Чтение онлайн

– А ты, Широ-кун, выходи на середину комнаты, да смотри, не мешай гостям! Если выступите так, что всем понравится, отпущу вас с миром.

Маюри покорно присела на край возвышения и положила на колени цитру, а Цуё, громко топая и расталкивая сильно выпивших мужчин, встала на середину комнаты и приготовилась плясать, как умеет.

Маюри легко тронула струны, нежный тонкий звук в общем шуме и грохоте практически не был слышен. Цуё сжала зубы, ссутулилась, отчего сделалась сильно похожа на тот самый «железный бочонок», которым её когда-то дразнили, и принялась топтаться на месте, размахивая руками и ногами. Она совершенно не умела танцевать и ни разу не видела, как танцуют, исключая новогоднюю пляску двух постояльцев гостиницы «Аист и Хризантема». Вспоминая движения пляшущих, Цуё упёрлась одним кулаком в бок, правую руку вскинула вверх, зажав в ней вместо веера носовой платок, и заскакала, как жеребёнок.

Шума от этой пляски было столько, что даже самые усердные собутыльники, рассевшиеся по углам комнаты, с удивлением повернули головы и уставились на Цуё, пытаясь сообразить, что всё это значит. Как раз в это время Маюри, почувствовав некоторую уверенность в обращении с цитрой, ударила по струнам сильнее, и некоторые взоры обратились к ней.

– Мы – знаменитые музыканты! – Крикнула Цуё, чтоб ободрить подругу. – Слава могучему жениху и прекрасной невесте!

Учитывая то обстоятельство, что жениха Цуё не видела, а невеста в зале отсутствовала, красивая фраза была брошена в пустоту. Но имела неожиданный отклик: хлипкий старикашка, которого девушка вначале приняла за чьего-нибудь отца, порозовел и смутился от похвалы, как шестнадцатилетний юноша. Смекнув, что это, видимо, и есть жених, Цуё нагло простёрла к нему руки и добавила сахару:

– Может ли быть несчастной женщина, получившая такого мужа? Господин, не знаю, счастливы ли вы, но ваша юная прелестная жена, должно быть, не может опомниться от радости!

– Не может! – Согласился жених, пьяно улыбнувшись.

Слушая это и не переставая перебирать пальцами струны цитры, Маюри возмущённо вздохнула. Не может опомниться от радости, как же! Какая-то бедная девушка оказалась в плену у этого уродливого старика явно не по своей воле. И так ясно, чем она сейчас занята: плачет, несчастная, оплакивает свою горькую судьбу. Её никто не защитил от ненавистного брака.

Дёрнув струны, Маюри вдруг встала и отложила цитру.

– Выступление закончено! – Громко объявила она.

Цуё осеклась на полуслове.

Как ни странно, хозяин закусочной не стал ни перечить, ни мешать девушкам уйти. Он только довольно улыбался и мелко, неприятно хихикал, провожая их к выходу.

А на пороге сказал:

– Кстати говоря, почтенные господа, только что в мою закусочную заходил человек в военной форме. Спрашивал, не видел ли я двух девушек, одну высокую и худую, вторую низенькую и полненькую, путешествующих в одиночестве. Я сказал, что не видел…

– Денег нет! – После мгновенной заминки откликнулась Цуё.

– Хи-хи-хи! – Зашёлся смехом хозяин. – Это ничего. Зато какое удовольствие я получил, наблюдая, как дочка самого левого императорского министра развлекает моих гостей. Будет, что рассказать детишкам, когда подрастут!

Он пренагло подмигнул Маюри, а Цуё так даже потрепал за щёку.

– Ах, ты… - Задохнулась Цуё.

– Лучше поторопитесь, - посоветовал весельчак, потирая ручки, - сюда идёт войско.

Мотылёк на рассвете

Госпожа Акэбоно совсем истерзала своё бедное сердце: до начала военного похода оставалось меньше суток, а она так и не открыла Кано тайну, которая решит исход войны! Но как это сделать, как? Она знала, что супруг отказал Кано от дома, а сама госпожа Акэбоно могла отлучиться лишь во дворец, куда её в паланкине доставляли слуги. В одиночку прекрасная дама путешествовать не могла, да и не умела. Как встретиться с Кано? Как рассказать ему про Акио? Как?

Красавица решилась даже на то, чему никогда не уделяла внимания: разожгла ароматические палочки перед домашним алтарём и принялась умолять Будду, а заодно и всех местных богов дозволить им с Кано встретиться перед тем, как он отбудет в военный поход и оставит её, несчастную, горевать в одиночестве. То ли ками растрогались от вида хрустальных слёз жены левого министра, то ли Будда шепнул что-то на ухо своему бывшему последователю, но ранним утром в день похода возлюбленный госпожи Акэбоно стоял у ворот дома Сайто. Чаровница, углядев его из окна, едва не вывалилась наружу от потрясения. Быстро захлопнув занавески, Акэбоно кликнула служанку и повелела как можно скорее набелить и переодеть себя в лучшее платье: даже в чрезвычайных обстоятельствах нельзя показываться перед мужчиной неприбранной. Если бы женщина ненадолго задержалась у окна, ей довелось бы увидеть ещё более интересное зрелище: её супруг, ранее приказавший слугам не впускать Кано в дом под угрозой смерти, сам вышел к гостю и заговорил с ним.

– Учтите, если я дознаюсь, что это вы её похитили… - Кусая губы, говорил Сайто, сверля противника яростным взглядом – и задыхался, не зная, как продолжить. В глубине души он не сомневался, что за исчезновением Маюри стоит именно генерал войска Асакура Торио.

– С удовольствием сделал бы это, но меня опередили, - Кано пожал плечами и нахмурился. – В вашем доме всё это время была шпионка, Сайто-сама. Она и похитила госпожу Маюри.

– И вы думаете, что я поверю в эту чушь?! Какая ещё шпионка! Послушай меня, Ханакаяма Кано. Я давно понял, что у тебя на уме. Моя дочь была обещана не тебе, и это тебя разозлило. Не знаю, есть ли у тебя сообщники, но в исчезновении моей дочери виноват ты. Лучше, если сразу признаешься, что ты сделал, иначе договору конец.

Кано посмотрел в сторону. Невдалеке от дома Сайто группа офицеров ожидала его прихода. Все уже одетые в доспехи, они были сосредоточены и напряжены, как перед решающим сражением. Само объединённое войско Торио и Сайто формировалось сразу за границами города. Заканчивались последние приготовления, воины изнывали от желания поскорее двинуться в путь. Сам Торио, невыспавшийся и зелёный от волнения, гарцевал перед армией, пересчитывая людей в отрядах. Все уже собрались, отсутствовали только генерал Кано и левый министр императора.

– Договору конец, слышишь? – Голос Сайто сорвался, его железная маска, усвоенная с годами, дрогнула. Он тоже не спал ночь, с помощью слуг с факелами обшаривая столицу в поисках пропавшей дочери. На какое-то мгновение Кано даже пожалел его.

– Вы не понимаете, что говорите, Сайто-сама. Договор нельзя расторгнуть. Вы заключили его не со мной, а с моим господином.

– Мне всё равно! – Прохрипел Сайто. – Вы – два отъявленных подлеца…

– Что, и даже Торио-сама? – Кано усмехнулся. – Послушайте меня и не горячитесь. Одна из ваших служанок, горничная, была соглядатайкой нашего врага – Асакура Йомэя. Не знаю, какие сведения ей удалось раздобыть, да это и не важно: даже если она прибудет в Мино быстрее нас, должным образом подготовиться они не успеют. Она сбежала вчера вечером и, конечно, прихватила с собой Маюри-сама в качестве заложницы.

– Горничная Цуё? – По лицу Сайто заходили желваки. – Вы её видели, Кано-сан? Она ниже Маюри на полторы головы. Как она могла её похитить?

– Вполне возможно, что ваша дочь сбежала с ней по своей воле, – холодно заметил Кано. – Например, для того чтобы спастись от ненавистного ей брака. Одно ясно точно: искать обеих беглянок следует по дороге в Мино. Так что лучше всего вам немедленно отправиться за мной. Торио-сама наверняка уже ждёт нас.

Пока Сайто собирался с ответом, госпожа Акэбоно успела навести красоту и скатиться по лестнице, изящно перебирая маленькими ногами в дорогих сандалиях.

– Ах, Кано-сан, какая приятная неожиданность! – Крикнула она с порога, не обращая внимания на присутствие мужа. – Я уж думала, вы к нам более не пожалуете!

– А я более и не пожалую, - не поворачивая головы, отозвался Кано.

– Однако же какое-то дело заставило вас…

– Ваш супруг отправляется на войну, если вы не знали. – Перебил её Сайто, также не взглянув на жену. – А ещё пропала ваша падчерица. Впрочем, боюсь, что вы с вашими пудрами, заколками и гребешками этого и не заметили.