Чтение онлайн

— Совсем нет, — сказал я, едва успев подхватить свой саквояж. А то бы Филя потащила и его. Мелкая, а юркая. И такая сильная!

Моя помощница погрузила два чемодана, я и Фелиция забрались внутрь кареты, а затем Сандра уселась напротив нас. Она дала команду кучеру, и мы не спеша покатились по вымощенной камнем дороге.

— Вина? — тихо предложила монахиня и достала откуда-то из-под скамьи кувшин. — Мы сами готовим. Из собственного винограда. Попробуйте, очень вкусное!

Хм… А почему бы и нет?

Я кивнул, и тогда Сандра вынула из ящичка ещё и стаканы. Наполнила их вином и тут же осушила свой. А потом принялась сверлить меня загадочным взглядом. Я пригубил, наслаждаясь сладковатым вкусом напитка и его великолепным ароматом, и последовал примеру монахини.

— Ньях… И правда, вкусное! Можно ещё? — попросила вдруг Филя. — Не переживайте, хозяин. Я буду в порядке! Вы сами недавно хвалили мой метаболизм.

Сандра усмехнулась и, не дожидаясь моего позволения, налила мне и Фелиции ещё. Та откинулась на спинку скамьи, сбросила лёгкие туфельки и, подобрав ножки под себя, довольно замурчала, потягивая красное вино.

— Так и что произошло в вашем монастыре? — решил я уточнить цель нашего с Филей визита в эту глухомань.

— Libidinous Maleficium, или же инкубова скверна, господин, — сделав паузу, ответила Сандра. — Как видите, нас она тоже не обошла стороной. Одна из послушниц, новенькая, Мелани Лазурит, прибыла к нам, будучи больна. Жаль, мы не смогли понять это сразу. Её жертвой стали двенадцать мужчин в соседнем городке.

— Двенадцать? — удивился я. — И… кхм, что она с ними сделала?

— Занялась с ними любовью и… залюбила до смерти. А-ха-ха! В прямом смысле слова, магистр Артемиус. В ней проснулась животная, демоническая похоть, и теперь она бросается на любого мужчину, что попадается ей на пути. Чего мы только не пробовали! Вся надежда только на вас, господин экзорцист. Вам ведь уже доводилось сталкиваться с инкубовой скверной?

— Разумеется, мадам Сандра, — не моргнув глазом, соврал я и продолжил импровизировать: — Не волнуйтесь, это вполне лечится. Хоть методы, честно говоря, и нетрадиционны. Клин клином вышибают. — Я улыбнулся, намекая на пикантные подробности лечения любых похожих недугов, и бросил взгляд на мою помощницу.

— Это хорошо. — Монахиня улыбнулась в ответ и, наклонившись ко мне ближе, понизила голос до шёпота: — Потому как люди твердят, что эта скверна весьма заразна. В нашем монастыре тридцать одна послушница. Я даже за вас волнуюсь. Хи-хи…

Мика, очевидно, вложила в наши головы разную информацию. И сейчас Сашка делилась со мной своей, стараясь играть роль. Но получалось у неё не всегда. То и дело она добавляла комментарии уже от себя, как только что с этим «я за вас волнуюсь», давилась от смеха, но всё равно умудрялась меня удивлять.

— Кхем… Тридцать одна?! — кашлянув, изумлённо повторил я. А не многовато ли?

— Угу… Ещё я, старшая сестра, и настоятельница мадам Аннет, Аннуция де Вилль. Она много общалась с новенькой перед тем, как недуг той проявился. Так что мы все очень переживаем за мадам Аннет. Она так старается ради всех нас!

— Ох! Да что вы?! Правда? — переигрывал я, не переставая офигевать.

У меня аж дыхание спёрло от таких вводных! Значит, Аннет? Хм… Неужели это та, о ком я подумал? Да ещё и тридцать с хвостиком других потенциально «больных» девушек? Ну Мика, ну затейница!

Пока ехали, мы с Алессандрой успели ещё поговорить о разной ерунде, порядках этого женского монастыря и истории его названия. Оказалось, что «Роза» — это вовсе не имя, как я подумал вначале. А кровавой её прозвали из-за цвета одноимённого зелья, секретный рецепт которого из поколения в поколение передавали друг другу старшие сёстры этого монастыря.

— Да, Монастырь Кровавой Розы. Именно так, господин. Хотите узнать больше об этом зелье?

— Если изволите мне о нём рассказать, дражайшая Сандра.

— Что ж… — Моя собеседница кокетливо улыбнулась. — Если коротко, оно дарует любой девушке женскую силу. Ох, простите, мы, кажется, приехали, — выглянув в окно, виновато сообщила Алессандра и приготовилась выходить.

Через четверть минуты экипаж остановился у ступеней напротив массивной постройки из камня. Мы высыпали из кареты, и Филя споро стащила на землю багаж.

А когда экипаж отъехал, я увидел улыбчивых послушниц, выстроившихся по бокам от массивных дверей, оббитых железными полосами.

— Добро жаловать в нашу обитель, господин Артемиус! Мы вас очень ждали, — не показывая лица, произнесла бархатным голосом настоятельница, спустилась с бетонных ступеней и протянула мне свою изящную ручку. Я поклонился и, как того требовали традиции, поцеловал тыльную сторону её ладони. Поднял глаза и узнал улыбку Микиной мамы. — Идёмте скорее, я лично покажу вам ваши покои.

Вглядываясь в лица других монахинь, симпатичных как на подбор, я проглотил застрявший в горле комок и отпустил ладонь настоятельницы. Кокетливо подмигнув мне, мадам Аннет развернулась и, эффектно покачивая шикарными бёдрами, пошла вперёд. Я их, конечно, не видел под чёрной рясой. Но вполне мог представить.

— Ну? И как тебе первое впечатление? — на мгновение выпала из роли Сашка и толкнула меня кулачком.

— Кхах! Ну… Я в шоке! — воскликнул я, ловя на себе заинтересованные взгляды трёх десятков монахинь.

— Кажется, наш сон будет длинным.

— Угу. Фелиция, идём! — подхватывая саквояж, сказал я и поспешил за настоятельницей.

Саша в роли Сандры, как и я с Микой в роли новенькой послушницы, имели здесь полную свободу воли. Подчинялись сценарию сновидения и где надо импровизировали. А вот все остальные играли по чётко прописанному плану. И меня распирало от желания узнать, какую именно роль в этом сюжете Мика отвела мадам Аннет.

Пока я обменивался своими впечатлениями с Алессандрой, тридцать улыбчивых монахинь медленно нас окружали и ни на миг не сводили с меня глаз. Они будто боялись, что я сбегу.

Ха! У меня же подобных мыслей не было и близко.

Тем временем на улице потихоньку смеркалось. Стало прохладней, а над горизонтом появился тонкий, изящный полумесяц молодой луны.

Подхватив свой саквояж, я кивнул Сандре и широкими шагами направился вглубь монастыря следом за настоятельницей, которая должна была отвести меня и мою помощницу в наши покои.