Чтение онлайн

того, что мышление участников не определяется реальностью, оно весьма

подвержено влиянию различных теорий. В области явлений природы научный

метод оказывается эффективным только в том случае, если используется верная

теория; но в области вопросов социальные, политических и экономических

эффективными могут оказатьсяи неверные теории. Хотя алхимия как естественная

наука потерпела неудачу, социальная наука как алхимия может преуспеть.

Это приводит нас к рассмотрению отношений между учеными предметом его

изучения. Как мы уже видели, D-N-модель требут от ученых строгого отделения их

утверждений и наблюдений от собственно предмета исследования, к которому они

относятся; только в этом случае предмет исследования может выполнять свйо

функцию и служить объективным критерием для проверки истинности или

действенности научных выводов. Эти соглашенш научного метода разработаны для

поддержания требуемого ра-граничения.

В области естественных наук эти соглашения оказываются эффективными,

поскольку мышление ученого фактически отделено от предмета его исследования.

Ученый может влиять на предмет исследования только своими действиями, но

никак не умозаключениями, и действия ученого подчиняются тем же самым

законам, что и любое явление природы. В частности, никакие действия ученого не

приведут к превращению простого металла в золо-то. Ученый может получить

некоторую личную выгоду, нарушив соглашения науки, но эта выгода достигается

лишь благодаря об-ману, который будет раскрыт другими учеными,

подчиняющиеся соглашениям.

Социальные явления носят иной характер. Несовершенство понимания ситуации ее

участниками препятствует должному функ-ционированию D-N-модели. Для

соглашений научного метода эго имеет далеко идущие последствия. Это

ограничивает результат, которые могут быть получены при соблюдении этих

соглашений, и, что еще печальнее, это открывает дорогу к получению ценных

результатов при их нарушении. Многое может быть достигнуто путем притворного

соблюдения соглашений, в то время как в дей-ствительности они не соблюдаются.

Естественные науки имеют солидную репутацию: теория, которая провозглашает

себя научной, может оказать на легковерную публику большее влияние, чем теория,

в которой откровенно признаются ее политические или идеологические

приоритеты. В качестве типичных примеров мне достаточно упомянуть лишь

марксизм и психоанализ; но это утверждение относится также и к идее капитализма

laissez fare, опирающейся на теорию совершенной конкуренции. Стоит заметить,

что и Маркс, и Фрейд отстаивали научный статус своих тео-рий и основывали

многие свои утверждения на заявлениях о своей "научности". Как только мы

допустили подобного рода утверждения, сам термин "социальные науки"

становится подозрительным. Это — волшебное слово, используемое социальными

алхимиками, чтобы с помощью заклинаний навязать свою волю предмету их

исследований.

Как могут "истинные" последователи научного метода обезопасить себя от

подобных злоупотреблений? Мне кажется, что существует только один выход:

лишить социальные науки того статуса, который они получили за счет

естественных наук. Термин "социальные науки" следует считать ложной

метафорой.

Это не значит, что мы должны прекратить поиски истины при изучении явлений

общественной жизни. Это означает лишь, что стремление к истине требует от нас

признания того, что D-N-MO-дель неприменима к ситуациям, имеющим мыслящих

участников. Мы должны отвергнуть доктрину о единстве метода и прекратить

раболепную имитацию естественных наук.

D-N-модель была с таким успехом использована в области естественных наук, что

ее начали приравнивать к научному методу. По иронии судьбы модель эта была в

значительной степени превзойдена современными естественными науками;

общественные науки, тем не менее, все еще пытаются соперничать с достижениями

естествознания девятнадцатого века. Попытки эти безуспешны, поскольку, как мы

уже видели, предмет исследования не укладывается в рамки D-N-модели. Однако,

как показала квантовая физика, научный подход не всегда ограничивается D-N-

моделью: статистические, вероятностные обобщения могут оказаться более

продуктивными. Мы также не должны игнорировать возможность разработки

инновационных подходов, не имеющих прототипов в области естественных наук.

При различиях в предмете исследования, неизбежно должны существовать и

различия в методах его изучения.

В настоящей книге я исследую такой инновационный подход, но прежде чем я

перейду к нему, я хочу обеспечить, что он не будет оцениваться по стандартам D-N-

модели. Мир несовершенного понимания не поддается обобщениям, которые могут

быть использованы для объяснения и прогнозирования конкретных событий.

Симметрия между объяснением и предсказанием существует только при отсутствии

мыслящих участников. В противном случае прогнозы всегда будут обусловлены

восприятиями участников; таким образом, они не могут обладать законченностью,

присущей им в D-N-модели. С другой стороны, прошедшие события так же

законченны, как и события в D-N-модели; таким образом, объяснение становится

намного более легким, чем пред сказание. Если же мы откажемся от ограничения,

требующего логической взаимозаменяемости предсказаний и объяснений, мы

сможем построить теоретическую конструкцию, приемлемую для нашего предмета

исследования. К сожалению, эта теория не может быть испытана тем же методом,

что и теории, укладывающиеся в логическую структуру Поппера. Это не значит,

что следует отказаться от проверки теории; напротив, постольку, поскольку мы

имеем дело с пониманием вещей, как они есть, нам следует непременно подвергать