Чтение онлайн

— Что ты сказал? Прыгать???

— Раз… два… только держите эфир… три!

И почва в прямом смысле ушла у них из-под ног.

Мармиати-Ай заволокло удушливым и густым облаком из грязи и пыли. Разминая плечи, которые все еще периодически сводила судорога, Аллард медленно подошел к краю значительно уменьшившегося в размерах плато. Большая его часть вместе с кусками скальной породы похоронила под собой основную часть замка Эфрейнов и все, что располагалось у подножия горы.

Где-то в воздухе послышалось недовольное воронье карканье, и у этого недовольства была явная масса причин. Окидывая взглядом устроенную разруху, Рейн не мог отмести чувство досады. Он приказывал остановить беглецов, а не разрушить половину Мармиати-Ай. Собственно, ответственный за это эпигон уже простился с жизнью парой минут назад.

И в то же время Аллард ощущал детский восторг от устроенного вокруг хаоса, хотя ситуация и не требовала столь сильных разрушений, что устроил стихийный эфирист. Рейн мог остановить того эфириста значительно раньше. Мог, но не хотел. Потому что имел достаточно власти, чтобы уничтожить тут все до основания — и земли неугодных ему некромантов, и замок этих сумасшедших Эфрейнов, и, что самое главное, проклятых эстеровцев.

Пыльные облака постепенно рассеивались, и можно было заметить, что подножие скалы утопало в неподъемных горах обломков. Ни у кого не было шанса там выжить. И это, пожалуй, самый важный факт, что так радовал и в то же время тревожил Алларда.

И возмущенное воронье за спиной Рейна словно обвиняло его в том же самом. Одним ударом он снес Эстеру две головы из трех. Однако теперь лорд Орел мог не получить свою долгожданную Стену.

Конец первой части книги.

Лонде-Бри

Ева тоскливо вздохнула и в очередной раз проверила свой циркуляр. Ни указаний от Равена, ни вызовов от Алларда, ничего. Ничего, что могло бы спасти ее от нынешней участи. Соединив две части металлического коммуникатора, Рид обреченно посмотрела в сторону примерочной, где манекеном застыла Кэтрин.

Сперва Ева испугалась, что Кэтрин могла заметить, с каким презрением она смотрит на жену своего кузена, когда та не видит. Но внимание двоюродной невестки было сосредоточено на собственном отражении в зеркале, словно Кэтрин смотрела не на себя, а на какое-то привидение.

— Дорогая, что-то случилось? — Ева с притворной улыбкой приблизилась, от чего Кэтрин даже вздрогнула.

— Нет-нет, все хорошо, просто, видимо, мне надо лучше высыпаться, а то такие круги под глазами. Ты не посоветуешь хорошее снотворное?

«Неужели совесть мучает?» — про себя скептически хмыкнула Ева, но вслух сказала другое:

— О, не переживай, в этих местах бессонница — обычное дело. У меня есть кое-что в сумочке, поделюсь.

— Еванджелина, ты такое чудо! Раньше я почему-то представляла тебя совсем другой…

Ева уже устала закатывать глаза от непосредственности Кэтрин, но в этот момент не смогла не удержаться, чтобы не заглянуть в глаза невестки, пытаясь понять, льстит ли та или всерьез верит в то, что говорит.

— Кэт, ты в Амхельне, не обольщайся, здесь все не те, кем пытаются казаться.

— Кэт… — улыбка вдруг сошла с ее лица, а взгляд опустился к пакету с выбранным платьем в руках. — Так обычно меня звал Дин…

— Ты жалеешь о том, что сделала? — Ева подозрительно прищурилась.

— Жалею, еще как жалею… — ответила Кэтрин, но, когда она посмотрела на шпионку, на ее лице не было и следа печали. — Жалею, что не сделала этого раньше. Сколько лет было потрачено впустую! Ах, Еванджелина, знала бы ты, как я их всех ненавижу! Дина за его вечно недовольное лицо, что бы я ни сделала! Этого хитрого притворщика Клауса, всегда делающего вид, что мне все только мерещится. А Леди с ее надменностью… Сколько же раз я мечтала выцарапать ей глаза за этот взгляд, с которым она смотрела на меня свысока!

Чем дольше Кэт говорила, тем больше Ева прикладывала усилий, чтобы не ляпнуть что-нибудь язвительное в ее адрес. С каждым новым словом круги под глазами другой Рид становились все темнее, а на заметно похудевшем лице с момента переезда в Лонде-Бри все более отчетливо выделялись острые скулы.

— Сперва мне было страшно оказаться здесь, но, Смерть — мой свидетель, я, наконец, свободна! — повышенный тон Кэтрин уже привлекал внимание других посетителей бутика и продавцов. — Я — больше не заложница и не жертва. Как же мне теперь хорошо!

Ева не нашлась, что ей ответить, вместо этого лишь растерянно улыбнулась и махнула рукой в сторону кассы. Кэтрин довольно кивнула и походкой победительницы пошла расплачиваться за наряд на свадьбу Правителя Амхельна и инфанты Мармиати-Ай.

— Что ж, я восхищаюсь твоей смелостью, дорогая. В любом случае, важно, что все-таки ты обрела себя и свое место в этом мире, — ровным голосом отозвалась Ева, когда они вышли из магазина.

— Благодарю, услышать такую оценку от такой, как ты, Еванджелина, мне особенно лестно, — на этих словах Кэтрин даже приобняла Еву.

— От такой, как я? — непонимающе свела брови Рид.

— Ну что ты, я же не слепая и вижу, как высоко тебе удалось здесь подняться, — подмигнула ей Кэт. — Скажи, это правда, что у тебя роман с самим генералом?

— Без понятия, о чем ты, — отмахнулась Ева, всерьез задумавшись, где и когда Кэтрин смогла услышать об этом, но потом все же вспомнила, как важно поддерживать с ней дружеские отношения, и добавила мимоходом: — Мы просто спим вместе.

Удивление на лице Кэтрин, что ее догадки подтвердились, позабавило Еву, но она решила больше не заострять на этом внимание. Возле бутика их ожидал эфикар с личным водителем, который создавал видимость важности персоны Кэтрин, но по факту обеспечивал лишь иллюзию свободы в Амхельне. Самостоятельно передвигаться ей без какого-либо сопровождения не позволялось. И то ли Кэтрин снова умело играла роль, то ли изо всех сил старалась не замечать, что она сейчас куда больший заложник положения, чем в Эстере.

Мобиль двинулся по мощеным улицам центра Лонде-Бри, пожалуй, единственного места во всем Вусмиоре, которого никак не касались происходящие вокруг события. И что с того, что совсем недавно эпигоны кровавым рейдом прошлись по домам местной аристократии? Парой-тройкой зажиточных толстосумов больше или меньше, а жизнь продолжала пульсировать в прежнем ритме. Горожане в дорогих нарядах все так же вальяжно прогуливались вдоль фешенебельных бутиков и ресторанов, посещали музеи с произведениями искусств из захваченных территорий, или предавались инстинктам в ночных заведениях, наподобие того бойцовского клуба, в котором не так давно Ева выслеживала мятежников. Теперь эта угроза была устранена, внимание Алларда и Равена вновь было направлено за пределы Лонде-Бри, а лорд Орел и вовсе собирался играть свадьбу.