Альфред Великий и война с викингами
Шрифт:
Весна 878 г. застала Альфреда и его отряд за приготовлениями. Выступая в путь, они ещё не могли знать, что впишут определяющую главу в историю королевства, которое станет сердцем Англии. У Камня Эгберта собралось достаточно людей, чтобы доказать, что ни один другой властитель не может соперничать в Уэссексе с потомком Эгберта, даже если этот потомок сейчас является изгнанником. Для многих знатных людей Альфред был — и остался — их повелителем. И, к его вящей радости, они привели с собой достаточно воинов.
В условленный день, 4 мая, Альфред ждал у Камня Эгберта. Должно быть, его сердце забилось быстрее, когда дозорные сообщили о воинских отрядах, которые направлялись к месту сбора, подобно змее, извивающейся между деревьями. Правдой ли это было или вымыслом, но пророчество св. Кутберта сбылось. Король получил помощь. Неудивительно, что Ассер с таким восторгом описывает эту встречу:
«И когда они увидели короля, словно бы воскресшего после стольких тягот, они приняли его, как подобало, преисполнившись великой радости, и расположились там на ночлег. На рассвете следующего дня король отправился в путь и, добравшись до места под названием Айли, встал там лагерем на одну ночь».
Можно представить, что это были за ночи, когда воины, исполненные радости и воодушевления, расположившись вокруг костров, говорили о предстоящей битве. Возможно ли, чтобы на самого зверя из Чиппенгема была открыта охота?
У Альфреда имелись веские причины, чтобы идти в Айли. «Игли» в Истли Вуд, в Саттон Вени, тогда служил — и будет служить на протяжении многих столетий в будущем — местом встречи ополчения из сотен Хейтсбери и Варминстера. Возможно, здесь войско Альфреда пополнилось новыми отрядами. Очевидно, что к этому моменту вести о передвижениях Альфреда дошли до Гутрума в Чиппенгеме. Можно было, конечно, поджидать противника, приготовившись держать оборону в Чиппенгеме, но викингский предводитель знал, что королевства так не защищают. Ему нужно было произвести впечатление на сторонников и уничтожить врагов, поэтому он решительно двинулся навстречу Альфреду.
Гутрум не хуже Альфреда понимал, как велики ставки. Тот, кто выиграет битву, получил в качестве трофея Уэссекс. Однажды викингский предводитель упустил Альфреда, но теперь у него появился шанс избавиться от самого упорного своего противника. Поэтому даны двинулись из Чиппенгема к Брэттон Кэмп, ещё одному форту железного века, древние валы которого всё ещё обеспечивали прикрытие. Теперь лишь небольшое расстояние отделяло их от войска Альфреда, стоявшего в Айли. Внизу, у подножья холма, на западном краю Солсбери Плейн, находилось маленькое поселение, известное как Эдингтон, — королевское поместье, которое Альфред подарил своей жене.
Англосаксы сражались исключительно пешими, хотя и использовали иногда лошадей, чтобы добраться к месту сражения. Коней в этом случае оставляли в надёжном месте в тылу, а сами воины выстраивали знаменитую стену щитов, становясь на таком расстоянии, чтобы щиты, смыкаясь, частично перекрывали друг друга. С копьями и мечами наготове они могли после этого продвигаться вперёд, стуча своим оружием по щитам и взывая к Богу.
Луки редко использовались на полях сражений. Это оружие считалось охотничьим, а не тем, с помощью которого мужчина мог доказать свою смелость. Мастерство воина определялось тем, насколько он был храбр на поле битвы. Англосаксы славились своим умением сражаться в ближнем бою, нехватка тактического мышления компенсировалась их непоколебимой стойкостью. Пока рельеф местности позволял обороняться или наступать единой стеной, англосаксы выигрывали сражения. Но оказавшись в каком-то более сложном ландшафте, они часто проигрывали более хитроумным и манёвренным противникам.
Альфред, направляясь к Чиппенгему, неизбежно должен был пройти через древний форт, где его ожидало викингское войско. Итак, тем утром, свернув на рассвете лагерь, в 6 милях к северо-востоку от Айли, люди Альфреда увидели, как на гребне поросшей травой и лесом гряды холмов, вырисовывавшихся тёмным силуэтом на фоне рассветного неба, строится скандинавское войско, словно явившееся из той давней эпохи, когда неведомый народ воздвиг здесь эту крепость. В действительности сейчас решалась судьба не прошлого, а будущего: тот, кто победит в грядущей битве, возвестит наступление новой эпохи в истории Британских островов.
Возможно, Альфред отвёл своё войско к Бэттлсбери и занял выгодную позицию под стенами другого доисторического форта. Отсюда он мог нанести прямой удар по противнику, который стоял на его пути. Хронисты позднейших времён рассказывают об этой битве в столь цветистых и пышных выражениях, что смысл происходящего полностью теряется. Одни описывают, как Альфред, сражаясь без устали, сам стал для своих воинов «крепостным валом»; другие сравнивают короля с ангелом, который одним своим присутствием и своим тройным оружием из веры, надежды и любви к Богу сделал больше, чем самые сильные и доблестные воины. Перед лицом всех этих «свидетельств» мы совершенно беспомощны.
Ассер обращает особое внимание на даты. Была Пятидесятница, пятидесятый день после Пасхи, когда христиане вспоминают сошествие Святого Духа на апостолов. Здесь, на грязном и окутанном туманом склоне, Гутрум увидел человека, окружённого преданными сторонниками, — олицетворение христианской веры, воплощение всего того, чем сам он не являлся. В отсутствие детального описания сражения нам остаётся только поверить всем тем, кто утверждает, что Альфред и его сторонники победили благодаря вере и судьбе. Самый близкий по времени к этим событиям рассказ о сражении, не сводящийся к голой констатации факта (как в Англосаксонской хронике), оставил нам Ассер.
Мечи альфредовских времён существенно отличаются от оружия более ранних времён. Саксы, прибывшие в Британию в V и VI вв., использовали мечи, которыми пользовались завоеватели, были обоюдоострыми, почти плоскими, громоздкими и с плохой балансировкой, так что ими проще было нападать, чем защищаться. По мере того как возникла потребность обороняться, едва ли не чаще, чем атаковать, появились мечи, лезвия которых суживались к концу, в результате чего центр тяжести сместился к рукоятке и оружие приобрело лучшую балансировку. Таким мечом можно было сражаться более манёвренно. У мечей альфредовского времени были две закругленные крестовины, концы которых были развёрнуты вверх и вниз относительно черена рукояти. Считается, что навершия датских мечей были круглыми или D-образной формы.
Меч был очень ценным оружием, которое передавали из поколения в поколение. Сам король Альфред упоминает в завещании свой меч, который оценивался в 3600 серебряных пенни. Подобное оружие свидетельствовало о знатности человека. Однако копьё, по всей видимости, оставалось самым распространённым оружием, использовавшимся на полях сражений.
Англосаксонский король в битве и рукояти мечей IX в.
«Утром следующего дня он привёл свой отряд в место под названием Эдингтон. Там, построив людей в боевой порядок, король храбро и упорно сражался против всего языческого войска, и, по воле свыше, победил. В той битве пало множество язычников, и король преследовал отступавших до самой их крепости, поражая их на бегу, после чего захватил в плен всех людей, которые не успели спрятаться, и сразу убил, а коней и скот забрал себе. Его войско встало лагерем у крепости…».
Главным оружием англосаксонского воина было копьё. Оно было универсальным символом свободного человека, поскольку этим оружием владели воины всех рангов. Судя по источникам, копья делились на несколько категорий. Ниже перечислены слова древнеанглийского языка, использовавшиеся для обозначения копья и связанных с ним понятий: Aesc; Gar; Aetgar; Aescberend (копьеносец); aescthrace (удар копьём); Darof) (дротик); Ord (наконечник копья); Scutel (дротик); Spere (копьё); Gafeluc (более поздняя форма для Gar)
Aesc считался ценным оружием. Его название означает также «ясень». Видимо, оно возникло из-за рукояти, которая чаще всего изготавливалась из упругой и податливой, но при этом прочной древесины ясеня. Судя по отрывочным упоминаниям в сохранившихся источниках, воин держал это копьё двумя руками, а на поле боя использовал как колющее оружие и для отражения ударов. Никто никогда не бросал aesc. В качестве его владельцев чаще всего упоминаются старые прославленные воины и знатные люди.
Gar, или копьё, было меньше, чем aesc, с более лёгким железным наконечником и более короткой рукоятью. Gar часто описывают как летящее оружие, и очевидно, что его могли бросать во врагов.
Ниже в списке перечислено оружие, которое во время боя не держали в руках, а метали с небольшого расстояния. В эту категорию попадают darofo (дротик), scutel и gafeluc.