Чтение онлайн

Ему нравится рыскать по лесу, выслеживать, затаиваться, вдыхать дурманящие запахи дикого края – здесь настоящее чувство свободы, дом.

Белая кошка двигается хищной поступью, легко, словно вес взрослого оленя, удерживаемого за загривок поперёк пасти совсем не тяготит. Мощные челюсти, как стальные тиски, сжимают добычу нагло, необычно для простых хищников, держат тушу не на загривке, а полностью на весу, копытами вперёд! Нерастраченная сила проявляется в каждом сокращении мышц, тело словно кричит: «Смотрите, идёт царь леса»!

Барс деловито выбрался на тропку – охотники гномы натоптали – засеменил в сторону запахов человеческого жилья и гномьих костров. От последних запах особенно силён, бьёт сапогом в нос. Наконец в лесной чаще показался просвет, барс остановился: «Здесь».

Олень бухнулся под ноги, взбив облако снежного пуха. Кошка потянулась хищным прогибом, зевнула и озорно прыгнула в ближайший сугроб. Барс начал игриво кататься на спине, радостно урчать, теребя лапами хвост, пытаться ухватить пастью. Когда тучи белых хлопьев улеглись, на месте белой кошки оказался обнажённый мужчина.

Буран вскочил, на лице улыбка, растёрся пригоршней снега, зачерпнул ещё, вытер кровь с губ и шеи. Оглядевшись дико и радостно, сильно закинул голову; в попытке обнять весь лес широко раскинул руки и вдохнул всей грудью. Бодрящий воздух рванулся в лёгкие, норовя разорвать кожу. Ноздри раздулись, от сладкого духа закружилась голова. Толстые рёбра, привыкшие держать могучие удары, затрещали, кожа вспыхнула жаром, словно шкура, брошенная на угли. Буран только сейчас ощутил, как кровь нерастраченной силой рвётся наружу. От прилива бодрости захотелось кричать!

Схватив толстую валежину, поднял над головой, швырнул, что было мочи. Вот она, жизнь, родной край! Чуя его биение каждой клеточкой, можно опьянеть! Последний из Клана Снежных Барсов прыгнул вверх, перевернулся в воздухе через голову, пружинисто приземлился на ноги. В соседнем сугробе откопал одежду и меч – быстро оделся.

Ему можно дать чуть за тридцать. Сквозь тёмное одеяние, подогнанное по фигуре, проступают бугры мышц. Про таких не говорят: «Здоровее буйвола» или «Гигант», но и стройным такое телосложение назвать нельзя. Широкие плечи, узкая талия, крепкие мускулистые руки, Буран выглядит поджарым, мощным. Водопад белоснежных прямых волос человек тут же ловко заплёл в толстую косу внушительной длины, до пояса. Брови, ресницы, лёгкая щетина всё под стать волосам – не отличить от свежевыпавшего снега. Несколько смуглую кожу лица разукрасили множество еле заметных белёсых шрамов одинаковой толщины, лишь через правую бровь один длинный, намного толще остальных, тянется наискось через лоб вправо и белёсым росчерком теряется в волосах. Мужественное, чуть обветренное лицо с яркой печатью упорства и внутренней силы. Нос прямой, брови вразлёт, и глаза – диски отполированной стали, – слишком осмысленные для такого холодного цвета.

«Душу отвёл – пора назад».

Буран подхватил тушу легко, словно белку на плечо закинул, ноги бодро зашагали по знакомой тропке. Хвойные деревья-великаны закончились внезапно, как всё в этом крае. Лес выпустил преданного сына с сожалением, показалось, что даже шепнул в спину: «Иди с миром, да возвращайся скорее…» Буран мысленно послал зелёному владыке благодарный ответ: «Вернусь, дедушка, обязательно вернусь!»

Помимо примечательной внешности человека в глаза бросается клановая татуировка снежного барса, выполнена белой краской, кажется живой. Маленькая хищная зверюга устроилась на шее и нижней челюсти в сильном прогибе, словно висит спиной вниз. Передние лапы симметрично вонзились в скулы, задние обхватили шею, а клыки верхней челюсти впились в край подбородка. Раньше Барсы вообще татуировок не носили, это новшество придумал сам Буран, чтобы бойцы возрождённого Клана бросались в глаза сильнее прежнего – открыто, дерзко, наотмашь, смотрите, мол: «Мы – Снежные Барсы, с дороги!» Тату делали на восемнадцатилетие и девушкам, и юношам. Буран-вождь написал новые законы, теперь клановая татуировка – обычай.

Тропка вывела к подножью огромного холма, вершину опоясывает крепостная стена – круг диаметром в пару миль! Что находится по ту сторону, не знает никто – даже войско гномов, нанятое Бураном для охраны. Древние стволы для крепостной стены выбирались лишь самые огромные – в три обхвата – теперь стоят врытые в мёрзлую землю на треть. При стройке великаны жаловались на излишнюю предосторожность нанимателя, говорили, что чересчур глубоко, – даже себе бы так не строили. Но Буран не жалел денег и настоял, чтоб вкапывали на треть. Чудовищные брёвна, как цари леса – царапают низкие облака. Для материка Зверя укрепление это невиданное – выше каменных стен далёких городов – поразит любое воображение. Человек, изредка забредающий в эти места, видя грозную стену, замирал, цепенел, чувствовал себя козявкой – сооружение внушало страх. Как такое могли?! Даже верёвку с крючьями не забросить – высоко, слишком!

Большая часть гномьего войска встала у единственных ворот лагерем, остальные в редкой цепи по периметру. Сразу видно гномы тут надолго. Вместо походных шатров всюду бревенчатые срубы – настоящие избы! Буран заключил с подгорным племенем контракт на двадцать лет. Каждый год Срединный Хребет присылает тысячу воинов, с пожитками, но закованных в броню. Прибывшие воины заменяли собратьев, которые уже отдежурили свой годичный срок. Разведчики звериных кланов Рыси, Медведя и Волка, как-то сунулись сюда и остолбенели.

Для возрождения Клана Буран выбрал совершенно новое место на границе территории Клана Рыси, но ландшафт сильно похожий на прежний. Поначалу, случайно набредя на гигантскую постройку и вооружённых до зубов гномов, разведчики Клана Рыси попытались приблизиться, но получили ощетинившийся ряд копий. На вопросы гномы отвечали грубо: «Сами, мол, ничего не знаем! Нанял колдун какой-то, в чёрном балахоне, сказал охранять и никого не пусчать! Вот и весь сказ».

Границы Клана Рыси нарушены не были, поэтому начинать войну со всегда исправно отрабатывающими плату гномами из-за банального любопытства рыжешёрстные посчитали делом неблагодарным. Байку про колдуна Буран придумал специально и на самом деле играл перед бородатыми эту роль изо всех сил.

Шли годы, из-за загадочной стены так никто и не вышел. Защитные чары стоят мощнейшие – за годы Маги Кланов так и не сумели пробиться сквозь них, и помаленьку к странному соседу Кланы привыкли, успокоились. Гномы скучали, ни стычек, ни подгорных работ, только наниматель через день шмыгает из крепости в лес и обратно. Какая пропасть Магу по лесу бегать как охотнику, никто не понимал. Любопытные гномы умоляли дать хоть глазком взглянуть – дошло до того, что скинулись и предложили отдать Бурану солидную часть заработка – безуспешно. Буран прятал в складках капюшона улыбающееся лицо и вежливо отказывал.

Вихляя меж пушистых сугробов игривой змейкой, тропа плавно пошла вверх, наконец, выпрямилась и вывела к первому посту. Рядом с избой у костра греются часовые. Тройка гномов гостя заметила издали, узнали. Один из гномов поднялся, юркнул в избу, остальные стали с интересом ждать, когда колдун подойдёт.

Едва Буран приблизился, один из бородатых крепышей с хитрющей рожей выдал:

– Здоров, Буран. Что, как всегда удачная охота?

Дураку было ясно – туша оленя на плече подобные вопросы должна бы исключить, но хитрый гном, судя по всему, свою пайку уже сожрал и, зная доброту нанимателя, надеялся урвать свежего мясца.

Из-под кустистых бровей маленькие карие глазки смотрят хитро. Чёрная борода заплетена в косу, брови щёгольски подкручены вверх. Гном ниже Бурана головы на полторы и настолько же шире. Кольчугу надел поверх суконной тёплой куртки, это сделало вояку ещё шире – почти квадратным.

– Здоров, служба! – рявкнул Буран. – Как с бравыми вояками не поделиться?! Рука при оружии, зоркий глаз мухе пролететь не даст!

Губы при этом сделали попытку раздвинуться в улыбке. Буран с трудом удержался, но тут же, вспомнив, что лицо скрывает сильно надвинутый капюшон, улыбнулся широко.