Чтение онлайн

— Чего это он к тебе привязался? — спросил Альбин после пары. — На первом занятии даже менторас Грозов неуды не ставит. Тем более, на многие вопросы ты ответил.

Основы целительства преподавались для всего курса, думаю, многие слышали наш разговор, но молча проходили мимо. За что мне нравятся парни, так это за неумение показательно сочувствовать. Правда, сплетничают они куда охотней тех же девушек, поэтому надо быть осторожней в высказываниях.

— Наверное, это из-за их конфликта с моим дядей, они учились вместе.

— А-а, тогда все ясно! — заключил Рикс. — Быть тебе грушей для битья аж до пятого курса.

Вот уж обрадовал… Невдалеке показался Раян, он напряженно всмотрелся в мое лицо, чему-то кивнул и ушел в другом направлении. Странный парень.

Так прошла неделя. Нас то гоняли на физ. подготовке, то заваливали заданиями, то пугали на бестиарии. В общем, было интересно. Но я так уставала, что не было сил даже Джо позвонить, а стоило бы. Он, наверное, волнуется. А ещё пора задуматься о подработке, хотя бы на выходные. Практиковаться в целительстве без лицензии нельзя, если узнают, исключат, для аптек я ещё слишком мало знаю, придется искать что-нибудь попроще. Может в таверну или в доставку податься?

Но это потом, а сейчас нужно отработать неуд у Горийского. Вызубрила все, что он давал на лекции, дословно, все пройденные темы по учебнику и даже немного больше. Если он сейчас снова меня завалит, пойду к ректору! Его придирки на парах уже стали обыденными не только для меня, но и для всего курса. Кого первого спросят? Меня! Кто не внимательно слушает? Я! Кого нужно упрекнуть, если кто-то шумит или доска не убрана? Не угадаете, меня!

Поначалу я боялась, потом злилась, а теперь отношусь к этому философски. Наверное, таким образом, он поднимает свою самооценку. Что ж, буду воспринимать это как больший стимул не отлынивать.

Мужчину я нашла на кафедре целителей, закопанного в бумаги по самые уши. Он чиркал что-то на листе карандашом. (Да, обычных шариковых ручек здесь не было, но радует и то, что писать приходилось хотя бы не пером.) Сосредоточенное, немного хмурое лицо могло бы быть очень привлекательным, если бы Алекс не знала, какой человек скрывается за красивым фасадом.

— Кх-м! — Горийский вздрогнул и поднял глаза на девушку. — Здравствуйте, я на отработку.

— Заходи, Грейс. Ты опоздал!

— Извините, нас задержал менторас Рудеус на бестиарии…

— Мне не нужны твои оправдания, — огрызнулся мужчина. — Садись, сейчас я освобожусь.

Пока он писал, у меня было время осмотреться: кабинет небольшой, но уютный, в пастельных тонах, вокруг порядок и чистота, ни пылинки, книги на полках в алфавитном порядке, на окне живые цветы в горшке. У меня в голове возник стойкий диссонанс между тем, каким видеться хозяин помещения и его образом для окружающих. Либо Айзек хорошо играет негативного героя, либо кабинет обставлял кто-то другой.

— Держи, — он подал мне лист бумаги, — это вопросы для отработки. Можешь сесть рядом, я не возражаю. У тебя четверть часа, не успеешь, получишь второй неуд.

На листе красовалось пять вопросов, все из тех, что я зубрила. Что ж, думала, будет сложнее. Управилась за тринадцать минут. Мужчина мельком просмотрел ответы.

— Свободен!

— Скажите, — позвала, пока не передумала, — за что вы так со мной?

— Как? — Горийский оторвался от работы. Молча указала на лист с вопросами. — Потому, что ты, Алекс, уже сейчас должен понимать, какую силу имеешь, и какую ответственность несёшь перед людьми. Ты не можешь быть, как все. Ты другой и стараться должен больше, потому что отдавать придется ещё больше. И если для того, чтобы ты шевелил мозгами, а не спал на занятиях, мне придется тебя унижать и третировать, я это сделаю с превеликим удовольствием.

Улыбнулась и покинула кабинет. Вы даже не представляете, насколько близки в своих рассуждениях, лиэрд Горийский.

Алекс

Выходные! Как сладко звучит это слово, музыка для моих ушей и уставшего мозга. Я спала лишних три часа, прежде чем Куро затребовал прогулки. Побегали в парке, позавтракали и в благодушном настроении отправились собираться. В город мы собрались всей компанией, погулять, осмотреться, попутно подыскивая подработку. Рикс и Гурий обещали помочь, чем смогут. Через час мы уже покидали территорию академии.

Академия занимала северную часть города, или если уж быть совсем честной, это город вырос вокруг замка. Центральную часть — занимал королевский дворец, а вокруг — богатые дома местной аристократии. Далее золотой квартал. Здесь производят украшения, дорогую одежду, лучшее оружие, но простым смертным вход в такие заведения закрыт.

Ближе к рынку торговый квартал (Зелёный): разные мастерские, магазины и аптеки для простых обывателей. Здесь же селятся все, чей доход выше среднего. Рабочие с семьями стараются подыскать места вокруг рынка (Серый квартал), там и относительно безопасно, и не так дорого. А дальше… дальше уже совсем другой мир.

Черный квартал. Мир бедняков, пьяниц, нищих. Это теневое королевство, жестокое и страшное. Здесь в почёте сила и деньги, здесь свои законы и свои правители. Здесь нет места слабым, и ценят за умение молчать. Это огромная трясина, из которой нет пути назад.

Все это я узнала от парней, когда мы гуляли по городу, направляясь в сторону рынка. Рикс и Гурий собирались семью навестить, Альбин за компанию, а мы с Карлом — обстановку разведать, людей посмотреть. Ему работа не столь важна, но если есть возможность, почему бы и нет.

Дом Рикса располагался в Зелёном квартале, не большой, но уютный, светлый. Весь первый этаж занимала разделочная с множеством холодильных шкафов и подсобками. Господин Густав Борнс, отец Рикса, полный, лысеющий мужчина, с пышными усами и огромными ручищами, как раз разделывал тушу какого-то животного. Но, заметив посетителей, передал работу помощнику.

— Рикс, сынок, не думал, что ты заглянешь домой, — мужчина крепко обнял сына. — Кто это с тобой?

— Папа, знакомься, это мои друзья!

Нас проводили в хозяйскую часть дома, накормили досыта и уже за чаем, Рикс рассказал отцу о причине визита.

— Пап, может, ты знаешь, кому нужен работник на выходные?

Господин Борнс задумался, почесал затылок, но все же ответил:

— Не припомню такого, да и кто станет брать рабочих лишь на выходные? Это нерентабельно.

— Па-ап?..

— Я могу взять только одного, — он посмотрел на Карла. — Прости, Алекс, но ты выглядишь слишком хрупким, для тяжелой работы.

— Я понимаю, — было обидно, но что поделать.