Чтение онлайн

Я надеюсь, она говорит про манты и замешивание теста? Или я обещал научить её чему-то ещё?

Ладонь Дины соскользнула с плеча, опустилась на грудь, и пальцы с силой её сжали. Тихо простонав, девушка прикрыла глаза, качнулась вперёд, а её вторая ладошка стремительно направилась к пупку.

— Ты обещал мне всё показать и всему научить! Может, пойдём и сделаем это прямо сейчас? — глядя в упор на меня, задала вопрос Дина.

Она стояла по центру ванной комнаты в одних лишь зелёных трусиках, а я только что вышел из душа и прикрывался банным полотенцем. Ладонь Динки соскользнула с плеча, опустилась на грудь, и пальцы с силой её сжали.

Тихо простонав, девушка прикрыла глаза, качнулась вперёд, а её вторая ладошка стремительно направилась к пупку. Огладила плоский животик, едва коснувшись нижнего белья, и через полотенце прижалась к моему прессу.

— Дин, что происходит? — спросил я, перекинул край полотенца через плечо и прижал двумя руками локти девушки к её туловищу.

Я давно осознал, насколько откровенной может быть синевласка с теми, кто ей близок. И на самом деле хорошо понимал, что сейчас происходит. Скромная в компании, она всё же не переставала меня удивлять, когда мы оставались наедине.

— Ты мне нравишься! — неожиданно призналась Дина и опустила глаза. — Я ни на что не претендую. У тебя и так целых три девушки! Но я хочу, чтобы ты это знал. Обещаю, я буду себя контролировать. Но… Кхм… Я никогда не чувствовала ничего подобного раньше… — Усилием воли Дина заставила себя посмотреть в мои глаза. — Мне хочется быть рядом с тобой. Хочется к тебе прижиматься. Хочется ощущать твои тёплые руки. Хочется нравиться…

— Ты мне и так нравишься! — прошептал я.

Не знаю зачем, но я притянул синевласку к себе и нежно обнял. Она обвила руками мою шею и прижалась щекой к груди. Все последние дни я только и делал, что отвечал Дине взаимностью. Поздно врубать заднюю и делать вид, что между нами ничего быть не может. Динка мне нравится. Она милая, добрая.

Но несмотря на столь трогательный момент, моё тело отреагировало на обнимашки вполне естественным образом.

— Дин, пойми меня правильно. Если ты будешь ходить по дому в таком виде, мне будет неудобно. Я не могу ничего сделать со своим организмом!

— Хи-хи… Ты тоже меня возбуждаешь! — хихикнув, выдала девушка ещё одну откровенную вещь, а её пальцы коснулись моих мокрых волос на затылке.

— Но я не хожу голым по дому! — привёл я убедительный аргумент.

— Объясни это моей фантазии… — ответила Дина и тихо засмеялась. — Я постараюсь не отличаться от твоих девушек. Но ни прятаться, ни стесняться тебя я не буду! Понял?

— Понял! — усмехнувшись, сказал я. — Звучит, как угроза.

— Эй! Я вовсе не опасна! — ответила синевласка, прогнулась назад и коснулась животом моего твёрдого члена. Замерла на секунду, а потом стукнула меня кулачком по груди. — Я просто хочу быть собой! Не усложняй!

— Ладно, ладно! Не буду. Но мне нужно одеться, — мягко намекнул я на присутствие девушки в комнате.

— Одевайся! Какие проблемы? Или ты хочешь попросить меня выйти? Ты не сказал, что прячешься, так что я не виновата, — напомнила мне о моём же правиле Дина.

Отстранилась, шагнула к зеркалу и, взяв в руки расчёску, продолжила как ни в чём не бывало пританцовывать и приводить свою причёску в порядок.

— Вот как?!

Я взял полотенце двумя руками и стал обтираться, игнорируя присутствие девушки в ванной. Если она меня не стесняется, то почему должен я? Не спрятался? Вот ещё! Это мой дом, и я не намерен здесь прятаться! Меня кто-то видит? Вообще не моя проблема!

? ? ?

Выйдя из ванной, я надел шорты, спортивную майку. А Дина прислушалась к моей просьбе и спрятала грудь под коротким белым топиком. Однако её яркие зелёные трусики не могли не отвлекать моё внимание.

— Так ты покажешь, как делать манты? Ты обещал меня всему научить! — повторила свою просьбу синевласка.

— Прямо-таки всему?

— Ну… Ты сам сказал, что мы приготовим манты, и тогда я тоже буду уметь!

— Мне кажется, это я говорил про тесто. Надень-ка ты фартук!

Я нацепил на девушку бежевый прямоугольник. Развернул её к себе спиной и завязал лямки бантиком немного выше крестца.

— Значит, научишь делать только тесто? Эх… — грустно вздохнула Дина.

Этот фартук прикрывал тело девушки лишь спереди, а вот сзади делал его ещё аппетитнее! Увидев завернувшийся на одной ягодице край трусиков, я машинально опустил руки и, заведя указательные пальцы под ткань, расправил её лёгким движением.

— Нет, почему же?! Манты лепить тоже научу. И торт сделаем вместе.

— Со сливками?

— Э… со сгущёнкой. Кстати, её нужно сначала сварить, — вспомнил я, отошёл к шкафу и присел. — А ты достань пока из холодильника фарш.

— Слушаюсь и повинуюсь! — мило ответила синевласка, кивнула и, проходя мимо, провела ладошкой по моему плечу.

Я взял с полки банку сгущёнки и небольшую кастрюлю, набрал в неё воды, поставил греться на плиту. Затем отодрал от железной банки намертво приклеенную цветную этикетку и опустил банку в кастрюлю.

Под моим чутким руководством Динка собрала на обеденном столе необходимые ингредиенты для приготовления теста. Разбила в миску яйца, насыпала муки, посолила, добавила молока. А я принялся взбивать получившуюся массу ложкой.

— Давай, сыпь ещё! — сказал я. Поставил миску на стол, и Дина стала потихоньку подсыпать муку из бумажного пакета. — Больше… Ещё больше!

— Да сколько её надо то?!

Рассмеявшись, я коснулся рук синевласки. Сыпанул как следует и начал разминать тесто своей рукой, а потом вывалил мягкий комок прямо на столешницу.

— Теперь ты! Мни тесто! Давай, давай! Ты же хотела научиться?

Динка склонилась над столом и принялась мять тесто ладошками. Посмотрев на это какое-то время, я подошёл к девушке сзади и положил руки на её ладони.

— Смотри, как надо. Разминаешь в лепёшку, а затем — бац. И ещё раз… — приговаривал я, раскатывая и снова собирая тесто в плотный кругляш. — Пробуй!

Моя грудь упиралась в лопатки Динки, пах прижимался к её то и дело напрягающимся ягодицам. А моя щека едва не касалась лица девушки. Всё это казалось безобидной игрой, но чувствовал, как она меня заводит.

Работа эта с непривычки оказалась для Дины утомительной. И тогда я поручил ей порезать лук, а сам продолжил готовить тесто. Через три минуты синевласка смеялась и ревела во все глаза, шмыгая носом и обзывая меня страшными ругательствами просто за то, что я заставил её делать самую «вредную» работу.