Чтение онлайн

Мама улыбнулась, но в ее глазах была тень напряженности, когда она сказала мне: «Только не слишком долго, Бен». В ее тоне прозвучало легкое предупреждение, и я знал, что мне придется вернуться, прежде чем мама начнет подозревать, что я занимаюсь сексом с моей красивой старшей соседкой.

После того, как я отказал ей в августе, Кира сказала, что пойдет в банк спермы для осеменения. Но ее плоский живот, казалось, указывал на обратное, и хотя я хотел подробно расспросить ее, что происходит, у меня не было возможности, когда в доме было так много людей. Но как только мы вышли на тротуар одни, я задал вопрос, который мучил меня всю ночь.

«Так ты не ходила в банк спермы?»

«Нет». Кира отрицательно покачала головой. «И я не буду. Мне просто это не нравится».

Я сделал глубокий вдох. «И ты не нашла другого донора из кого-то, кого ты знаешь?»

Кира посмотрела вниз. «Мне жаль, что я переложила это на тебя, Бен. Но это будешь ты или никто. Я ждала тебя. Я не принимала противозачаточные средства в течение шести месяцев и не занималась сексом ни с кем с тех пор, как была с Шоном и если ты снова откажешь мне, я… — она глубоко вздохнула. «Думаю, это моя судьба».

Теперь я чувствовал себя ДЕЙСТВИТЕЛЬНО виноватым. Неужели это действительно так важно для меня? Для Киры это изменит жизнь, и у меня была возможность сделать это для нее. В каком-то смысле я все еще любил ее. Я не был влюблен в нее, но я никогда не забуду свою первую и всегда буду любить ее за то, что она сделала для меня.

«Пожалуйста, Бен». Кира крепко сжала мою руку. «У меня будет овуляция на следующей неделе. Для меня, Бен. Пожалуйста?»

Я знал, что к этому всё вернется. Я глубоко вздохнул и повернулся к ней. «Кира, извини, но я не могу. Я сказал тебе, почему, когда мне пришлось отказать в августе».

Она заметно сдулась. «Я надеялась, что ты, возможно, передумал. И мы можем тренироваться до следующей недели. Может, овуляция начнется раньше?»

Я вздохнул и покачал головой. «Причины не изменились».

«Но ты сам сказал, что способен с этим жить. Если у меня будет твой ребёнок».

Я закрыл глаза и кивнул. Все вышло наружу на следующий день в августе, когда я вернулся, чтобы сказать ей «нет». «Я мог бы жить с этим. Я очень забочусь о тебе, Кира, и, если бы это было только обо мне, я был бы счастлив сделать это для тебя».

«Это все, что должно иметь значение».

«Нет, это не так. Это было бы несправедливо по отношению к остальной части моей семьи. Как я могу скрыть от родителей, что у них есть внук?»

Она покачала головой. «На самом деле это был бы не ИХ внук. Это был бы просто мой ребенок. Мне просто нужна твоя генетика, Бен, а не твои семейные связи».

Я покачал головой. «Ты не можешь отменить кровь». Я глубоко вздохнул и остановился перед ее крыльцом. «И сейчас есть кое-что еще, Кира, что я решил совсем недавно».

Ее зеленые глаза были тусклыми, и она сделала глубокий вдох, успокаивая себя, прежде чем спросить: «Что?»

«Я ОБОЖАЮ Адриенну, Кира. Я могу представить, что когда-нибудь буду с ней женатым. Может быть, даже сразу после окончания колледжа». Я держал руки Киры в своих руках и смотрел ей в глаза, желая, чтобы она поняла. Эта женщина дала мне столько вдумчивых, зрелых советов; она должна была понять мои рассуждения

«Я хочу, чтобы моя жена родила моих детей, Кира. И как я могу сказать ей, что у меня родился ребенок до нее? Как я могу сказать об этом своей жене? Скрыть внука от родителей — это одно. Да, для них, может, я мог бы представить, что это просто донорство спермы. Но спрятать ребенка от жены? Я не могу этого сделать. Я не буду этого делать. Ты понимаешь?»

Кира сжалась, вся оставшаяся жизнь вылилась из нее. Она испустила длинный выдох, воздух вылетел через ее губы, казалось, вечность, прежде чем она остановилась и склонила голову. Она долго молчала, выглядя настолько подавленной, что я шагнул вперед и обнял ее, чувствуя легкую дрожь во всем ее теле, когда она отважно пыталась не плакать.

В конце концов, Кира просто подняла голову и посмотрела мне в глаза, медленно кивая. «Я понимаю. Это не тот результат, которого я, возможно, хотела, но я понимаю, Бен». Ее голос дрожал. «Твои доводы очень веские, и я горжусь тобой».

«Гордишься мной?»

Она улыбнулась. «Ты наконец становишься зрелым мужчиной, которым, как я знала, ты мог бы быть. Большинство 18-летних парней ухватились бы за возможность обрюхатить меня, и идут к черту последствия. Черт, 16-летний Бен сделал бы это трижды, через секунду после того, как я впервые спросила. Но ты обдумал это и подумал, как это повлияет на твоё будущее».

В ее словах звучало, что она мной гордится. Ее лицо говорило, что она раздавлена, и влажность в глазах доказывала это.

«Мне очень жаль, Кира».

«Это нормально». Она вдохнула, встала и, казалось, вернула прежний рост. «Ничего страшного. Я знала, что это в лучшем случае неудачный ход, особенно после того, как ты отказал мне в августе. Думаю, я просто питала небольшую надежду, что ты передумаешь. В конце концов, это мой единственный реальный шанс на ребенка».

Вина вернулась ко мне. «Кира, мне очень жаль».

Кира покачала головой. «Не надо. Делай, что должно, и будет то, что будет». Она встала на цыпочки, наклонила мою голову и нежно поцеловала меня. Я почувствовал, как через наши губы волна тепла перешла от ее тела к моему. Затем она повернулась и вошла в свой дом, но не раньше, чем я увидел, как первая слеза скатилась по ее щеке.

* * *

Я причинил Кире боль. Да, я думал, что принял правильное решение, но я глубоко заботился о ней. Это могло подарить ей столько счастья, буквально изменить ее жизнь. Разве она не заслужила это от меня? Разве она не так сильно изменила мою жизнь к лучшему? Я просто не был бы тем сексуальным существом, которым был, если бы не ее уроки. Я бы не прожил своей необычной жизни, если бы не она. Разве она не заслуживала чего-то от меня? Если бы я был способен оказать ей эту особую услугу, не так ли?

«Знаешь, ты должен это сделать».

«А?» Я сидел на скамейке в заднем дворике, держа в руках дымящуюся кружку горячего яблочного сидра, глядя в никуда. Моя куртка была натянута на плечи, чтобы защитить меня от холода.

Адриенна хихикнула и потерла мою ногу, когда она села рядом со мной в своей теплой куртке и держала свою дымящуюся кружку. Снаружи были только мы двое, а раздвижная дверь была закрыта, так что она могла свободно говорить откровенно. «Мисс Макнил. Она хочет тебя. Я могу сказать. И ты выглядел так, будто пытался решить, стоит ли тебе переспать с ней».