Чтение онлайн

Как только тритон её увидел, глаза у него алчно сверкнули.

— Маяк боггарта?! — проговорила с предвкушением и счастливо ощерившись, заинтересованно взглянул на меня. — А не жалко-то на кон ставить? Если проиграешь…

Он не договорил, многозначительно глядя на меня и поглаживая пальцами влажную бороду. За его спиной, Люк, выразительно глядя на меня, покрутил пальцем у виска.

— Что поделать, — притворно вздохнула я. — Проход мне важнее.

— Ну, как знаешь? — ухмыльнулся Гастон и с азартом потёр ладони. — Правила тебе знакомы?

Правила оказались не сложными — один в один, как наши французские шашки, только с некоторыми минимальными отличиями. Да и не собиралась я играть…

Сделав пару ходов, я нарочито растягивая время попивала отвратительный кислый эль. Следивший за мной Гастон, тоже несколько раз приложился к своему кубку.

А через минуту улыбнулся, не сомневаясь в собственной победе и с громким стуком упал лицом в доску, рассыпав все фигурки. Я испуганно отшатнулась, а грузное тело тритона сползло с кресла и распласталось на полу. Через пару секунд Гастон издал странное заикающееся хрюканье, а затем протяжно захрапел, с характерным карикатурным присвистом.

Я убедилась, что тритон уснул, а затем подхватила медальон и свечу Люка, а на свет вытащила шарманку Проклятого шарманщика.

— Зои, у тебя что, человеческое чувство самосохранение атрофировалось в следствие пагубного влияния магии? — вкрадчиво, с нервной едкостью, спросил Люк и повис над храпящим Гастоном.

— Ты же… Каменное проклятие! Ты же тритона усыпила!!!

— Ты хочешь его разбудить? — спросила я, забирая со стола свои вещи.

Облачившись в «родную» куртку, я открыла посудную сумку, пересчитала термокружки с волшебным кофе и сложила туда же «маяк» фергала. Медальон в виде ракушки повесила на шею — так, пока, надёжнее.

— Нет, но… это до тебя никто на подобное не решался, — развёл руками впечатлённый фергал. — Он захочет отомстить тебе.

— Пусть сначала проснётся.

— Что это значит?

— Значит, что я ему в кубок полбанки снотворного вылила, — не стала скрывать я.

Пока Люк приходил в себя от услышанного, я приблизилась к огромной клетке и стянула с неё грубую рогозовую ткань.

Под неё щурился от яркого света взлохмаченный и побитый Клод Марбо.

— Ну, здравствуй, — не скрывая злого торжества, издевательски продекламировала я. — Давно не виделись, Клод.

Пират в ответ ухмыльнулся, с интересом разглядывая меня. Разумеется, в глазах пирата не было и тени раскаяния.

— Ты смотри, — протянул он оценивающе и одобрительно, — жива осталась…

— Ты, никак, разочарован, милый, — с иронией проговорила я и поставила рядом с клеткой нефритовую шарманку.

— Это что?.. — начал было Китобой, но тут на его лице отразилось понимание.

Он узнал шарманку и метнул на меня шокированный взгляд.

— Но… КАК?! Как ты её достала, ведьма?!!

— Упорностью, изобретательностью и при должном содействии удачи, — промурлыкала я. — Но тебе лучше подумать о версии оправдания: скоро Шарманщик явиться за своей собственностью и у него будет к тебе множество вопросов.

В ответ Клод зло ощерился, но затем многозначительно хмыкнул, глядя на меня, как то по-иному.

— М-да, я совершил ошибку, когда бросил тебя там…

— Ещё какую, урод! — прошипела я, не сдержав ярости.

— Нужно было взять тебя с собой и предложить тритонам в качестве обмена! — с нажимом и ожесточением проговорил он.

— Тебе ещё поздно предложить им себя, — не осталась я в долгу.

У пирата потемнело лицо, а продолжила:

— Даже не знаю, что хуже: ублажать Гастона с Гаспаром или быть убитым разъяренным Шарманщиком.

— Имперская ты дрянь, — протянул вдруг пират.

Он добавил ещё несколько нелицеприятных слов в мой адрес, а я послала ему шутливый воздушный поцелуй.

Я уже собралась уходить, когда Клод окликнул меня. Когда я обернулась, он держал в руках странные часы на цепочке. Вроде тех, что носили в нашем мире, в конце девятнадцатого века.

— Иди ко мне, — внезапным потусторонним голосом проговорил пират. — Иди ближе…

Я, сохраняя отстранённое выражение на лице, подошла к клетке. Пират улыбнулся.

— Ещё ближе, — протянул он хрипловатым тоном.

Голос у него всё-таки был чертовски соблазнительным.

Я подошла в плотную к решетке. Наши лица и губы разделяли лишь пару сантиметров и холодные стальные прутья.

— Сейчас ты найдёшь ключи и выпустишь меня, но перед этим… поцелуй— ка меня, стерва. Страстно и с обожанием, девочка.

Он наклонился ко мне. От него разило потом, сыростью, злостью и ещё целым перечнем неразборчивых тухловатых миазмов.

Я послушно чуть запрокинула голову, немного в показном вожделении приоткрыла губы, будто напрашиваясь на поцелуй. Клод горел удивительным желанием, оно блестело в его глазах и горячим дыханием вырывалось меж приоткрытых обветренных губ…

Я резко выдохнула и сдула прядь темных волос с лица корсара. Тот вздрогнул, на миг опешил и замер в смятении. А я быстрым ловким движением вырвала у него часы из ослабевших от удивления пальцев. Тоже мне, гипнотизёр кустарного производства!

— Я бы дала тебе себя поцеловать, — ехидно заметила я, — но единственное место, где твоим губам пристало меня касаться, находиться на той части тела, которую я обычно людям не показываю. Прости.

Лицо корсара побагровело от злости.

— Отдай часы, паскуда! — он затряс клетку. — Отдай сейчас же! Они моего отца!

— О, правда? — тонким издевательским голоском спросила я уже у порога. — Тогда обещаю, что продам их подороже…

— Я разбужу его! — тыча пальцем в сторону храпящего тритона, проорал Клод Марбо.

Судя по вытаращенным в ярости глазам, он готов был меня придушить голыми руками.

— Моретворец тебе в помощь, — усмехнулась я. — Но особо на успех не рассчитывай… я вообще не уверена, что старик Гастон проснётся. Доза явно была великовата, но ты не сдавайся, пробуй.

С этими словами, я оставила орущего от злости пирата за спиной и, позвав с собой Люка, вышла из хижины Гастона.

Гаспар был заметно удивлён, когда я положила перед ним его медальон и слегка разочарован — он видимо уже представлял, как воспользуется своим выигрышем — но ворота для нас с Люком он открыл.