Аламейк: Стрела Судьбы
Шрифт:
Мама умылась быстро, а отец с Тигрой устроили обливание прохладными отварами на заднем дворе. Войдя в ванную, я решила немного потянуть время и стать такой чистой, насколько позволяло количество принесённой отцом воды. «С этим всплеском я отпускаю усталость, а с этим – дурные мысли. С этим – недоверие, а с этим – старуху с её пророчеством. С этой водой пусть уйдут все ветра, а с этой – бестактность Прима!». Чистая телом, и как мне хотелось думать, очищенная разумом и душой, я надела высушенную футболку, прежние штаны, куртку, возвращённую братом, и посмотрела на себя в зеркало – прежнюю Алатею в последний раз.
После меня в ванную было разрешено пойти чужачкам, а уже после чужакам. У нас еще осталось немного еды с ужина, поэтому я решила отправиться за добавкой одна. Тигра по традиции пошёл кормить Овечку. Чужак догнал меня у двери.
– Тебе помочь? – Я вопросительно посмотрела на парня.
– Да…Извини, глупый вопрос, нам же лучше не выходить.
Мне хотелось ответить ему «Как ты смеешь такое предлагать? По-твоему я изнеженная девица, которая ничего не может сделать самостоятельно?!». Но я лишь кивнула, не поднимая глаз, и отправилась занимать очередь. В этот день мне не хотелось ни с кем говорить, не хотелось ничего делать и даже думать не хотелось. Я окинула взглядом такую привычную и родную мне очередь: хоть люди и были одеты в причудливые для них одежды, мне искренне хотелось видеть их другими. Этого было недостаточно. Наверное, приезд людей из-заграницытак подействовал на меня, но я правда яростно желала перемен. Почему бы всем этим посредственным людям не изменить хоть что-нибудь? Почему их так устраивает привычное положение вещей? Почему они до сих пор не пришли к нашему дому и не допросили чужаков, не заставили каждого из них выстрелить из лука, не растерзали их, не…
– Теа! Ну и дела, а? Первый раз на моей памяти мы так проспали. Чувствую себя отлично!
– Это меня очень радует, Скала. Теперь ты точно готов к выстрелу. – Друг озадаченно поднял бровь в ответ на реплику Брены.
– То есть раньше я не был готов?
– Я не это имела в виду. Ти, я слышала, сегодня вы спали в библиотеке? Как всё прошло? – Мне снова не захотелось отвечать.
– Нормально. – Брена бы показала своё недовольство моей репликой, не подойди её очередь. Неужели куртка начала приносить мне удачу?
Подруга несколько забылась и, заняв мне место рядом с собой, начала широко размахивать руками. Я приобняла тёплый дымящийся котелок, посмотрела на неё и пожала плечами, мол, извини, у меня обязанности.
Хотелось бы пренебречь этими обязанностями, не остаться с друзьями, не вернуться в переполненное людьми жилище, не вернуться вообще. Но куда мне было бежать?
Папа встретил меня у входа и помог с едой. Тигра был тише обычного, казалось, он тоже глубоко погружён в свои мысли. После привычного безмолвного завтрака, которому снова не предшествовала молитва, я подошла к брату.
– Тигра, хочешь пойти посмотреть, как Чужак будет учиться стрелять?
– Не очень. Но спасибо.
– Всё в порядке? Ты же знаешь, что можешь мне сказать, что угодно?
– А ты знаешь? – Мальчик завёл руки за спину и сложил их в замок.
– Что знаю?
– Что можешь сказать мне всё, что угодно! – Меня обескуражил вопрос брата.
– Конечно, знаю. К чему такой вопрос? – По узкому коридору прошёл чужак с хвостиком. Никогда бы не подумала, что наше жилище станет пристанищем для таких непохожих на нас людей.
– Почему ты тогда говоришь не со мной, а с бумагой?! Я что, хуже бумаги?! Почему? Почему, Теа? – Я повторяла про себя «Только не плачь. Только не плачь», но мантра не помогла. Тигра разревелся. Тогда я поняла, что и он по-настоящему устал за эту неделю. В этом тёмном узком проходе я села на корточки и прижала малыша к себе. Стараясь выглядеть взрослым, помогать нам и принимать недетские решения, мой брат всё еще был ребёнком, крохотным, познающим окружающий его мир, совсем незрелым человеком. Ему хотелось быть обласканным, понятым, принятым, если не всеми, то, как минимум нами – его семьёй. Именно в тот момент я поняла, что хотела бы того же. Я бы хотела, чтобы моя мама обняла так нас обоих, чтобы пожалела нас, вслух подтвердила наши страдания.
– Прости меня, Тигра. Прости меня! Конечно, ты лучше бумаги! Не смей думать иначе! И я обязательно тебе расскажу всё то, что написала. Только не сейчас. Ты же понимаешь, что мы не одни. – Заплаканный мальчик отстранился и снова надел маску важности.
– Конечно, понимаю. Именно поэтому я почти всю ночь не спал и следил за ними!
– Какой ты молодец! – Ответила я, а про себя подумала «Глупыш! Тебе надо набираться сил по ночам, а не играть в сторожа!» – И что же ты узнал?
– Ничего, но думаю именно потому, что я следил за ними, они ничего не учудили.
– Да, спасибо тебе. Я думаю, именно поэтому они ничего не сделали. Ты пойдёшь смотреть на урок? – Малыш сразу оживился.
– Пойду! А меня научишь? – Я невольно рассмеялась.
– Прости, Тигра, может быть позже. Все наши луки размером с твой рост!
– Тогда, когда вырасту?
– Тогда, когда вырастешь. – И мы заключили с Тигрой пакт.
На лавочке на заднем дворе уже сидел Чужак и сверлил глазами самодельную старую мишень с облупившейся краской и выбившейся от влаги бахромой волокон. Этой мишени там раньше не было. Отчего-то наш задний двор всегда был обнесён редким деревянным забором, что отделяло его от заднего двора других домов. Только тогда я поняла, что родители будто ожидали, что им придётся что-то или кого-то скрывать. Редкими вечерами я видела из окна, как родители молча сидели в обнимку на этой самой лавочке.
– Готов? – Спросила я. Чужак кивнул. Тигра с радостным лицом приземлился на лавочку, будто в ожидании театрализованного представления.
Я провела ногой по рыхлой земле линию для стойки, а затем подняла с земли оставленный отцом лук и взяла из старого кожаного колчана стрелу. Руки дрожали, плечи ныли. А что ты хотела, Алатея? Без регулярных тренировок мышцы коченеют. Зато память у них отличная. «Прямая линия, ноги на ширине плеч, прямая спина, тетива натянута, прицелиться, отпустить». Стрела попала в третий от центра круг. Могло быть и хуже. Я протянула нерешительному парню лук и подала другую стрелу.
– Повтори.
– Что? Да как же я повторю, я ведь никогда раньше не стрелял?!
– Мы же не знаем, кто ты. И ты не знаешь. Может быть, ты чемпион по стрельбе из лука? Повтори, а там посмотрим.
– Если стрела грохнется в грязь, я не буду смеяться! Обещаю! – Прокричал со скамейки брат. Я ухмыльнулась. Мне хотелось посмотреть, как стрела ничком упадёт в грязь. Давай же, покажи мне, что ты ничего не смыслишь в стрельбе.
Чужак принял вызов.
Прямая линия, ноги на ширине плеч, прямая спина, тетива натянута, прицелился, отпустил.
Стрела попала. Прямо в центр.
Тигра присвистнул.
– Пойдём Тигра. Он и без нас справится. – Чужак посмотрел на меня круглыми от удивления глазами и поспешил убедить в обратном.
– Что значит, справится? Может, это чистое везение новичка! Давай еще раз! Я даже не понимал, что делаю.
– А, ну, конечно. Пробуй, сколько влезет. Давай же, бери стрелу. – Я скрестила руки на груди и поджала губы. Мне казалось, что из меня делают круглую дурочку.
Чужак взял другую стрелу и выстрелил снова. Она расколола первую стрелу пополам, пройдя насквозь. Он снова попал в центр.