Anamnesis morbi. (История болезни)
Шрифт:
— Прекращаем разговоры и — вперед! — строго прикрикнул на нас Андре и зашагал по тропинке, ведущей в глубь леса.
Маленький отряд, выстроившись короткой колонной, двинулся за ним.
Шли мы недолго. Узкая, покрытая опавшей хвоей тропа через пятнадцать минут привела нас к одинокой скале, нелепо торчащей посреди леса. У ее подножия, сквозь вьющиеся заросли неизвестного растения, с трудом можно было разглядеть какую-то постройку.
Подойдя ближе, мы обнаружили черный провал, почти полностью скрытый буйной растительностью. Дыру в скале обрамлял сложенный из красноватого камня портал. По всему было видно, что постройка очень древняя.
— Пришли! — уведомил нас Андре и эффектным жестом, словно занавес, отодвинул в сторону ветви, закрывающие вход в портал.
— Это Лабиринт? — недоверчиво поинтересовалась Кларочка.
— Именно. Это — вход в Лабиринт, — подтвердил лейтенант.
— А… где же охрана? Где двери какие-нибудь? Вы же сами говорили, что он охраняется государством! — недоумевала девушка, подойдя к черной дыре и опасливо заглядывая внутрь.
Андре выслушал мой перевод и пожал плечами.
— А что здесь делать охране? Сторожить сам портал? Так на него никто и не посягает. Туристы сюда не забредают, а местные и сами не сунутся. Сокровищ внутри никаких отродясь не было, а лезть вниз просто так — дураков нет. В свое время достаточно было просто скрыть истинное местонахождение входа, чтобы отсечь поток шальных туристов.
Кларочка поежилась.
— Холодно! Снизу прямо морозом веет! — и, отступив на шаг от зияющего отверстия в скале, повернулась к нам.
Я невольно залюбовался ею. На фоне темноты портала тонкая фигурка с трепещущими на сквозняке золотыми волосами смотрелась изумительно. Будто драгоценное украшение на черном бархате. Красоту зрелища очень удачно подчеркивал ярко-красный жучок, неторопливо ползущий по Кларочкиной груди… Да какой, к черту, жучок?!
Андре с места взмыл в воздух. Каким-то невероятным, фантастическим прыжком он в долю секунды преодолел несколько метров и обрушился на испуганно пискнувшую девушку, заталкивая ее в глубь портала. А в следующий миг в спине лейтенанта появилась аккуратная черная дырка. Прямо под левой лопаткой. В том самом месте, куда перепрыгнул с Клариной груди алый зайчик лазерного указателя цели.
Накрыв собой Кларочку, Андре рухнул в черноту провала. А я, понимая уже, что поздно, слишком поздно, развернулся, вскинул автомат и нажал на спуск.
АК гулко застучал, задергался в руках. Я поливал длинными очередями кусты, в которых затаился вражеский стрелок, с бессильной мстительной радостью наблюдая, как пули выкашивают, выгрызают подлесок. Среди вмиг облысевших зарослей мелькнул полусогнутый силуэт с автоматом, но тут же натолкнулся на пулевой рой, задергался и осел на землю.
— Петрович, в Лабиринт, живо! Оттащите вниз Андре и ждите меня! Я прикрою! — прокричал я, с трудом перекрывая грохот «Калашникова».
Краем глаза увидел, как Ванька бросился к порталу. И тут же едва жестоко не поплатился за то, что отвлекся: сразу два Охотника выскочили из чащи на поляну, на ходу стреляя из своих тихих автоматов. Пули засвистели совсем рядом.
Я прыгнул влево, перекатился и очень удачно оказался за случившимся поблизости валуном. По нему тут же противно защелкали пули, осыпая мою голову каменной крошкой. Подняв над камнем автомат, но не высовываясь, я выпустил короткую очередь в направлении Охотников. Послышался вскрик, и стрельба прекратилась.
Воспользовавшись короткой передышкой, я огляделся. До портала — метров семь. По открытому, простреливаемому пространству. Стоит мне высунуться, как из меня тут же сделают решето. А здесь тоже долго не поваляешься: как только Охотники додумаются разделиться — все, мне капут. Один будет держать меня под огнем, не позволяя шевельнуться, а второй в это время спокойно зайдет с фланга и расстреляет меня, как в тире. И наверняка их больше чем двое. Да уж, ситуация — хуже не придумаешь!
Немного успокаивало то, что мои друзья — в относительной безопасности, в глубине портала. Пулей отсюда их не достать, а внутрь я Охотникам пройти не дам. Пока жив. Вот только беда в том, что это самое «пока» может оказаться весьма непродолжительным…
По валуну опять задолбили пули. Очереди следовали одна за другой, практически без перерыва. Ну вот, началось: судя по всему, это было огневое прикрытие для того, кто сейчас коварно заходил мне во фланг… или в тыл, что не легче.
Не отвечая на вражеский огонь, я заозирался, пытаясь высмотреть в зарослях своего будущего убийцу. Бесполезно: сквозь густую зелень ничего не было видно. Оставалось одно: лежать здесь и спокойненько ждать своей пули. Или чуда.
Слева шевельнулись кусты. Я немедленно полоснул по ним очередью. Шевеление стихло. А по моему камню по-прежнему щелкал свинец. Патронов Охотники не жалели.
От знакомого грохота я вздрогнул. И машинально посмотрел на свой автомат. Разумеется, тот молчал. Длинными очередями из портала плевался его брат-близнец.
— Палыч, давай сюда! Я прикрою! — проорал залегший за каменным порогом Петрович, щедро поливая свинцом лес.
Не раздумывая, я вскочил и рванул к спасительному порталу. Стреляя на ходу, как тот матрос из Петрограда в семнадцатом году. Парочка запоздалых пуль разочарованно присвистнула у моего уха, но я уже перепрыгнул через озверевшего Ваньку и улегся рядом. Теперь «калаши» заговорили дуэтом. И весьма убедительно, потому что ответная стрельба тут же стихла.
— Спасибо! Я уж думал, все — пора мне в страну вечной охоты! — выдохнул я в ухо Петровичу.
— Не дождутся, твари! — зло ответил он и остервенело застрочил по лесу.
— Не трать зря патроны! — посоветовал я ему. — Как лейтенант?
— Погиб лейтенант. Сразу, — хрипло ответил Петрович и уткнулся лбом в каменный пол.
Я молча стиснул зубы и невидящими глазами уставился поверх прицела. Чуда не случилось, я же сам видел: пуля, предназначавшаяся Кларочке, вошла Андре точно в сердце.
— Надо уходить в Лабиринт. Без карты они внутрь не сунутся, — бесцветным голосом произнес Ванька, не отрывая лба от пола.
Стряхнув навалившееся оцепенение, я кивнул. Да, пора уходить.
— Где они? Кларочка с… с лейтенантом.
— Внизу. Там лестница, за ее поворотом — площадка. Они там.
— Пошли. Я вперед, ты прикрываешь! — скомандовал я и пополз в глубь портала.
Там и вправду начиналась крутая лестница, ведущая вниз. Спустившись на пару десятков ступеней, она резко повернула направо. Здесь было светло: небольшая площадка между двумя пролетами озарялась неровным, оранжево-багровым светом факела, воткнутого в щель между камнями стены.
А под факелом, удобно устроившись головой на коленях Кларочки, лежал Андре. Со спокойным, чуть улыбающимся лицом. Будто просто устал и прилег отдохнуть. Да так и уснул, убаюканный ее легкими поглаживаниями по волосам.
Я присел рядом и обнял девушку за плечи.
— Надо идти, малыш. Пусть Андре отдохнет.
Она всхлипнула, не переставая гладить по голове улыбающегося лейтенанта.
— Как же так, Пашка? Он же меня собой прикрыл! Ну зачем, зачем? — и уткнулась лбом мне в плечо.