Чтение онлайн

— Ничего. Вообще ни следа. Может... Там не все по-настоящему было, а? Ну как во сне.

— А как же записка! — плачущим голосом спросила она. — Она-то настоящая!

— Записка... Ты могла сама ее написать. У тебя ведь раньше не было приступов по ночам?

— Н-нет...

— Ну вот! — просиял Курт. — Ты лунатила, а так как приступ случился во сне, то тебе и привиделось всякое! Еще и зелья напилась. Тело-то проснулось, а мозг — нет. Понимаешь?

«Неужели... Неужели он прав? А ведь такое могло быть!»

Эри невольно улыбнулась. И почему ей самой это в голову не пришло!

— Поэтому и записка коряво написана, — продолжал теорию брат, болтая рукой в застоявшейся воде фонтана — листики расплывались в разные стороны, точно ажурные кораблики. — Еще бы — во сне писать!

— Но почему я про зелье написала?

— Ну-у-у... Ты перед сном про зелье думала что-нибудь? Или, может, не знаю, уронила его?

— Да нет, я... Точно! Я не нашла ложку и не знала, сколько пить. Выдула на глаз.

— Вот тебе и ответ, — Курт развел руками, как эффектно исполнивший трюк фокусник. — Мысли засели у тебя в голове и проявились вот так.

Эри выдохнула. А она еще сомневалась — признаваться брату или нет! Сразу нужно было к нему бежать, какой же он умница!

Княжна кинулась к Курту и крепко обняла его в порыве благодарности. Брат засмущался.

— Да ты чего... Я ж так. Просто подумал.

— Ты подумал и все понял, а я — дура! Накрутила себе Раал знает что.

«Зря сказала про дуру, еще возомнит себя... А, ладно, сегодня ему можно».

— А ты чего меня сюда притащил-то? — вспомнила она. — На фонтан поглазеть? Так мне его из окна прекрасно видно.

— Да причем тут фонтан! — в голубых глазах Курта снова заплясали озоные искорки. — Я тут такое нашел! Пойдем, по пути расскажу.

Он ловко спрыгнул с чаши и поманил ее рукой. Вместе они повернули к узкой тропинке, которая петляла мимо кустов сирени и клумб с астрами, хризантемами и пушистыми шапками георгин.

— Вчера ты навела меня на мысль, — говорил Курт по дороге. — Когда сказала, что князь приезжал сюда сотни лет назад и все про это давно забыли. А я ответил, что тогда в газете бы об этом не вспомнили.

— Ну, да. И что?

— Я задумался. А если это случилось не в далеком прошлом, а, наоборот, недавно? Тогда понятно, почему про это не писали в книгах — я же в старину залез, а про наше время забыл!

— Про наше время мы и без книг все знаем, — заметила Эри, уворачиваясь от торчащей ветки сирени, до которой, видимо, не добрался садовник.

— Я не про последние года два. И даже не про десять. А про наш век. Или про конец прошлого. Одно-два поколения, понимаешь?

Они выбрались из сада и очутились на заднем дворе, засаженном вишнями, сливами и курчавыми яблонями. Со стороны ограды доносились обрывки разговоров стражников.

— Вечером я послал слугу в Вэллскую библиотеку, — сказал Курт. — Она тут не очень большая, но мне редкости и не нужны. Я попросил книжки про сам Вэллс. История города, все такое.

Брат остановился у стены и огляделся, убедившись, что их никто не видит. Со всех сторон их надежно укрывали деревья.

— Я особо не надеялся ни на что. Но все-таки нашел. А утром отыскал вот это.

Курт присел на корточки и показал пальцем на позеленевший от старости кирпич у основания особянка. Эри удивленно изогнула бровь, но все-таки пристроилась рядом.

Кирпич отличался от собратьев лишь одной деталью — крупно отпечатанной на нем цифрой.

— 788, — прочитала княжна. — И что это?

— Это год, разумеетсяя, — ответил Курт. — Когда построили всю эту красоту. Я читал, что такие кирпичи всегда закладывают в постройки, но всегда их легко отыскать. Но нам повезло.

— Это здорово, Курт. Но я все равно ничего не поняла.

— Сейчас поймешь. Особняк построили в 788 году. А в книге по истории Вэллса я узнал, что один великий князь все-таки приезжал сюда и даже, по слухам, отстроил рядом с городом дом. Такое сложно утаить, знаешь ли! Тут ведь кирпичная мануфактура, наверняка оттуда кирпичи везли, если поискать, то можем один и с клеймом фабрики найти, но это...

— Ку-у-у-рт! — не выдержала Эри. — Давай по сути, а?

— Хорошо.

Курт поднялся на ноги, зачем-то отряхнул коленки, хотя земли ими и не касался. Выдержал драматическую паузу.

— Так вот. Великий князь приезжал в Вэллс и задержвался здесь надолго один-единственный раз в истории. Он же и построил этот дом. Правда, за год до приезда. Он... Это наш дед, Эри. Бертрам Форастин. Он был здесь 43 года назад. В тот же год, когда случилось Ненастье.

Курт вздохнул, быстрым движением поправил челку и задумчиво добавил:

— И я не знаю, что теперь со всем этим делать.

Кровь мощными толчками билась в барабанные перепонки, грудь вздымалась с частотой поршня. Киан позабыл обо всем на свете, сейчас только одно занимало все его внимание — погнутый засов на двери карцера. Засов, который выгибался дугой после каждого нового удара изнутри.

Княжич уже не задумывался о том, насколько его хватит. Он думал, что же будет после того, как засов падет. И ЧТО выйдет с той стороны.

От страха все мыщцы словно парализовало. Киан стучал зубами и не мог отвести взгляд от прямоугольника давно не крашеной двери. Ему бы встать и бежать за помощью, но тело не слушалось, а мозг как будто опустили в чан с сонным зельем — нервы атрофировались, нелепые мысли ползли со скоростью улитки.

Лампа валялась у ящиков по левую руку, перекатываясь с боку на бок от ударов из карцера. Свет в истерике метался по трюму, гоняя испуганные тени.

БАХ!

От дверного косяка отлетели щепки. Засов держался из последних сил, а в карцере кто-то громко застонал.

Этот стон и оживил Киана. Оцепенение спало, он снова почувствовал собственные руки и ноги.

Надо бежать! Звать народ! Пока еще не...

Вскочив одним рывком, княжич метнулся было к лестнице, но споткнулся в темноте и больно растянулся на досках. Взыв сквозь зубы, он вернулся назад, подобрал скачущую лампу (и как только не разбил и не спалил весь корабль к дэвовой матери?) и уже повернулся к выходу, как страшный треск раздался за его спиной. Засов с тяжелым стуком грохнулся на пол — эту битву он проиграл.