Чтение онлайн

Я вскинула руки.

— Всего то, спасёт мне жизнь. Как просто.

— Тебя должно утешить то, что у тебя уже есть все ответы. Поверь в это. Люди совершают фатальную ошибку, когда хотят всё и сразу, и не понимают, что всё уже происходит. Прямо сейчас.

Мне и так уже было сложно примириться с информацией о том, что моя мать была Богиней, поэтому мой мозг отказывался разбираться с концепцией времени.

— Значит, это я должна объединить эти земли? — спросила я, хотя и спрашивала его об этом каждый день и не получала ответа. — Если я могу тебя видеть, это значит, что я…

Только не говори, что я «избранная», только не говори, что я «избранная».

— … что я избранная? — выпалила я, и меня передёрнуло от этого банального слова.

— Это зависит от того, что произойдёт дальше, — сказал Випунен.

— Хорошо. Тогда кто те другие? О ком говорится в пророчестве?

— Одного ты уже встретила. Другого — ещё встретишь. И при таких обстоятельствах, что ты пожалеешь о том, что не тренировалась ещё более усердно.

— Ох, это нечестно.

Одним из них определённо был Расмус. Бродяги-скелеты были твёрдо уверены в том, что Салайнен была предвестником Каоса, а это значило, что Расмус должен был воскресить Древних богов. Если только он не был тем, кто мог коснуться Мора. О, да, это был бы интересный поворот сюжета!

Но что, если Бродяги-скелеты ошибались? Что если все ошибались? Что если… что если это я была предвестником Каоса, а Салайнен — той, кто должна была коснуться Мора и объединить эти земли? Что если это я должна была воскресить Древних богов, а Расмус был предвестником Каоса?

— Твоя голова слишком занята, чтобы драться, — сказал Випунен таким тоном, словно умывал руки.

— Ой, пр-р-рости, но ты только что огорошил меня информацией о том, что я наполовину богиня.

Випунен запульсировал. Исходящий от него свет начал становиться всё ярче и ярче, пока я наконец не почувствовала, что он накрыл меня, проник в меня, как будто солнце превратилось в сверхновую звезду. Но затем свет неожиданно отступил, и вернулся в своё обычное состояние.

Я опустила глаза. Нож из селенита стал горячим у меня в руке, и засиял, словно свет поселился внутри него. То же произошло и с моими руками. Они светились, точно солнце попало мне в кровь, и его лучи проникали наружу сквозь мою кожу. Я совершенно точно светилась, лучилась и сияла. Жар начал собираться у меня между лопатками, становясь всё горячее и горячее.

— Интересно, — снова сказал Випунен. — Любопытно узнать, как долго это продлиться.

Я округлила глаза.

— Что ты со мной сделал?

— Я ничего с тобой не делал. Это делаешь ты сама.

— Что за чёрт?

Я провела руками по своему телу, и свет распространился повсюду.

— Теперь людям понадобятся солнечные очки, чтобы смотреть на меня!

Но как только я это сказала, свечение начало исчезать, словно кто-то покрутил переключатель яркости на моём теле. Моя спина охладилась.

Хвала небесам.

— Тебе пора, Ханна, — сказал Випунен теперь уже устало. — Уверен, что ты хочешь поделиться новостями с Туони.

Я продолжила смотреть на свою кожу, пока она снова не начала выглядеть нормально.

— Так он, и правда, не знает?

Я приподняла одну бровь и посмотрела на свет.

— Он лишь предполагает.

Хм-м-м. Это было чертовски круто, что у меня наконец-то появились хорошие новости, которыми я могла с ним поделиться. Не сказать, что быть дочерью какой-то неизвестной Богини было так уж круто…

Ой, да кого я обманываю?

Это было, мать его, невероятно!

СУМЕРЕЧНАЯ СУЩНОСТЬ

Ханна

Я выскочила из пещер, словно ребёнок, который налопался именинного торта и теперь собирался покататься на пони. Ловия, как всегда, ждала меня снаружи, сидя на своём коне и держа Холодного месяца за узду. Иногда я задавалась вопросом — что она делала тут, пока ждала меня? Ведь у неё даже не было чего-нибудь вроде айфона, чтобы скоротать время. Хотя её, похоже, вполне устраивало просто смотреть вдаль, потерявшись в своих мыслях. Всё-таки по сравнению с людьми боги лучше людей умели жить.

Она посмотрела на меня и приподняла бровь идеальной формы. Сегодня её светлые волосы были заплетены в идеальные высокие косы.

— Я так понимаю, сегодня всё прошло хорошо? — спросила она.

— Это точно, — сказала я, с лёгкостью оседлав Холодного месяца и взяв в руки поводья.

Мой меч остался в пещере, а маску я забрала с собой, и теперь она висела у меня за спиной. Мой чудесный нож из селенита был надёжно спрятан в чехол.

Ловия оглядела меня, поджав губы.

— Ты как будто изменилась.

Я не смогла сдержать улыбки.

— Я только что узнала одну очень важную вещь, которая является частью головоломки.

— Не знаю, о какой головоломке ты говоришь, но давай рассказывай, — сказала она, и её взгляд заплясал вокруг, когда мы двинулись в сторону замка лёгкой рысью.

— Я богиня, — сказала я с триумфом в голосе, мои волосы развевались у меня за спиной.

Направляясь в сторону величественного силуэта своей крепости, я как никогда ощущала себя Богиней.

— Ты это только поняла? — спросила Ловия.

Я засмеялась.

— Да. Потому что я не просто наречённая Богиня. Я такая же Богиня, как и ты.

Я взглянула на её растерянное лицо.

— Моя мать мне не родная. Моя мать — Богиня.

Ловия потянула за поводья, заставив своего коня пойти шагом, и я сделала то же самое.

— О чём ты говоришь?

— Випунен только что мне рассказал. Моя мать — Богиня. Даже твой отец понял, что я не совсем смертная, только он не мог это доказать, но Випунен только что это сделал.

Она нахмурилась ещё больше и снова оглядела меня.

— Мы… сёстры?

Я покачала головой.

— Нет, хвала небесам.

Она приподняла подбородок, и выражение её лица стало каменным.

— Прости, — продолжила я. — Иногда я забываю, что ты дочь Лоухи. И нет, она не моя мать. Правда, это всё, что я знаю. Мы не знаем, кто моя мать.

Ловия размышляла над моим комментарием по поводу Лоухи дольше, чем я предполагала. Так долго, что лёгкий морозец коснулся воздуха вокруг нас, а у меня изо рта начал вырываться пар. Хм-м-м. Я уже начинала думать, что Ловия могла унаследовать некоторые качества от своего отца.