Чтение онлайн

— Это тоже часть формы? Я думала, у тебя это своя собственная фенька, для красоты.

Женщина рассмеялась.

— Я уже говорила тебе, что эльфы — эстеты. Но дело не только в красоте. Боюсь, подобное украшение — символ, отголосок времени, когда любая женщина под крышей этого замка, независимо от социального статуса или расовой принадлежности, носила ошейник. Думаю, ещё лет сто двадцать назад…

— Что?!

Я не ослышалась?.. Штаны Святого Патрика! То есть, я, конечно, читала, что после многих тысяч лет дамского владычества, Тёмные сделали всё, что бы показать эльфийкам их место, и напоминать об этом при каждом удобном случае и любым доступным способом. Таково было право хозяина дома. Значит, это касалось не только эльфиек… Но чтобы лично столкнуться с таким пережитком прошлого?!

— А…

— Нет, миледи Лоури цепочку не носит, — прозвучал ответ на мой невысказанный вопрос, — но обращается к брату «милорд» и на «вы». Иного обращения он не потерпит. Не забывай — это же Владыка Тёмных.

Вот же блин!.. Носить на шее украшение и думать, что для его светлости (в смысле, «тёмности») дурацкая цепочка — приятное напоминание о том, что женщины находились в одной плоскости с комнатными собачками… тьфу, кошками?! Тогда неудивительно, что клан Барнетт начал Вторую Войну Достоинства в Шотландии, а остальные кланы поддержали. Alterius nоn sit qui suus esse pоtest!

Можно было сколько угодно лелеять крепнувшее в душе чувство протеста, но пришлось надеть цепочку, Нора помогла застегнуть. Смотрится, конечно, красиво, но лучше бы я не знала о значении украшения!..

— Пойдём знакомиться с котами, Пэнти. Для облегчения взаимодействия возьми вот что…

Она протянула мне нечто, похожее на ультразвуковой свисток. Я видела такие штучки в сети, когда читала об основах дрессировки модифицированных мейн — кунов. Чуть было не сказала, что мне он не нужен — эльфийская наследственность позволяет издавать звуки и слышать в высокочастотном диапазоне. Вовремя одумалась, прикусила язык, взяла у Норы свисток. Также она дала мне кликер — простое устройство, издающее щёлкающий звук, — приспособление для дрессуры животных, позволяющее скорректировать поведение.

Мы прошли узким коридором и остановились у одной из дверей. В нижней части двери (кстати, как и у большинства, увиденных мной дверей) имелся кошачий лаз, который сейчас был заперт.

— Вынужденная мера. — Указала Нора Романо на небольшой замочек. — Все трое в положении заключённых в ожидании тебя. За котами в последнее время присматривала Мэри — Бланш, но у неё есть и свои обязанности, уборка, поэтому коты не на свободе. Мэри их выпускала на три часа утром и так же — вечером, что бы проводили время с хозяином, когда он дома. Милорд в отъезде до конца недели, коты изолированы. Но с момента твоего появления — почти никаких закрытых дверей. Поначалу будет сложно, но мы по мере сил тебе поможем, и ты адаптируешься.

— А сколько всего прислуги в Кэслин Эльдендааль?..

— Постоянный штат — десять человек. В случае необходимости — например, когда начнётся подготовка парка к зиме, или планируется разгул у миледи Лоури, или что ещё — агентство всегда присылает дополнительный персонал. Не все живут здесь постоянно, — таких слуг шестеро, включая тебя. И я, и менеджер по персоналу, и ещё двое — мы живём в Корке. Я понимаю, что у тебя не самая высокая зарплата, — мягко говоря… Но проживание на рабочем месте означает, что тебе не придётся тратиться на еду и съём жилья в Корке, а это, согласись, существенно для студентки.

— Более чем, — улыбнулась я. — Предупреждаю, я прожорлива.

С сомнением, поглядев на мою талию, Нора фыркнула:

— Ой, уж не больше, чем эти три кота — проглота. Вот они, красавцы, прошу любить и жаловать!

С этими словами она отперла дверь.

Моему взору предстала очень большая комната — не комната, а целый зал, разделённый на две зоны. Большая правая часть, судя по предметам интерьера, была предназначена для котов, а левая, откуда имелся выход в ванную комнату, — для меня. Всё, что нужно мне, тут есть: большая кровать, пара стульев, небольшой скрытый в стене шкаф и угловой стол с сетевым блоком (будет, где делать контрольные, а отправлю я их потом, от Лоис, здесь незачем «светить» мой почтовый адрес). Ванная тоже выше всяких похвал.

Да уж, котам тут раздолье — и городок с лесенками, лежанками и домиками, и когтеточки, и куча игрушек. Крытые в виде домиков кошачьи лотки расставлены очень продуманно, чтобы у зверей не было конкуренции за отхожее место.

— В основном они делают свои туалетные делишки на улице. Так что тут убирать практически не приходится. — Нора прошла в комнату, поманив меня за собой.

Сейчас три «красавца» разместились в той части зала, которую должна была занимать их горничная.

Двое сидели на столе: один кот был полностью чёрный, с желтыми глазищами, второй — черноватый, с серыми и белыми разводами на шерсти, в белых «чулочках», глаза — зелёные. Оба они были крупными, с виду весили не менее пятнадцати фунтов, и имели все характерные признаки породы мейн — кун: мощные лапы, заострённые ушки с кисточками на концах и очень пушистые хвосты конической формы. До чего хороши!

— Это взрослые коты, Пэнти. Чёрный — Блэкки, три года, второй, смешанного окраса — Смоки, тоже трёхлетка. А это… младшенький, модифицированный, Мистер Тайгер.

Блэкки и Смоки со скорбным выражением на смышлёных мордах, взирали на «младшенького», который заканчивал на кровати расправу над остатками подушки. Да, мне придётся попросить себе новую: данную подушку уже нет смысла спасать.

— Хм… Сколько же младшенькому стукнуло?

Нора с каким — то благоговейным ужасом объявила, что малышу семь месяцев.

Малыш… То есть, Мистер Тайгер, и вправду имел тигриный окрас из перемежающихся полос рыжего, чёрно — коричневого и красно — коричневого цвета. Лапка семимесячного малыша была толщиной в моё запястье. Отчасти это можно было списать на пушистость, но лишь отчасти. Длина «малыша» без учёта хвоста составляла, без малого, три фута.

Благоговейно понизив голос, я спросила, до каких пределов будет расти котик.

— Кажется, взрослый кот достигает в размерах четырёх с половиной футов, Пэнти.

— Где милорд взял этих монстров?

— У заводчика, в Англии. Отсюда и клички.

Младшенький перестал рвать подушку, видимо, сочтя разорительную работу вполне законченной. Устремив на меня взгляд огромных, вишнёво — карих, глаз, он облизал розовый нос и тонким, умильным голосом маленького котёнка сказал «мяу». Если бы Блэкки и Смоки были людьми, они бы испустили вздох страдальцев за некое правое дело.

— В сторону! — Скомандовала Нора.

Обычно у меня очень хорошая, безупречная реакция, но я находилась под таким впечатлением от вида «младшенького», что не успела сгруппироваться. Один прыжок с кровати — и Мистер Тайгер, как пушистый снаряд, метнулся ко мне на грудь всем своим весом, я оступилась в непривычной обуви и упала навзничь. К счастью, я приземлилась на ковёр с мягким и высоким ворсом, но была тут же придавлена котом. Он кинулся вылизывать мне лицо, шею и руки своим шершавым языком, будто игривый щенок. Вместо счастливого повизгивания, Мистер Тайгер издавал невероятно громкие урчащие звуки, и в придачу пытался «доить» лапами моё платье. Вот это да!..

Нора безуспешно пыталась оттащить кота за ошейник, помог только ультразвуковой свисток, который она догадалась вытащить у меня из кармана.

Котик нехотя сполз с меня и занял выжидательную позу рядом, умильно сложив передние лапки, насторожив ушки, и с вожделением поглядывая.

— Ну, как тебе питомцы? — Сочувствующим голосом спросила Нора Романо.

— Я… э — э… еще не поняла. Придётся повозиться с младшеньким.

— Взрослые коты особых хлопот не доставят, проверено. Проказничает и хулиганит только Мистер Тайгер. За ним нужно бдительно следить, и особенно это касается доступа в покои миледи Лоури. Сейчас там заперта кошачья дверца, но миледи не считает себя обязанной следить за тем, чтобы закрывать двери во все свои покои. Если котик доберётся до птиц…