Чтение онлайн

— Я в одну аптеку зашла, а там провизор знакомая мамы, я сразу оттуда вышла. В другую заскочила, там бабка из соседнего подъезда сердечные капли покупает. В третьей, очередь была. Я на кассе в супермаркете взяла, там только такие были. В кафе забежала, там в туалете и сделала. Домой побоялась нести.

— Лежи приходи в себя. А я сейчас сбегаю, куплю еще несколько. Может это тест, бракованный какой-нибудь.

— Но у меня ведь задержка…

— Ну и что? Прежде чем устраивать истерику нужно убедиться наверняка, есть ли в ней смысл. Может это ошибка. Так бывает… А лучше конечно к врачу сходить, тест на ХГЧ сдать.

— Ага… и завтра мой папенька все узнает.

— Он и так узнает, Диан. Почему ты его так боишься?

— А ты бы не боялась?

— Не знаю… У меня строгий папа, но не настолько, чтобы я так сильно боялась в чем-либо ему признаться.

— Ну это же ребенок…

— У меня три сестры и брат… В детях нет ничего страшного.

— Это когда дети рождаются в любви и в браке, в них нет ничего страшного. А когда твой папа директор школы и ты его единственная дочь, которая должна во всем быть примером для окружающих… Принести такому в подоле, все равно что самостоятельно пустить себе пулю в лоб.

— Ты вроде бы уже не школьница.

— Но и не замужем.

— Ди, а отец, то кто? Если беременность подтвердится нужно обязательно ему сказать.

— Замуж он меня точно не позовет, — говорит Диана и отворачивается в сторону снова вытирает слезы растерзанными салфетками.

— Ладно, я быстро.

Подхватываю сумочку и бегу в аптеку. Диана конечно попала. Папа у нее и правда специфический. Видела его лишь раз, мне хватило.

На полу в ванной лежит четыре разных теста. Все положительные. Ди сидит прямо на полу, снова плачет.

— Лис, а ты можешь как-нибудь через сестру организовать мне прием у врача. Только так, чтобы моя фамилия нигде не фигурировала.

— По-моему ты преувеличиваешь. Твой папа что, регулярно обзванивает все женские консультации? Ты все равно не сможешь долго скрывать. Через два-три месяца живот появится. Да и общее состояние может выдавать. Токсикоз знаешь какая ядреная вещь. Тебя не тошнит кстати?

— Ничего у меня не появится.

— Совсем дурная? Если собираешься избавляться, я тебе не помощник.

— А что ты мне предлагаешь?

— Сообщить парню, который сделал тебе этого ребенка.

— Это исключено.

Присаживаюсь рядом.

Дианка тихоня. Вот если бы залетела Милана, я бы вообще не удивилась. А Ди? Пока эта информация никак не укладывается в моей голове.

— Диан, — беру ее холодную ладонь в руки, — это было насилие? Ты не хотела этого?

Она начинает быстро мотать головой.

— Нет, ты что!? Хотела, — опять слезы в четыре ручья.

Да что же мне с тобой делать, Диана?

Со всей этой историей я совсем забыло о времени. Отвожу ее обратно на диван.

— Ты куда-то собиралась?

— Уже нет. Ложись…

Звонок домофона, не заставляет себя долго ждать он раздается ровно в восемь.

— Это, наверное, Ярослав, — подскочив произносит Ди.

— Нет, лежи. Я сейчас.

Накидываю джинсовку и сама спускаюсь к Юре. В квартиру я его не пущу. А прятаться больше не вижу смысла.

Он стоит около подъезда, вертит в пальцах сигарету. Нервничает… А я уже нет. Дианкина проблема, полностью задвинула мои переживания на второй план.

— А где же цветы? — скрещиваю руки на груди становлюсь перед ним.

— Розами, наверное, по морде получать неприятно. А с ромашками я на фоне твоего нынешнего кавалера буду выглядеть бледно… Поэтому пока без цветов.

— Ну почему сразу розы? Орхидеи, пионы, хризантемы в конце концов. При желании можно подобрать и менее травмоопасный букет.

— Когда-то ты любила ромашки…

— Когда-то я была наивной дурочкой.

— Больше не наивная?

— Больше не дурочка… Говори быстро что хотел, я не одна. Приглашать тебя не собираюсь.

— И кто же там у тебя?

— Не твое дело. Говори и проваливай.

— Лис, с моей стороны ничего не изменилось.

— Что? Не изменилось, что? — возмущенно выпаливаю я.

— Ничего не изменилось, я по-прежнему тебя люблю… Дай мне второй шанс!

— Ты нормальный!? Я столько времени тебя ждала! Когда папа сказал, что ты в армии, я решила, что год — это мелочь. Что год — это ерунда. Наивно думала, что ты действительно не можешь мне позвонить. Я просто ждала, когда ты придешь. Ты думаешь я поверила тому что ты мне написал? Я тоже однажды наговорила тебе много на эмоциях, о чем очень жалела потом. Я ждала, Юра. Дни считала. А ты оказался моим самым большим счастьем и самым огромным разочарованием.

— Я не мог по-другому.

— Наверное легко любить фарфоровую куклу. Любить хромоногую уродку сложнее… А калеку, наверное, и вовсе невозможно?

— Что ты несешь?

— То, что ты встречался со мной только потому, что я была красивой, потому что тебе завидовали друзья, потому что…

— Алиса, тебя несет куда-то не туда, — взмахивает он руками.

— Юра, ты зря теряешь время. Я больше не та девочка с идеальной внешностью и звонким смехом. Ты знаешь сколько на моем теле шрамов?

Юра опускает голову.

— Для меня это не важно…

— А для меня важно. Каждый мой шрам — это напоминание о том, что без идеальной внешности я никакая. Не красивая, не интересная, не талантливая, не нужная… Ты знаешь, любой из них можно убрать. Стереть, отшлифовать… только от этого я все равно не стану прежней. Потому что шрам здесь, — прикладываю ладонь к груди, — невозможно убрать ни одним современным средством.

— Лис, — Юра подается ко мне, — я постараюсь все исправить.

— Не напрягайся, возвращайся к своей прежней жизни. Ты же, наверное, не монахом жил все это время?

— Не монахом.

— По-твоему это нормально? Сначала бросить… Несколько лет жить себе преспокойненько. А потом, встретить меня совершенно случайно. Убедиться, что визуально, я вполне себе неплохо выгляжу. Прийти и сказать: «С моей стороны ничего не изменилось. Люблю тебя, Алиса. Дай мне шанс?». Неужели ты думаешь, что я брошусь после этого тебе на шею?

Юра смотрит куда-то в сторону. Сигарета в его пальцах давно превратилась в труху.