Чтение онлайн

— Понимаю, — почти машинально сказал я и тут же принялся думать, скрипя уставшими за день извилинами.

Что значат её слова? А её полиаморные взгляды? Неужели она уверена, что никогда не сможет полюбить никого другого?

— Понимаю, — повторил я немного позже и, наконец, сформулировал свой вопрос: — Но как же твоя полиамория? — И именно в этот момент на небосводе зажглась звезда. Медленно падая, она оставляла за собой яркий, искрящийся след. Я не выдержал и указал на него рукой, перебивая едва открывшую рот Сашу: — Смотри, звезда! Загадывай скорее желание! Ну? Успела?

— Нет, не успела, — улыбнулась она и негромко усмехнулась.

— Тогда будь готова. Сейчас упадёт ещё одна! — излучая уверенность, пообещал я. Хотя сам, кажется, так даже не думал. Александра вновь обернулась, будто проверяя, не шучу ли я, и я добавил: — Нет, нет. Смотри в небо! И в этот раз не пропусти момент.

Она задрожала от смеха:

— Ладно, ладно, звездочёт. Я жду!

К моей радости, ждать пришлось совсем недолго. Почти в том же месте появился очередной метеор. А следом за ним — ещё один. А затем ещё и ещё. Видимо, как раз в это время мимо Земли пролетала комета.

— Ну?! И сколько желаний ты загадала? — спросил я через минуту, когда небо снова неподвижно застыло.

— Одно.

— Всего лишь одно?! — удивился я и, сам развернув к себе Сашу, уставился в её влажные, полные счастья глаза.

— Да. Просто много-много раз… — тихо выговорила она и улыбнулась шире. — Ты помнишь ручей? Ну, тот, на котором мы встретили старичка с ящерицей.

— О, конечно, я помню! Тиндариль! Так её звали! Ту зелёную ящерицу.

— Да! Помнишь, какое желание я тогда загадала?

— Угу. Состариться вместе, — недолго покопавшись в своей памяти, ответил я. — И чтобы, когда я буду старенький и буду ходить с палочкой, мы так же держались с тобой за руки. — От моих слов Сашка вдруг почему-то расплакалась. — Эй! Ты чего? Я что-то перепутал? Сказал что-то не то?

— Нет, ты повторил всё слово в слово… Просто…

— Это и было твоё желание? — догадался я и, не зная, как реагировать, попросту расплылся в улыбке.

Ничего не сказав, Саша кивнула. Тогда я поцеловал её влажные губы, затем кончик и крылья носа, щёки, иссушая своими горячими губами солёные дорожки с её лица. И неожиданно вспомнил, что не дал ей ответить на свой вопрос.

— Прости. Я тебя перебил. Увидел звезду и чуть не забыл, о чём спрашивал! Что ты хотела сказать мне?

— Ничего, любимый… Хотя нет. Мхах! — Сашка шмыгнула носом. — Я люблю тебя! Люблю больше жизни!

Слова обожгли, прочно застряв в моих мыслях.

— И я тебя! — повторил я, словно пытаясь осознать что-то важное. Но никак не мог понять, что именно.

Александра опять улеглась. Я заботливо подоткнул плед, прикрывая её шею, и снова уставился на далёкие звёзды.

Память услужливо подбросила день перед походом в ресторан, кадры фотозоны торгового центра с огромным сердцем из ярких блестяшек и случайных зевак, наблюдавших, как я торжественно надеваю на Сашин палец обручальное кольцо. Тихим шёпотом слова сами сорвались с моих губ:

— Я обещаю. Мы всегда будем вместе.

Ответом мне был лишь Сашин шумный вдох и её голова, ещё сильнее прижавшаяся виском к моей щеке.

Вдоволь налюбовавшись звёздами и ночным небом, мы с Александрой спустились назад на мансарду.

Лера и Катя уже закончили монтировать видеоролики и, видимо, ушли спать к себе. Они оставили ноутбук открытым прямо на письменном столе посреди россыпи деталей конструктора.

Улыбнувшись пустой миске из-под печенья, я подошёл к столу и разлил остатки сока по стаканам. Один выпил сам, другой протянул Саше.

— Спасибо! Теперь спать? — вытерев пальчиком уголки губ, спросила она. Облизнулась и принялась не спеша раздеваться.

Я кивнул. Тогда Сашка подбежала к двери, закрыла её на замок. Скинула с себя шортики, стянула носки и, оставшись в одной футболке и трусиках, запрыгнула на кровать, где лежала Микаэла. Ожидая нас, та всё ещё читала свою мангу.

— Тём, а она здесь без трусиков! Хочешь посмотреть?!

— Эй! Это неправда! — возмутилась Мика и резко откинула покрывало. Демонстративно поднялась на коленках, а затем сдёрнула с себя шортики, обнажив белое нижнее бельё с красным бантиком.

— Хи-хи… Я же пошутила! Ну чего ты? — смешливо объяснила Александра, поправляя Микину тонкую маечку. — У тебя всё готово?

— У меня да. Но… Артемис, где амулет?

Я уже погасил верхний свет и, на ходу снимая с себя рубаху, задумался. Так. Я ведь оставлял его под подушкой. Верно? Но кто-то перестилал постель. И раз Мика спросила, то на кровати его, очевидно, больше нет.

Опустив сложенные шорты на комод, я выдвинул верхний ящик и увидел лежащее на вещах серебристое сердце. Хм… Не помню, чтобы убирал его сюда. Впрочем, ладно.

Подхватив амулет, я забрался на кровать, перелез через Сашу, не забыв её потискать, и, наконец, улёгся.

— Напоминаю, ничего во сне не менять! Вам ясно? Особенно тебе, Артемис! — назидательно произнесла Мика и, повошкавшись под покрывалом, осторожно прижала ладошку к моей груди.

Я приобнял Микаэлу, притягивая поближе, пока Сашка пристраивалась с другой стороны. По очереди чмокнул обеих девушек, куда получилось, и уставился в потолок:

— Хорошо, Мика. Я помню. Ты всё продумала. Нам лишь надо следовать твоему сценарию.

— Да. Вы всё поймёте. А где нет — импровизируйте! И ничему не удивляйтесь. Хи-хи… — тихо засмеялась Микаэла. Потёрлась кончиком носа о моё плечо и притихла.

— Весёлых нам всем сновидений! — прошептал я и смежил веки.

Усталость, скопившаяся за целый день, моментально заявила о себе, и я не заметил, как провалился в сон.

А в следующее мгновение…

Услышал мерный стук колёс и чьи-то причмокивания. Мы что, едем в поезде?

Открыв глаза и проморгавшись, я оглядел небольшое уютное купе. На столике уже стоял стакан с горячим чаем в красивом серебряном подстаканнике, рядом с ним — корзинка с аппетитными крендельками и вазочка со свежими яблоками.

Я лежал на мягкой полке, до груди накрытый тонким одеялом, под которым творилось что-то невообразимо приятное, а если точнее, кто-то там делал мне шикарный минет и громко причмокивал.

Схватив одеяло за край, я резко откинул его и увидел на своём члене ротик милой светловолосой девушки. Подняв на меня свои большие, зелёные кошачьи глаза, она с чпокающим звуком выпустила мой ствол изо рта, облизнулась. Дёрнула мохнатым ушком и, наклонив голову набок, мило улыбнулась.