Чтение онлайн

Элис снова села и обняла себя, побуждая Сашу снова обнять Элис. Элис вздрогнула, уставилась в пол и продолжила.

«Именно тогда Картер превратил меня в шлюху», — сказала она, теперь глядя так далеко вдаль, что я даже не был уверен, что ее цель была на планете Земля. «На самом деле, это был не такой уж большой скачок по сравнению с прошлым. Он заставлял меня трахать его друзей, чтобы исправить ситуацию. Теперь он «продавал» мне метамфетамин в кредит и заставлял меня отплатить ему, трахнув его друзей. Одно и то же, на самом деле. Его друзья даже не заметили разницы. Только тогда он начал заставлять меня трахать случайных людей с улицы».

Теперь Элис оттолкнула Сашу и встала, все еще обнимая себя. Она отошла от нас и подошла к окну, но не выглянула из него. Ее голова склонилась, она сгорбилась и продолжала говорить, повернувшись к нам спиной, как будто ей было слишком стыдно даже смотреть нам в глаза, когда она рассказывала, что будет дальше.

«Реальность была такова: я была старой киской. Я была с Картером уже много лет, и все его друзья уже поимели меня во всех отношениях. На мое тело не было достаточного спроса, чтобы покрыть мои долги, поэтому он отправил меня на улицы, чтобы я нашла парней, как обычная уличная проститутка. Я сказала ему, что не могу этого сделать. У меня было слишком много гордости. Именно тогда Картер подобрал для меня новую личность Серены Грей для этой работы… не важно. Но у меня была новая лицензия, новый номер социального страхования, все остальное. С этого момента Элис Лоутон была мертва. Серена — новая я — шлюха, проститутка. Я трахалась за деньги и отдала всё Картеру, чтобы заплатить за мои наркотики. Пару раз меня чуть не арестовали. К сожалению, у меня это не очень хорошо получалось. Я не стал бы спать с кем-попало. Картер сказал, что «Серена» по-прежнему несет в себе гордость «Элис». Я была слишком разборчива, и это мешало. Я не могла заработать достаточно денег, чтобы покрыть долги за наркотики».

Саша встала с дивана и подошла ко мне, села рядом со мной и сжала мою левую руку так сильно, что я боялся, что она сломает кость.

«И вот тут в кадре появился Джаспер», — вздохнула Элис, все еще сгорбившись, хотя она повернулась к нам лицом. «Неприятный парень. Тебе бы не хотелось его знать. Избалованный богатый парень, который ни дня в жизни не работал, живя на гонорары своего папы. Изобрел какую-то дурацкую штуковину, которая принесла миллионы и умер, оставив все состояние этому придурку. У него характер дверной ручки, и он думает, что девочки — это одноразовые игрушки. Он накачал Селесту наркотиками и изнасиловал, и делал такое много раз. Не знаю, как ему удается избежать тюрьмы, но, может быть, это потому, что он охотится на таких девушек, как я».

«Элис», — перебил я. «Джаспер изнасиловал тебя?»

Она коротко рассмеялась и отвернулась. «Зависит от того, как ты определяешь «изнасилование».

«Насильственно. Без согласия».

Элис вздохнула. «Насильственно? Конечно. Все время. Без согласия? Ну… Я не могу сказать, что у меня не было выбора, быть там или нет».

«Тебя заставили сделать выбор. С юридической точки зрения это не согласие».

Она пожала плечами. «Я хотела метамфетамин. Я сделала то, что должна была сделать, чтобы получить его. Это то, что есть».

«Это все еще неправильно».

«Правильно, неправильно, какое это имеет значение? Я сделала это. Я не могла позволить себе платить рыночную цену за употребляемый мной метамфетамин, даже со скидкой Картера. Дело в том, что Картер ненавидит Джаспера и выгоняет его каждый раз, когда он пытается проникнуть в дом. Несмотря на то, что он сам использует и оскорбляет девочек, Картер считает себя «выше» слизняков, таких как Джаспер. Но в конце концов, Джаспер на самом деле спас меня. У него были деньги, и он, по сути, предложил купить меня у Картера, чтобы я стала для него и его друзей живой игрушкой. Как бы я ни ненавидела Джаспера, в тот момент я была слишком в отчаяньи, чтобы заботиться об этом. На самом деле, это ничем не отличалось бы от того, чтобы быть «подругой» Картера, по крайней мере, я так думала».

«Но это было иначе?» — тихо спросила Саша.

Элис вернулась к диванам и села на самый дальний от нас подлокотник. Она скрестила руки на груди и подавила желание плакать. И сухим, тревожным голосом она объяснила: «Когда Картер и его друзья трахнули меня, они, по крайней мере, пытались доставить мне удовольствие. Мы, девочки, были игрушками, но мы были игрушками, о которых они хотели позаботиться, чтобы позже снова поиграть. Дом Джаспера был мясорубкой. Он и его друзья буквально использовали меня. В любом месте, в любое время, в любую дыру. Не имело значения, спала я, устала или что-то в этом роде. Я могла срать на унитазе, а какой-нибудь мудак заходил в туалет и засовывал свой член мне в рот, трахал меня в глотку перед тем, как залить порцию спермы, а затем стоял там еще пару минут, мочась мне на лицо. Я очень быстро научилась постоянно смазывать свой зад, так как они не особо заботились о том, чтобы делать это для меня, прежде чем затолкнуть внутрь. Если я не была послушной, они выбивали из меня все дерьмо. И я говорила вам, что не могу вспомнить, когда в последний раз я спала более пяти часов, потому что даже в 3 часа ночи был по крайней мере один из них, кто хотел потрахаться».

Саша начала плакать, и — я- должен был держать её.

«Весь день и всю ночь парни использовали меня. Но они держали меня под метамфетамином. Обдолбаться — это был единственный способ справиться с происходящим, и я всегда говорила себе, что на самом деле со МНОЙ ничего не происходит. Все это происходило с «Сереной», они все равно называли меня таким именем».

Глаза Элис были расфокусированы, а руки безвольно висели. Она просто смотрела в пустоту, и казалось, что сильный ветерок может сбить ее с ног. Ее нижняя губа задрожала, и она снова боролась со слезами. Саша задрожала, и я крепче обнял ее.

Сделав глубокий вдох тем же тревожным голосом, Элис тихо продолжила: «Но иногда мне было недостаточно даже метамфетамина. Иногда я не могла потеряться в «Серене» и плакала из-за того, что происходило с «Элис». На самом деле я начала просить Джаспера обдолбить меня до невменяемости, чтобы я была без сознания и не вспоминала, что те ублюдки делали со мной. Лучше блаженство невежества, чем некоторые из тех воспоминаний, понимаете?»

Сашу заметно трясло, и ее рыдания начали привлекать внимание Элис.

Но вместо того, чтобы посочувствовать Саше, Элис выпрямилась, посмотрела на молодую женщину, которая последние два дня не давала ей ничего, кроме поддержки, и надменно усмехнулась: «Не можешь справиться, маленькая девочка? Доза реальности слишком велика для твоего маленького защищённого умишки? Что случилось? Не хочешь слышать о том, как они тушили окурки о мою кожу? Не хочешь слышать о том, как я получала двойное проникновение пивной бутылкой и клюшкой для гольфа? Позвольте мне рассказать о парне, который заставил меня отсосать у его золотистого ретривера. Позвольте мне рассказать о парне, который насрал мне в рот и заставил меня проглотить это, пока он меня вылизывал. Позволь мне рассказать о…»

Саше было достаточно. Она наклонилась над диваном и вырвала на пол.

Книга 5. Глава 22. Серена Грей. Часть 4

«Она в порядке?» — спросила Саша, вытирая глаза и тяжело сглатывая.

Стоя в дверном проеме в спальню Саши, я поднял обе брови и спросил: «ОНА в порядке? Элис зарывается в глубины и начинает извергать дерьмо, чтобы сознательно расстроить тебя до такой степени, что ты заблевала весь коврик в моей гостиной… и ты спрашиваешь, в порядке ли ОНА?»

Покрасневшая Саша серьезно кивнула.

Я вздохнул и ответил: «Да, она в порядке. Вернулась в свою комнату».

Саша вздохнула и закончила застегивать новую кофточку.

Когда ее вырвало, на рубашке и джинсах осталось немного рвоты. Элис бесстрастно наблюдала, как мы с Сашей вместе убирали беспорядок, а затем Саша поднялась в свою спальню, чтобы умыться и переодеться. Я остался с Элис, наблюдая за ней. Но через минуту Элис сбежала обратно в свою комнату и закрыла дверь, заперев ее изнутри.

Боясь, что она может порезать себе запястья или что-то в этом роде, я достал ключ и вошел внутрь. Элис сидела на дальнем краю кровати, спиной ко мне, глядя в окно. Она посмотрела на меня и кивнула, понимая, когда я сказал ей оставить дверь открытой. А потом я поднялся наверх, чтобы проверить Сашу.