Чтение онлайн

– Нам всё равно надо бы поскорее с этим закончить, дочка. – Отец называет меня дочкой, только если просит о действительно важном деле.

– Да, конечно, хорошо. Я готова давать уроки каж…Подожди. Ты что… Но как?! – Я так давно не слышала, чтобы отец смеялся и вот тот редкий случай – искренний папин смех.

– Ты думаешь, я ничего не знал о твоих бессонных ночах и ранних вылазках из дома? Да и Прим секреты держать умеет, мягко говоря, не очень. Но он правда старался тебя не выдать. – Я с упрёком посмотрела на друга и тоже засмеялась. Только чужакам было неловко, ведь они здесь были совершенно лишними.

Пока мы решали, кто и где будет спать, приблизилось время обеда. С улицы донёсся грустный восклик парней, которые не успели до обеда выстрелить из лука, а также фразы: «Запишите!», «Я следующий!», «Вы запомнили?».

Я оставила отца дома и пошла за обедом, который должен был проводиться на открытом воздухе в связи с празднеством. Около дома сестёр Мороуз в ряд выставилинесколько больших дощатых неполированных столов и лавок, и многие уже заняли себе места под солнцем. В действительности там, где ветер дул не так сильно. Я же знала, что мы не сможем присоединиться к «нормальным» поселенцам и надеялась, что они нас поймут.

– Если честно, мне не нравится сам факт того, что они будут спать в вашей квартире. – Я удивлённо посмотрела на Прима, якобы говоря: «Да что ты говоришь? А мне как он не нравится!». – Конечно, это правильно, что ты будешь спать с матерью и девушками, но никто из вас не застрахован от несчастных случаев! Я имею в виду, они же могут вас…

– Так, хорошо, хватит! Я понимаю, что ты волнуешься, но это ни капельки не помогает. Я тоже боюсь, что нам всем во сне перережут глотки. Именно поэтому я не буду спать, а под подушкой у меня будет лежать нож. Теперь ты спокоен? – Прим выглядел еще более испуганным, чем раньше.

– Нет! Как я могу быть спокоен, если ты будешь спать с ножом?!

– Тебе будет спокойнее, если мы все переночуем в библиотеке?

– Да! О, да! Почему только я не предложил этого твоему отцу?

– Потому что ты всегда больше паникуешь, а уже потом радуешь мир замечательными идеями. – Мы снова от души посмеялись. Я была рада чувствовать это тепло от общения, именно в такой жуткий момент жизни нашего поселения, как этот.

Первым в очереди я заметила Скалу, потом Брену, маму и Тигру. Они все стояли рядом друг с другом.

– Ну, что, ты уже записался? – Спросила я друга, но не успел он ответить, как Брена, не умеющая скрывать на людях эмоции, одарила меня крепкими объятиями.

– Ти, ты в порядке? Несколько часов в компании неизвестно кого! Я тут с ума сошла! Кто они? Зачем они здесь?

– Все в порядке, Брена, я в порядке. Они уедут уже послезавтра, возможно, даже завтра вечером.

– Как ты можешь так просто об этом говорить? Как будто они туристы какие!

– Если честно, они не помнят, кто они такие. – Помог мне с ответом Прим.

– Но этот бугай-то точно, из пророчества, да?

– Мы ничего не можем знать наверняка, Брена. – Казалось, вопрос девушки задел Скалу.

– А может быть это я, из пророчества. Я же только завтра стрелять буду…

– Ой, по мне лучше, чтобы это был он. Не хочу, чтобы с тобой еще какая-то ерунда приключилась! – Мы с Примом засмеялись.

– Это верно, с нами за эту неделю столько ерунды приключилось! Мам, ты в порядке? – За разговорами с друзьями я не обратила внимания на свою уставшую, но всё так же красивую, маму. Тигра уже рассказал ей о том, что нам пришлось принять у себя этих людей, на правах «гостей», отчего ей стало еще тяжелее.

– Всё хорошо, Теа. – Тихо сказала мама, ясно давая понять, что всё не так хорошо, как хотелось бы.

На обед давали огромное количество каш и плодов на выбор, а также пироги, свежий хлеб и какие-то горячие напитки. Я смотрела на это всё, как на пародию праздника, мне было жаль столько еды, выкинутой для такого неправильного события. Хотя, так казалось, наверное, только мне. Любой поселенец не пренебрегает случаем вкусно поесть. Втроём мы принесли три чана – один с плодами, другой с кашами и выпечкой, а третий с каким-то фруктовым напитком. Как бы я не хотела, за одним столом с чужаками я смогла съесть только одну картофелину и кусочек пирога с грушей. Даже Тигра съел меньше обычного. Не стеснялся обедать как у себя дома только второй парень из группы чужаков, но никто из нас на него не злился, у нас не принято выбрасывать еду. Потом Тигра мне напомнил, что «из-за этих вот» мы совсем забыли помолиться. А изменило бы это что-то?

После обеда и небольшой уборки, мы закрыли чужаков в доме, воспользовавшись ключом, наверное, в первый раз за несколько поколений. Отец отправился на разговор к Ответственным, Прим к матери, а мы с Тигрой и мамой несколько часов просидели на траве, слушая песни Ника под гитару и наблюдая, как один за одним, ребята убивают в себе героев, а в поселении надежду на спасение.

Когда начало темнеть, было принято решение на несколько часов зажечь фонарики и свечи и просто посидеть в тишине. Так приятно сидеть и не думать о том, что вот-вот случится что-то плохое…В целом, можно было назвать этот день неплохим, если бы не одно происшествие. Вы и сами уже поняли, какое. Неиссякаемая энергия Тигры волшебным образом превратила наш вечер в праздник хоть на короткий момент, он даже несколько раз играл с другими детьми в активные игры. Мама сплела мне из полевых цветов тоненький венок: василёк, аквилегия, синий лён, клевер. Мне не нужно было зеркало, чтобы понять, как одновременно чудаковато и изысканно я смотрюсь в цветочной диадеме и странной куртке из прошлого. Даже Тигра не потерял свою бабочку, что не могло не радовать. Неужели раньше люди могли себе позволить сидеть вот так вот без дела, смотреть на природу, слушать музыку? Какая непозволительная роскошь!

Почти к концу празднества к нам присоединился отец, но он точно не из тех, кто умеет сидеть без дела. Не прошло и десяти минут, как он заговорил о чужаках и о том, как же мы будем спать. Я предложила ему вариант с библиотекой, и он ему сразу понравился. Правда отец не горел желанием спать со всеми в одной комнате. Я уверяла его, что так будет безопаснее, на что он ответил, что нам с мамой и Тигрой лучше остаться дома. Мама сказала, что про него начнут говорить всякие дрянные вещи, мол он спит с чужачками в одной комнате. На это отец ответил, что мы не знаем, единственные ли это чужаки в поселении и всем лучше действительно спать в библиотеке…

Именно поэтому уже почти рассвело, а я сижу и записываю всё о прошедшем дне. Мама спит, как убитая, Тигра даже ни разу не шелохнулся. Даже Прим сопит за соседней стенкой. Только отец снова не сомкнул глаз, я знаю.

Где-то час назад я выходила на улицу, посмотреть на небо, подышать ночным воздухом. Площадь в это время казалась пугающей и одновременно прекрасной. Словно люди в спешке бросили всё, убежали в самый разгар праздника, оставив после себя только гирлянды и затоптанные лужайки.

За мной последовал Чужак.

– Не спится? Я видел, ты уже несколько часов что-то быстро пишешь. – Я не хотела ничего ему отвечать, получилось только тяжело вздохнуть. Я облокотилась на одну из каменных глыб, а Чужак сел на ступеньку.

– Если хочешь, можешь не отвечать. Я понимаю, что тяжело спать, когда вокруг незнакомые люди. Именно поэтому я и не сплю. – Я с удивлением посмотрела на него.

– А мы не такие уж и разные, а? – Ухмыльнулся парень.

– Раньше я мечтала хотя бы одну ночь провести в библиотеке. Я думала, если посчастливится заснуть в главном зале, то мне приснится бесконечный сон, в котором я смогу прочитать все книги. Это место не похоже на все остальные. Это храм знаний, величественный и загадочный. Кто-то его нам оставил. Возможно, кто-то изваших. Я пишу хронику. Начала не так давно, всего неделю. Я подумала, что это может быть полезно кому-то в будущем, если мы так и не выберемся. Я рассказываю нашу историю, конечно, со своей точки зрения, как всё вижу я, но я ничего не выдумываю, не приукрашиваю, пишу всё, как есть. Сегодня лунный свет упал прямо на тот стол, что я выбрала. Мне бы хотелось думать, что это какой-то знак. Что кто-то хотел, чтобы я всё это рассказала… А, может быть, я просто ищу оправдание своим нелепым ночным действам…Мы много не говорим. Я раньше вообще мало говорила, чаще кивала, руками показывала. А за эту неделю стала как будто другим человеком. И чтобы такое сказать, кому попало, ты уж, прости… Что со мной происходит? – Чужак широко улыбнулся, в свете луны он казался мертвенно бледным, сродни тем величественным старым статуям-стражам, жизнь которым подарил безымянный гений скульптор.