Чтение онлайн

…

[Пульгасари Дехо]

Наблюдаю за этой девчонкой Сомин — такая слабая, хрупкая, вкусная на граничащих эмоциях. Идеально.

Она лежит без сна, терзается. Простить или нет? Какая забавная дилемма.

Время пришло. Я материализуюсь прямо над ее кроватью — пусть почувствует мою мощь.

— Не спится? — произношу, наслаждаясь тем, как она вжимается в постель.

Ее страх — как изысканное блюдо. Сладкий, пряный.

— Дехо? Какого черта? Уйди прочь! — пищит она.

Ха! Думает, что может мне что-то приказать. Забавно.

— О, я просто наблюдал, — растягиваю слова, наслаждаясь ее страхом. — И я вижу, как ты мучаешься.

Она пытается сопротивляться, но я чувствую, как дрожит ее душа.

— Перестань так висеть надо мной, я же все-таки девушка! — кричит она, натягивая одеяло до подбородка.

— Не торопись прогонять меня, девочка. У меня есть предложение, от которого ты не сможешь отказаться.

Наклоняюсь ближе, чувствую, как трепещет ее сердце.

— Я могу подарить тебе вечность. Вечность, в которой ты сможешь портить ему жизнь сколько угодно. Ты сможешь поглотить его душу без всяких угрызений совести.

Вижу, как загораются ее глаза. Ненависть — мой любимый вкус.

— О? О чем это ты? — спрашивает она, и я почти мурлычу от удовольствия.

— Всего лишь твое решение. Не прощай его. Никогда. Пусть страдает. Я помогу тебе стать сильнее. Намного сильнее.

Протягиваю к ее лицу пальцы с острыми черными ногтями, указательным глажу по щеке. Чувствую, что она в смятении. Колеблется? Отлично!

— Подумай над моим предложением, — сладенько шепчу, растворяясь в воздухе. — Прощение или вечность ненависти. Выбор за тобой.

Сомин еще не понимает, но уже попалась. Скоро она станет такой же, как я — плотоядным кровожадным существом, что забирает жизни. И тогда. Тогда я обрету покой и умру человеком.

Студия, бокал вина и скрипка

[Сомин]

Студия появилась в наших апартаментах неожиданно, словно выросла из ниоткуда. Я обнаружила ее случайно — просторную комнату с высокими потолками и огромными зеркалами, занимающими почти всю стену. Вошла внутрь.

Хванмин находился там. В ответ на мое немое недоумение, рассказал, что ощутил странное присутствие чего-то нового. Когда он вышел из гостиной, то увидел приоткрытую дверь, которой раньше не было.

— Это место. Оно словно часть меня, — произнес он.

Я скептически осмотрела пространство. Пол из темного дерева, стены, обитые звуконепроницаемым материалом, профессиональное освещение и, конечно, зеркала по периметру. В углу стояла небольшая сцена с микрофоном, а у стены старый кожаный диван.

— Похоже на твою личную комнату для репетиций, — фыркнула я, но Хванмин лишь задумчиво провел рукой по поверхности одного из зеркал.

Позже мы поняли, что эта студия — своего рода проявление благосклонности Вееро, то, о чем говорил и Сонни, желавший видеть для нас лучшие условия. С другой стороны, возможно в мире, где реальность переплетается с магией, желания и стремления могут материализоваться самым неожиданным образом. Видимо, глубоко внутри Хванмина еще горела жажда выступать, творить, быть тем, кем его знали миллионы.

И вот теперь, в этой комнате, он сидел, прислонившись к стене, с бокалом вина в руке.

Я замерла в дверях, не в силах пошевелиться. Никогда прежде не видела его таким… уязвимым.

И откуда вообще в нашем убежище взялось вино?

— Ты удивлена, увидев вино? — словно прочитав мои мысли, спросил Хванмин. — Я нашел его здесь. Не знаю, откуда ему было взяться, но буду считать, что это комплимент от хозяина иэтих мест.

Он сделал паузу, словно решая, стоит ли продолжать.

— Иногда мне нужно что-то, что поможет ослабить контроль. Здесь алкоголь — единственное, что согреет меня.

Я подошла ближе, все еще настороженно. Хванмин указал на место рядом с собой и достал из-за спины второй бокал.

— Присоединишься? — его голос звучал непривычно мягко.

Я кивнула.

— Обычно я предпочитаю оставаться в здравом уме. Но не в этот раз.

Он усмехнулся, но в его смехе не было злобы.

— Мудрое решение. Хотя иногда так хочется потерять этот самый здравый ум.

Хванмин поднял бокал и посмотрел сквозь него на свет лампы.

— Знаешь, — начал он, не отрывая взгляда от своего отражения в зеркале, — я всегда боялся, что фанаты полюбят не меня, а образ. Того идеального Хванмина, которого они создали в своих головах.

В этот момент я заметила, как стекло начало покрываться тонкими трещинами. Трещины на зеркале расползались все шире, словно отражая его внутренние терзания.

Я протянула руку, желая коснуться его плеча, поддержать. Но он резко отстранился, будто обжегшись.

Почему он смотрит так, будто я его ранила? Собственный пульс сейчас участился, сердце забилось чаще.

— Прости, — прошептала я, отдергивая руку.

Он покачал головой, словно разговаривая сам с собой:

— В этом мире так сложно быть собой. Старался держать маску даже перед зеркалом. И вот…

Я посмотрела на его отражение в треснувшем стекле.

— Ты первый человек, перед которым я это говорю, — признался он, и в его голосе прозвучала такая искренность, что у меня перехватило дыхание.

Только теперь я по-настоящему поняла, что за всеми его идеальными образами скрывается человек, который очень одинок. Только его одиночество выковано из стали славы и ожиданий миллионов.

Я молча встала и вышла из студии, оставив его наедине с своими мыслями и разбитыми зеркалами. Но теперь знала то, что он скрывал от всех. То, что делало его по-настоящему человечным.

И впервые за долгое время я не чувствовала желания его задеть. Только странное, незнакомое чувство… сочувствия?

[Хванмин]

Не знаю, сколько прошло времени от пребывания в Амуртэе, ведь тут оно течет иначе, нежели в нашем мире. Я не переставал украдкой наблюдать за Сомин, изучая каждую эмоцию, каждый жест. Сомин никогда не показывала своих слабостей, но я научился читать между строк: ее желания, ее поступки — все кричало о том, чего она действительно хочет.

Сегодня я решил сделать шаг вперед. Без просьбы, без ее ведома. Просто потому, что чувствовал — это важно.