Чтение онлайн

Дверь распахнулась и в комнату «влетел» Отто фон Шнафт. Налетел на Стасю обнял, зашептал:

— Живая, девочка моя, живая.

Отпустил и проговорил уже нормальным голосом:

— Ну и напугала ты нас! Пойдём, кайзер тоже здесь

Но Стася его остановила:

— Отто, надо бы Никиту с Кириллом сюда, плохо им, а через границы только твои артефакты проносят.

Фон Шнафт кивнул, глядя в по-прежнему синие глаза, но теперь из них на него смотрел кто-то древний.

— Иди за ними, — сказала Стася и фон Шнафт пошёл, забыв, что обещал своему кайзеру оставаться в Кравеце.

Стася вышла из спальни сама, легко нашла кайзера. Он был в своём кабинете.

Стася прошла и села напротив него.

Кайзер только спросил:

— А где Отто?

— Отправила его в Россиму, — просто ответила Стася

— Что произошло? — спросила Стася, — будто бы землетрясение было.

Кайзер Вильгельм пожевал сухими губами, посмотрел внимательно на Стасю и проговорил:

— Боюсь, что не просто землетрясение, княжна. Скорее всего прежде, чем ты очнулась, ты умерла для мироздания, и то, что произошло лишь малая толика, что нас ожидает, если ты погибнешь.

В дверь кабинета постучали.

Кайзер, взглянув на княжну, сказал:

— Сейчас мы и узнаем, что произошло и где

Крикнул, чтобы входили. Вошёл слуга, тоже в простом тёмно-сером камзоле, без вензелей или других знаков того, что он служит королю. В руках у него был серебряный поднос. На нём лежали несколько сложенных в стопку бумаг.

Слуга поставил поднос на стол и вышел.

Кайзер взял и развернул верхнюю бумагу, быстро просмотрел, хмыкнул и передал Стасе.

Все бумаги были из разных частей Европы. И на каждой было донесение шпионов кайзера о том, что произошло.

Волной прошло землетрясение через все европейские королевства и княжества. Где-то закрутили свои разрушительные карусели смерчи, в Пеплоне на побережье пришло цунами, во Фрулессии в результате сильнейшего землетрясения возникли пожары, потушить не могут до сих пор.

— Видишь, Анастасия, как откликнулась глупость вашего Шаховского, — начал говорить кайзер, — а всё потому, что забыли главное. То, для чего был создан круг двенадцати.

— Для чего? — спросила Стася, которая, покопавшись памяти княжны, так и не нашла нужного ответа.

— Ты слышала легенду о «сердце мира»? — спросил Стасю Кайзер.

Про эту легенду память Анастасии подкинула её картинку из книги …сказок. Больше ничего Стася «не вспомнила».

Кайзер Вильгельм укоризненно покачала головой: — «Если уж россимские императоры об этом забыли, то чего уже об остальных говорить»

А вслух сказал: — Слушай.

Так Стася узнала, что теперь на ней ответственность не только за всю империю, но и за весь мир. Она почувствовала себя этаким легендарным богатырём, идущим на последнюю битву «добра со злом».

— Почему? — спросила Стася, сама не понимая, что хочет узнать: почему она или почему есть зло.

— Существует хаос, — сказал кайзер, — и существует порядок, такова природа вещей. Из хаоса возникает порядок, проходит жизненный цикл и снова возвращается в хаос, но когда в цикл вмешиваются внешние силы, то цепь событий может нарушиться и хаос наступит прежде времени.

— Получается, что моя задача сейчас не допустить, чтобы существующий порядок перешёл в хаос? — спросила Стася, — но как я это сделаю?

— У тебя должна быть сильная Триада и ты остановишь падение империи, сделаешь круг князей снова сильным и порядок восстановится, — спокойно объяснил кайзер

— А потом? — спросила Стася

— А потом жить, — ответил кайзер

— Но потом снова придёт хаос? — спросила Стася всё ещё не понимая

— Обязательно придёт, — ответил кайзер, — и снова боги проверят достойны ли мы жизни.

Дверь в кабинет дрогнула и…выпала.

Кайзер обернулся и строго посмотрел на «вошедших», но на лице у него ничего не отразилось.

«Ну и выдержка, — подумала Стася»

А в проёме двери стоял Никита Урусов, полуголый, весь в кровавых подтёках, а за ним, примерно в таком же состоянии, Кирилл Демидов.

Через них протиснулся фон Шнафт, казавшийся подростком по сравнению с рослыми россимцами и сказал:

— Там ещё этот… дракон

И только он это произнес, как в одно из окон, заглянула синяя, размером в половину окна настоящая драконья морда.

В этот же вечер приняла Стас клятву у дракона. Одно только ему не сказала, что есть и второй. И инициация скоро начнётся, ей только надо его увидеть.

Но Фёдору Троекурову пока было радостно оттого, что княжна смогла всё-таки его принять. И развязался узел проклятия, теперь род можно было брату передать, если что. А ему ещё надо постараться, чтобы княжна снова на него так посмотрела, как в первый раз, когда она ещё не знала, что он один из пяти тригонов революции.

***

Острогард. Кремль

Бах Барсук уже очень хотел закончить эту проклятую революцию. Они увязли в ней словно мухи в меду. Сперва всё шло очень бойко, им удалось загнать князей в Белояр, где те и встали. Надо было их добивать, а они ждали оружия и в результате дали князьям время и те накопили силы.

Теперь надо дождаться зимы и перекрыть князьям все подходы, оставляя тех без припасов.

Но риск того, что бахам не будет хватать еды бы очень высокий, но бах Барсук посчитал, что голодными они злее будут и отправил золото, собранное для покупки продовольствия таким образом, чтобы забрать себе половину. А на что иначе сладко жить?

Но задание своих «нанимателей», ослабить Россиму, раздробить круг князей, отобрать власть и силу, он пока не выполнил. Родовой камень императора в Кремле оставался недоступен. Дракон сбежал, а он на него рассчитывал, полагая, что без магии не обойтись.

Как же ему не терпелось доить до того времени, когда его «хозяева» они заберут его из этой вечно промозглой, холодной и страшной империи и будет он жить во Фрулесии, и пить по утрам кофе, читая газету и любуясь на торговок, продающих жареные каштаны.

Но что-то пошло не так. По какой-то причине бах Дракон, чёртов альт, примазавшийся к революции, перешёл на сторону врага. Потом бахи, целыми губерниями стали переходить под княжеские знамёна.

Пошли разговоры про святость Россимы, про какие-то легенды. Однажды кто-то упомянул Триаду. И так это прозвучало, что Барсук почувствовал, дело плохо.