Чтение онлайн

Когда ее бутон поравнялся с кораблем, каждый из пассажиров каравеллы начал мысленно прощаться с жизнью. Заключенные, которые ранее были убеждены, что лучше принять смерть, чем сгнить в камерах Песочных рукавов, теперь отдали бы все, чтобы вернуться обратно в сырые, но безопасные темницы. Фроя Эреса перспектива грядущей смерти пугала меньше, чем остальных. Он сожалел не о жизни, с которой, возможно, сейчас ему придется распрощаться, а о том, что перед смертью не сможет еще раз взглянуть на свою любимую Айри. Сожаление переполняло и плавийцев, но не из-за нависшей над ними опасности, а лишь потому, что смерть будет бесчестной, ибо каждый плавиец считал своим долгом пасть в битве с Хищником, а не перевариваться в желудке диетры, пусть даже она носит негласный титул королевы. Капитан – самый старый из тех, кто сейчас всматривался в бутон Халлокати – не думал ни о чем. Он смиренно готов был принять смерть в пасти величайшей из хищных роз. Один только Гальер Аберус, трусливо стуча зубами, боялся быть сожранным. В нем не было никакого сожаления – лишь чистый, совершенный, искренний страх смерти.

Бутон Халлокати был таким огромным, что даже каравелла, не самая маленькая из столичной флотилии, в сравнении с ним смотрелась, как бумажный кораблик, смастеренный мальчишкой. Очевидно, что Халлокати могла без труда проглотить судно за один заход, просто открыв пасть, а затем закрыв ее и раздавив каравеллу в щепки. Бутон приоткрылся и обнажил в ночном свете огненных сфер острые, толстые, мощные клыки. Из пасти Халлокати в темную бездну капала вязкая прозрачная жидкость. Непослушной рукой капитан коснулся штурвала, слегка опустил колесо вниз, и каравелла, осторожно и совершенно бесшумно, стала тихо прижиматься к контурам Чистых гор, постепенно увеличивая расстояние между ними и королевой всех диетр. Без сомнения, если бы хищные розы обладали глазами, не говоря уже про ум, Халлокати не стала бы церемониться с судном. Но, на счастье путников, глаз не было ни у одной диетры, включая ту, что держала сейчас свой бутон напротив их каравеллы, а вместо разума ею руководили инстинкты и слепой голод. За миг до того, как каравелла прижалась к уступам Чистых гор, издав слабый стук, Халлокати со свистом и шипением резко опустилась к земле и скрылась от взгляда пассажиров в непроглядной темноте где-то внизу.

Гальер выдохнул. Выдохнули и остальные.

– Ну что? – стараясь не говорить громко, Гальер Аберус обратился к плавийцу. – Ты все еще настаиваешь на исполнении приговора здесь и сейчас? Нам не совладать с этими диетрами на одном судне. Нам нужны еще корабли.

– По приговору Верховного судьи в твои обязанности входит собрать сок у этих тварей, а не накормить их досыта, – отходя от ужаса, ответил плавиец. – Хочешь доставить им на ужин еще больше мяса? Что тебе дополнительные каравеллы?

– Слушай, – приободрился Гальер, – нам надо долететь до Сентры. Там взять еще кораблей. Нам их дадут, если ты скажешь, что на то есть воля Верховного судьи. Мы возьмем еще народу на борт. Возьмем огня на всякий случай. Возьмем крепкие веревки или лучше даже цепи. Совьем из них петли, зацепим ими бутоны этих шипящих гнид и обездвижим их.

– Не знаю… – в сомнениях вздохнул плавиец.

– Или у тебя есть другие предложения? Коли так, то не молчи, поделись. По распоряжению Верховного судьи вы снаряжены в качестве моих надзирателей. Но вы подохнете вместе со мной, если будем пытаться взять Халлокати и ее переросших подружек голыми руками на одной-единственной каравелле. О чем ваши семьи будут рассказывать вечерами своим родственникам? Остальные будут петь песни плавийцам, павшим, сокрушая Хищников. А ваши семьи? Какую историю они расскажут потомкам? Что их сын, муж, дядька послужил хорошей трапезой королевской диетре на Восточном Амплериксе?

– Умолкни! – гаркнул на него плавиец.

– Он дело говорит, – сказал другой. – Я не боюсь смерти. Я боюсь бесчестия. Отправимся в Сентру. Через неделю будем там, если поймаем попутный ветер. Что скажешь, капитан?

– Я не решаю, – ответил старик. – Но что до расстояния, то соглашусь, пожалуй. Неделя, едва ли дольше.

– Ладно, – сказал плавиец. – Болтаться тут в воздухе, пока эта чертовка сторожит нас внизу, все равно бессмысленно. Отправимся в Сентру. Тенуит предан короне. Думаю, он согласится дать нам больше людей и каравелл. Дело благое.

Ветер, однако, попутным не был. Если бы не мастерство опытного капитана, они провели бы в пути от Аиль-Саттая до Сентры полмесяца. Но к исходу недели полета пассажиры каравеллы увидели вдали Циклай. Они обогнули его справа. Все, кто были на каравелле, с любопытством разглядывали древнее дерево и покоящееся под его старой пышной кроной Хранилище. Все, кроме Фроя Эреса, который единственный из всех был родом из Сентры.

В молодости, когда сил в нем было побольше, а о том, что он когда-то займет почетный пост старшего советника мэра, Фрой даже не помышлял, он работал в Хранилище. За время своей работы он сделал сотни ходок к кроне Циклая и обратно и перетаскал, должно быть, тысячи литров сока. В те времена недостатка в соке Хранилище не знало. Диетры на Амплериксе были здоровыми и щедрыми на урожай, население почти всех земель могло платить соком если не весь налог, то две его трети уж точно, а Хищников наружу из мешка выбиралось так мало, что в какой-то момент они почти превратились в сказание. Сок быстро испарялся из Хранилища, но его богатые сборы по всему Амплериксу не давали поводов для беспокойства. Сейчас же ситуация была обратной, плачевной. Серьезно усугублял ее и Апельгио, который в свою смену втайне от остальных выливал весь сок из мешков в землю, но не в Хранилище. Узнай кто об этом, сейчас юноша отбывал бы пожизненный срок в Песочных рукавах, и это в том лишь случае, если Верховный судья к нему проявил бы необычайную милость.

Каравелла добралась до Сентры и пришвартовалась к аккуратному причалу. Рядом виднелись небольшие дома. Впрочем, все в Сентре было небольшим. Эта далекая, самая восточная земля Амплерикса, сплошь была изрыта бесконечными мглистыми пропастями, из которых росли скалистые уступы, где с трудом, как на сваях, и стояла Сентра. Из-за этой странной географии город не мог позволить себе ни широких площадей, ни размашистых дворцов.

– Всем оставаться на каравелле, – сурово сказал плавиец, как только капитан обездвижил судно. – Мы прибыли сюда не на привал. И не пробудем здесь долго. Я пойду говорить с мэром Тенуитом. Буду просить каравеллы и людей. И немного провизии.

– Ты же сам говорил, что это мой приговор, – заискивающе обратился к нему Гальер. – Значит, я должен идти с тобой и говорить с Тенуитом. Не ты, а я должен решать, какое подручное снаряжение взять обратно в Аиль-Саттай.

Плавиец недоверчиво посмотрел на Аберуса, но, к удивлению Гальера, без лишних споров согласился. Он завел руки Гальера за спину и прочно связал их веревкой.

– Боишься, что я сбегу? – хмыкнул бывший предводитель Вильдумского отряда. – Тут, если куда и деваться, так только сдуру прыгнуть в одну из этих пропастей.

Плавиец ничего не ответил. Он перепрыгнул через борт корабля и приказал Гальеру сделать то же самое. Когда оба очутились на земной тверди, плавиец больно ухватил Гальера под руку и, грубо толкая его вперед, отправился к небольшому зданию мэрии, стоявшему в самом центре городка.

Гальер, волоча ноги, осматривался по сторонам. Казалось, что город спал. На улицах Сентры было необычайно мало людей – и стояла странная тишина. Такими бывают города, недавно перенесшие кровопролитную войну и робко пытающиеся вернуться к привычному укладу жизни. Не успела Сентра оправиться от невиданного числа Хищников, высвободившихся из Хранилища, как эти случаи стали повторяться.

Из тех, кто попадался Гальеру на глаза, было больше плавийцев, рейдом прочесывающих город, чем деквидов. Завидев непрошеных гостей, один из плавийцев городского отряда подошел к ним. Он сразу понял, что из этих двоих, стоящих сейчас перед ним, один был плавийцем в характерном обмундировании. Но кто второй? Городской плавиец вытащил из-за пояса короткий узкий кинжал и замахнулся, но его коллега из столицы поднял руку.

– Не нужно. Его кровь не черная, он не Хищник.

– Откуда знаешь? – спросил городской плавиец.

– Это Гальер Аберус, бывший предводитель Вильдумского отряда. Осужден Верховным судьей за предательство короны. Сослан в Аиль-Саттай на сбор сока.

– Сока? – переспросил городской плавиец. – Если ему удастся собрать сок в Аиль-Саттае хотя бы у одной диетры, то он увековечит себя в истории планеты.

– Потому и прибыли сюда. Я намерен говорить с мэром Тенуитом. Любое решение Верховного судьи священно, ослушаться его преступно. А исполнить приговор без помощи мы не сможем. Гальер не сможет, – поправился плавиец.