Чтение онлайн

Сквозь град боли и стремительно гаснущее сознание, понял, что Краме таки досталось.

Тройка здоровяков ещё долго месила бесчувственное тело ногами. Поймавший локоть Анарконы лежал в отключке, пропустивший удар в солнечное сплетение до сих пор хватал ртом воздух – не мог встать; Крама валялся на спине, держась за пах, поскуливал. Под Анарконой натекла небольшая лужица крови и медленно впитывалась в натоптанную землю.

Крама, наконец, поднялся, с оттяжкой пластанул носком сапога обморочного по рёбрам, плюнул на спину.

– Тварь паскудная! – заорал вожак шайки, задыхаясь в приступе злобы. – Ты посмотри, он ещё сопротивляется! Сука! На! – теперь сапог саданул уже по лицу, хрустнуло.

Крама с удовольствием оглядел окровавленного соперника.

– А вот это я, пожалуй, себе возьму, – злорадно процедил гнусавый голос. – Похоже, ценная штука.

С этими словами Крама стащил с запястья Анарконы браслет. Рассмотрел. Шесть круглых камней полусфер разного цвета, закреплены на равном расстоянии друг от друга. Камни вшиты в плотную ткань на завязках. С помощью регулировки браслет подходил к запястью любой ширины.

– Всё уходим, скоро патруль прочёсывать начнёт, – пропыхтел вор, завязав трофей на руке.

Очнулся Анаркона от дикой головной боли, при попытке шевельнуться, вскрикнул. Рассечённая губа присохла к утоптанному камню. Движение оторвало корку, хлынула кровь. Одновременно в рёбрах что-то скребануло внутренности, вспышка боли пронзила до макушки.

В голове мелькнуло:

«Опять рёбра сломаны! В последнее время это становится нормой».

Во рту солоно, ощупал правую сторону лица, ужаснулся – распухла. Стиснув зубы, перевернулся на спину, давя рвущийся наружу крик. С трудом открыл слипшиеся от крови глаза. Ясная ночь уже властно вступила в свои права. Сколько же он тут пролежал? Вставать не хотелось. Прохладная земля приятно холодила измахраченное тело. За углом послышались шаги. Патруль! Анаркона притих, распластался, не хотел быть обнаруженным. Увидят, сразу доложат учителям, начнутся расспросы, кто, за что. Не скажешь – самого накажут, скажешь ещё хуже – стукач…

Часть стражи делает обход с вечера, сейчас ночь – значит, обходят не впервой, не заметили раньше, тогда и суетиться не стоит. Так и случилось, патруль прошёл мимо. Анаркона выждал несколько минут и, скрипя зубами, поднялся. В планах добраться до ближайших деревьев, кустов, чего-нибудь растительного, повторить фокус с сараем, восстановиться, перекачать живительную силу в себя. Юноша почувствовал непривычное ощущение на левом запястье. Всмотрелся, но надбровные дуги распухли, вздутые веки накачены кровью из лопнувших капилляров, глаза не видели чёткой картинки, наконец просто коснулся запястья пальцами. Вздрогнул. Браслета нет!

– Не-е-е-т! – закричал шёпотом Анаркона.

От обиды и унижения по щеке прокатилась первая крупная слёза.

– Да что я вам всем сделал, сволочи?! – всхлипнул юноша еле слышно.

Пропавший браслет – единственная вещь из прошлого! Всегда был на руке, с детства, сколько себя помнил. Когда подрастал и запястье сдавливало, просто ослаблял завязки. Как-то спросив у немногословной Варлы, откуда украшение, получил ответ: «Подарок отца, береги его». Теперь ненавистный Крама с шайкой отняли последнюю память о прошлом, связь с таинственными родителями, растоптали надежду!

Слёзы так и подступали. Анаркона понимал, что плакать одно из самых не достойнейших занятий для воина Лиги, но солёные капли, как сговорившись, накапливались, заполняли и без того узкие глазные щёлки. Боль в теле пульсировала нешуточная, но сейчас Анаркона забыл о ней – всё вытеснялось обидой. За что они так с ним?! Почему?! Почему весь мир такой?! Нижняя губа предательски затряслась, слёзы хлынули, как два горных ручья, мощно, неудержимо. Молодого марга долго сотрясали рыдания. Тёмный переулок надёжно скрыл его позор. Единственным свидетелем нелепой скрюченной позы оказалась луна. Она долго наблюдала за маленьким несчастьем, маленького двуногого, что сидел на земле в одиночестве. Но ничего страшного – Луна секретов не выдаёт.

* * *

На одном из занятий учитель Арх, по кличке «змея» (заведующий преподаванием маскировки, техники и тактики перемещения воина на поле боя), построил учеников для объявления.

Змеёй учителя прозвали за его скользящую походку. Казалось, тело его не имеет костей. Наверняка он мог спрятаться за самым кривым деревом и без усилий повторить все его изгибы. «Умение прятаться и красться иногда значит намного больше, чем виртуозное владение клинком», – часто говорил он на занятиях.

Сегодня Арх выглядит особенно важным и торжественным.

– Ученики! Сегодня не обычное занятие. Преподавательский состав приготовил для вас особую полосу препятствий в настоящей среде. Риск для жизни будет немалый. В награду победители полностью освобождаются от всех занятий до главного испытания, то есть на неделю!

– Ого! – по рядам учеников прошла волна удивления.

Однообразное течение дней, состоящее из тренировок и теории, надоело всем. Свободного времени в день, исключая трапезы, получалось всего три часа. И так из года в год. А тут целых семь дней филонить. Состязание будет жарким. Каждый захочет перед главным испытанием набраться сил, привести мысли в порядок, Анаркона исключением не был.

– Итак, – продолжил довольный Змея, наблюдая какой фурор, произвела его новость. – Всем час отдыха, затем построение здесь, разойтись!

Ученики быстро исчезли. Кто-то пошёл в излюбленную таверну промочить горло, другие увязались за девками, надеясь за час получить благосклонность и успеть затащить красотку в укромное место. Любители почесать языками шли к фонтану – на главную площадь и там состязались в болтовне. Учителя отправились в свои роскошные особняки.

Преподаватели Лиги Воинов жили с комфортом, в просторных домах, отдельных каменных крепостях в два этажа. Проектировщики лагеря равномерно раскидали их по периметру. Ученики, наоборот, под крышей одной огромной казармы, но у каждого была отдельная комната с кроватью и нехитрой мебелью. Психическое напряжение и без того копится год за годом, но если при таких нагрузках у маргов не будет собственного угла, срыв обеспечен. Десять лет, с утра до вечера одни и те же лица, так можно и умом двинуться.

В свободное время Анаркона запирался в комнате, либо уходил на крутой берег Аркиманы, и если не хотел мотаться на другую сторону, просто смотрел на воду. Сейчас выбор пал в пользу реки, юноша почти полностью отрешился от мира, как вдруг его окликнул знакомый девичий голос:

– Стой, милый. Опять на свою реку попёрся? Мало тебе наказания?

Окликнувшая Анаркону оказалась первой красавицей Лиги – Айрин. Мало того, особа эта с амбициями, не проиграла ещё ни одной схватки, ни в теории, ни на тренировках. Единственное её фиаско – Анаркона, совершенно не поддавался женским чарам. Юноша предполагал, что это её дико злило. Молодой марг обернулся. Дивное создание медленно продефилировало с десяток шагов, призывно покачивая безукоризненными бёдрами, остановилась, подойдя вплотную. Высокий для девушки рост не уступал Анарконе.

– Айрин, я тебе сто раз говорил, никакой я не милый, – напряжённо начал Анаркона. Он дико боялся её приветливости, знал, насколько твёрд характер воительницы, знал как обычно гордо и надменно общается с остальными, и это странное виляние хвостом перед ним выбивало из колеи, пугало до жути. – Зачем только я тебе сдался? – напрямую спросил бедняга, собрав крохи мужества. – Вон Крама за тобой увивается, видный ведь парень.

– Ну, это позволь мне решать, милый ты или нет. Милый! – подчеркнула она с нажимом. – Крама – мужлан, тупой солдафон. Ты – дело другое.