиях. Но с вольтижировкой на чемпионат Европы мы поедем впервые.

Как же не просто мне было уговорить папу отпустить меня. Да. Я взрослая. Два года уже как совершеннолетняя. Но для своего отца я, наверное, навсегда останусь ребенком. С тринадцати лет я езжу со Светланой Олеговной по соревнованиям. Вместе с Акселем мы завоевывали много медалей.

Я и мечтать не смела о чемпионате Европы. Вольтижировка — довольно редкий вид спорта. В нашей стране он возродился сравнительно недавно. А вот немцы, австрийцы и чехи хорошо преуспевают в нем. В Европе вольтижировку очень любят и развивают. Светлана Владимировна рассказывала, что свою первую профессиональную гурту она привезла из Германии в начале двухтысячных. Как раз в тот период она и влюбилась в балет на лошадях. Именно так она называет наши тренировки. Вольтижировка — это не просто спорт, это отдельный вид искусства.

И вот у меня появился шанс попробовать свои силы. А папа оказался против. Может, виной всему его возраст? Я поздний ребенок, родилась, когда папе было уже за сорок. Может, еще какие-нибудь совершенно необоснованные страхи моего родителя не позволяли ему отпустить меня в Чехию. Не знаю, чем он руководствовался, но был категорически против.

Если честно, я до последнего не верила, что мне удастся с ним договориться. Конечно, Светлана Олеговна оказала мне немалую помощь в этом вопросе. Только она смогла убедить его в том, что у меня есть все шансы занять призовое место. И что эта поездка будет хорошим опытом для развития моей спортивной карьеры.

— Ульяна! Тебя одну ждем! — кричит Вероника. Наш тренер по гимнастике и акробатике.

Натягиваю лосины, на ходу завязываю волосы в хвост и выбегаю в зал. Здесь на ближайшие два часа я забуду обо всем. Я буду слушать только тренера и свое тело.

Десять лет назад

— Поглядите на нее! Бабка тут уже с ног сбилась. И наготовить нужно, и прибрать, и перестирать! Я вон занавески в ванной замочила! А эта сидит тут, в телефон уткнулась! Ульяна! — повышает голос бабушка. — Я к кому обращаюсь? Вечером отец приезжает. Иди хоть во дворе подмети.