Чтение онлайн

На огромной скорости они проскочили мимо Лобного места и не останавливаясь скрылись на улице Куйбышева. А на Красной площади разгорелся самый настоящий бой. Уже раненный в плечо, Пушкарев отстреливался отчаянно. Он видел, как уничтожили в первые мгновения боя его сообщника на телеге, но сдаваться не собирался. До тех пор, пока в сторону Лобного места не полетела граната, затем еще одна…

Глава 22

Алексей выскочил на улицу, но не успел миновать и двух кварталов, как хлынул дождь. Чертыхнувшись, Казарин добежал до ближайшей телефонной будки и плотно закрыл за собой дверь. Капли дождя барабанили по крыше и стекали ручейками по стеклу, причудливо искажая дома, фонари и деревья на бульваре. Стряхнув воду с фуражки, он полез в карман за платком, но вместо него достал портмоне диверсанта с фотографией Ладыниной внутри. Повертев ее в руках, Казарин еще раз прочел надпись на обратной стороне, немного подумал, поднял трубку и набрал телефонный номер.

На линии что-то щелкнуло, и трубка ответила мужским голосом:

– Гостиница «Националь». Я вас слушаю.

Алексей в недоумении оторвал трубку от уха.

– Алло! Я вас слушаю, говорите! – продолжало похрипывать в аппарате.

Казарин облизнул пересохшие от волнения губы и произнес:

– Соедините, пожалуйста, с номером… триста двадцать один.

Повисла небольшая пауза.

– Там сейчас никто не живет, – сообщила трубка.

Лешка все больше и больше начинал волноваться.

Память упорно подбрасывала факты, но он все боялся признать очевидное. Хотя не сомневался, что отлично запомнил эти три цифры – 3, 2, 1. Именно в такой последовательности они были указаны на двери номера в «Национале». Именно в нем жил человек, с которым предала его Танька и благодаря которому он не находил себе места вот уже несколько дней.

– А когда товарищ Мартынов съехал? – наконец решился Лешка.

– Вчера днем.

Алексей повесил трубку и замер в оцепенении. И хотя в висках сильно стучало, мозг вдруг заработал на полную мощь: Таня с Мартыновым; Каплер со Светой; диверсанты; драка в ресторане; убийство в Лебяжьем; Шлыков; зашифрованные адреса; артистка Ладынина… То, что эта фотография играет роль кода, опознавательного знака, он уже давно понял, но при чем здесь Мартынов? При чем здесь Мартынов?! И тут до него дошло… А как только дошло, у Алексея подкосились ноги. Танька! Обиды и подозрения мгновенно отошли на второй план. Его любимая Таня снова вляпалась в историю, но на этот раз все может оказаться не таким безобидным. Сам факт ее постоянного присутствия рядом с этим человеком ничего хорошего не сулил…

Казарин посмотрел на часы. Бежать в Кремль было бессмысленно – время утекало сквозь пальцы. Да и риск очень большой: не дай бог, его уже хватились, и тогда полноценного ареста не избежать. Иди потом всем объясняй! Размышлял Казарин недолго. Он выскочил из будки и бросился к припаркованному на противоположной стороне улицы автомобилю. Дверца была заперта. Алексей снял фуражку, приложил ее к заднему стеклу и ударил со всей силы локтем. Стекло осыпалось в салон. Казарин открыл дверь и сел за руль. Нащупав пучок проводов под приборным щитком, он принялся заводить машину…

Машина долго неслась по ночному шоссе, затем, почти не сбавляя скорости, свернула на боковую дорогу и притормозила лишь, когда впереди замаячил патруль. Казарин остановился и открыл окошко. Начальник патруля отдал честь:

– Предъявите документы.

Алексей сунул в окошко удостоверение:

– Капитан, только давай быстрее! – нетерпеливо крикнул он. – Я очень тороплюсь!

Начальник патруля неспешно стал смотреть документы:

– Не дергайся. Переезд все равно закрыт – бомбежка вчера была. Ни проехать – ни пройти. Давай в объезд.

Казарин ударил кулаком по рулю и попытался стронуться с места:

– Пропусти, как-нибудь объеду.

Офицер только ухмыльнулся:

– Не, не выйдет. Если бы у тебя был танк – то да. А на легковушке не получится. Там целый состав кишки разбросал.

Алексей чуть не зарычал:

– Черт, а что же делать-то?!

– Теперь только в объезд, через Удельную.

– А это далеко?

– Не-е, километров пять…

Казарин нажал на газ и свернул на грунтовую дорогу.

Уже светало, когда машина подкатила к высокому бетонному забору. Из КПП вышел заспанный сержант. Алексей представился и вновь показал свое удостоверение. Дежурный тут же перестал зевать.

– Надо доложить, – неуверенно сказал он.

Алексей подмигнул караульному:

– Не надо. Я не по службе. Хочу прибыть сюрпризом.

Сержант кивнул и исчез в караульном помещении. Через минуту оттуда вышел капитан, который на ходу козырнул Лешке и тут же расплылся в улыбке:

– Алексей, да ты ли это?!

Казарин внимательно пригляделся к улыбчивому капитану.

– Не узнает, чертяка, – затараторил тот. – Ну, точно не узнает! А так?

Офицер снял фуражку и изобразил «испанского летчика».

– Субботин? Колька! – воскликнул Алексей и выскочил из машины.

Друзья обнялись и пошли в штаб.

С Колей Субботиным Казарин проучился три года в Качинском летном училище, которое все выпускники между собой называли просто «Кача». Коля был из одной с Василием эскадрильи, и поэтому Казарин не удивился, увидев его здесь, в полку. Глядя на довольную физиономию однокашника, Алексей ощутил острую тоску: ребята продолжали летать, становились боевыми офицерами, а он ходил по земле и, что хуже всего, отсиживался в тылу.

– А я думаю, что это за «особист Казарин» к нам пожаловал? Неужели тот самый?! Как ты? Где?

Алексей грустно усмехнулся:

– Так у меня все в документах написано. Ни прибавить, ни убавить.

Субботин шутливо погрозил Лешке пальцем:

– Темнишь, брат! Ну да ладно… Погоди, ты ж наверняка к Ваське? Угадал? По глазам вижу – угадал.

– Угадал. Как мне его повидать?

– А никак! Уехал он.

Алексей нахмурился.

– Да не боись, на рыбалку они все укатили. Всем штабным гуртом. Но к вечеру вернутся. Сам понимаешь – девчонки… туда-сюда!

Друзья зашли в приемную штаба. Субботин широко развел руками:

– Но ты не думай, что мы тут расслабляемся. Это ж пока переформирование. У нас знаешь какая часть? Героическая! Вот скажи, у какой части есть личный журналист? А у нас есть. Ух какая красотка! Кстати… – Субботин поправил фуражку, – не твоя ли родственница?

– Однофамилица, – мрачно ответил Алексей.

Субботин понимающе кивнул, достал бутылку спирта, два стакана и деловито начал разливать.

– Это кабинет Василия, – указал он на тяжелую дверь, – напротив – начштаба Мартынова…

Но Казарин прикрыл ладонью стакан.

– Ты не обижайся, Коль, но я не буду. Так что ты про журналистку говорил?

– Про журналистку? А-а-а! Хорошая журналистка. Она вроде как с Василием в одной школе училась. Ураганная баба. В нее Мартынов втрескался. Даже ее фотку на столе держит. А она его динамит. Весь полк со смеху умирает.

Алексей недоверчиво переспросил:

– Динамит, говоришь?

– Динамит! Очень серьезная дамочка. Познакомлю. Вот только с рыбалки вернутся. Целый ящик снарядов взяли, чтобы рыбу глушить. Впрочем, я тебе это уже рассказывал. Постой, постой… А ведь ты тоже с Васей в одном классе учился, да и фамилия…