Чтение онлайн

Сначала управляемыми ракетами отработали самолеты, потом подошли «души подбитых танков». Боевые вертолеты типа «Аппач», также выпустив все свои ракеты, стали долбить из своих тридцатимиллиметровых пушек.

Все бы ничего, только одна из ракет попала в автобус, который, кстати, никто из нас не подсвечивал, а после этого один эмбицил из пилотов, прошелся пушкой по другому автобусу. Это и вынудило меня срочно связаться с Бугром. Не лишним будет сказать, что автобус оказался бронированным, то есть одним из тех, которые мы ищем. Бронирование естественно не выдержало попаданий снарядов тридцатимиллиметровой пушки, но надежду вселяло то, что все они легли по стеклам, и если люди в автобусе после первых взрывов легли на пол, то могли и не пострадать.

Однако спохватившиеся сектанты стали открывать по вертушкам огонь, который с каждой секундой становился все более эффективным. Несколько пусков переносных зенитно-ракетных комплексов значительно повредили две винтокрылые машины, и те, пытаясь улететь подальше, рухнули где-то неподалеку от нашей фермы. Я сразу же связался с ребятами на предмет поиска пилотов — если один из них окажется тем дебилом, что стрелял по автобусам, то ехать ему за нашей колонной привязанным за ногу к последней машине, как это у них тут на свадьбах с банками принято делать.

Вертолетные ковбои тем временем, видя что их ряды начинают редеть, решили больше не испытывать судьбу, впрочем как и прочность своих широко разрекламированных по всему миру как «Неуязвимые» «Аппачей», и поспешно удалились в неизвестном направлении. Еще до поездки сюда я был наслышан о тонких и ранимых душах американских пилотов таких винтокрылых машин, в особенности про их свойство при первых же боевых потерях впадать в депрессии и отказываться от вылетов — ну что с них возьмешь? Именно поэтому и не стал себя тешить иллюзией возвращения огневой поддержки американцев.

Однако после бегства вертушек, на смену им прилетели беспилотники — летающие машины, управляемые оператором с земли, в нашем случае они были в боевом исполнении. Эти игрушки были куда назойливее своих больших, но пилотируемых находящимися в них людьми, и как следствие трусливых собратьев. Они отрабатывали колонну неуправляемыми ракетами, стреляли из своих пулеметов и летали на неприлично низких высотах, короче проявляли чудеса героизма.

Пару раз я видел как БПЛА, видимо специально, таранили своими небольшими, но, похоже, в достаточной мере, набитыми взрывчаткой тушками, технику сектантов, вывод напрашивался очевидный. Когда непосредственно жизни опасность не угрожает, то янки весьма неплохо воюют. Тем не менее, не смотря на свою многочисленность, БПЛА довольно быстро становились жертвами калибров покрупнее, которые у сектантов имелись в достаточном количестве, и последний беспилотник был сбит буквально за тридцать секунд до следующей атаки самолетов. Если в первый раз по колонне отрабатывали истребители-бомбардировщики, то в этот раз прилетели штурмовики — знаменитые А-10 «Громовержец».

Мои наблюдения за активно обрабатываемой американской авиацией колонной, дали любопытную пищу для размышлений — какими бы трусами американские пилоты ни были, но с задачей они справились, сектанты сейчас были серьезно деморализованы и растеряны, плюс к тому, большинство автобусов находилось неподалеку от нас. Это давало единственный шанс, в том, что второго не будет, я ни капли не сомневался, захватить часть автобусов с минимальными затратами. Пока штурмовики продолжали обрабатывать колонну, я объяснил свой план мужикам, что удивительно даже возражать никто не стал. Бугор тоже не возражал — у них там как раз шел бой, и командир сводной группы брякнув: — «Пробуй на-а» отключил связь.

Тем временем самолеты, растратившие свой ракетно-бомбовый груз, принялись расстреливать боезапас к пушкам. Должен сказать, зрелище было еще то — пушки у десятых тоже тридцатимиллиметровые, как и у вертушек, только стволов у них не один, а семь!!! И скорострельностью эти пушечки инженеры проектировщики тоже не обидели, очень зрелищно, и очень страшно. Даже находясь внутри хорошо защищенного ШСД, и зная, что пиндосы, в принципе на нашей стороне, было как-то очень не по себе. По этому, когда штурмовики свалили, кстати, также по причине потери одной из машин, я, вздохнув с облегчением, дал отмашку на захват.

Обстреляв слезоточивыми выстрелами из подствольника прилегающую к автобусу территорию, я поддержал такими же выстрелами Кнута, которому достался «Ярополк» в связи с конструктивными особенностями, не имевший собственного гранатомета. И сразу после этого рванул к «своему» автобусу, кстати, тому самому, в который американский горе-вертолетчик лупанул из пушки.

Дело облегчало то, что водила и охранники еще при первых взрывах, поспешили из автобуса выпрыгнуть, видимо посчитав, что так у них будет больше шансов на выживание. Перевозимых заложников никто естественно не выводил — а вдруг разбегутся? Зато двери оставались открытыми, и ключи вынуть из замка зажигания тоже никто не догадался. Затоптав насмерть троих попавшихся под ноги сектантов своим резко перевалившим за два центнера весом, я подбежал к намеченному автобусу. Общая паника, неразбериха, слезоточивый газ и хамелеоновая расцветка ШСД, в совокупности привели к тому, что пока я подбегал, в меня не попала ни одна пуля.

С трудом, протиснувшись в узкую как для моего скафандра дверь, оглядел салон — так и есть, студенты лежали на полу, прикрывая головы руками. Сев на место водителя, я, пристроив в уголок своего «Яромира», первым делом закрыл двери с помощью довольно быстро отыскавшегося рычага. Снимать костюм было опасно, да впрочем, и некогда, поэтому, переключив рычаг в режим «Драйв», я плавно нажал на газ. Удивительно, но ШСД очень чутко реагировал на мои движения, особенно в кистях, и не усердствовал с нагрузкой, когда это было не нужно. Такое поведение скафандра объяснялось дублирующим управлением — нейро-считывающее устройство дозировало усилие сжатия, а сенсорные подушки дублировали мои движения, заставляя скафандр, двигаться как я. Эти же подушки, при легких нажатиях, давали возможность ОСЯЗАТЬ предметы, копируя моим пальцам неровности соприкасаемой поверхности. При желании я мог просто вырвать и руль, и рычаг коробки передач, но дублирующая система не давала сделать этого СЛУЧАЙНО. В «Тигре» было слишком мало места, зато автобусом я управлял без особых неудобств.

Первым делом я выехал на обочину, так как вся дорога была забита горящей техникой, и теперь мог, хоть и не слишком быстро, продвигаться вперед. Свернув на повороте к нашей ферме, и протянув сотню метров вперед, я остановил автобус, и, ожидая остальных, прошелся с инспекцией по салону. Бронированные стекла автобусных окон были прошиты вертолетной очередью насквозь, но не посыпались, и теперь красовались аккуратными дырами. Мои пассажиры стали понемногу приходить в себя, и я решил прояснить им ситуацию.

— Значит так, вы только что были освобождены из плена религиозных фанатиков, русской поисковой группой, — сказал я на английском языке, решив не вдаваться в особые подробности. Молодые люди с ужасом смотрели на огромного, двухметрового, страшного и постоянно меняющего цвет, не то глубоководного водолаза, не то космонавта. Подумав еще немного, я добавил на русском, — Славяне есть?

Последовавшая за этим тишина, предусматривала два варианта — либо славян здесь не было, либо они не отошли еще от шока. Ну, да и пес с ними, вон уже еще трое сворачивают. Похоже, пора было ехать дальше, хоть пока и не хватало одного автобуса, ладно, потом разберемся.

— Сейчас мы отвезем вас на военную базу, — соврал я, но так им будет намного спокойнее, — поэтому прошу не шуметь и не мешать мне вести транспорт.

После этих слов я снова пересел за руль, и двинулся в сторону фермы, а бронированной вереницей за мной ехали еще три автобуса.

— Кит, как у вас там, пилотов нашли?

— Нашли, правда один отстреливаться пытался, видимо принял нас за сектантов, но все нормально, взяли без потерь — оба живы и здоровы. Берем их с собой?

— А ты предлагаешь оставить пилотов этим сусликам в качестве утешительного приза?