Анатомия Джейн
Шрифт:
Теперь, попав сюда, я чувствовала, что разваливаюсь на части. Парни вели себя так мило. Оба заботились обо мне, и я чувствовала себя счастливой, но где-то в глубине души знала, что со мной не случается ничего хорошего.
— Джейн.
— А? — Я подняла глаза и увидела, что Макс уже не смотрит фильм, а наблюдает за мной. — Что, прости?
— Все в порядке? Ты перестала говорить.
— Да… прости…
— Джейн, ты слишком часто извиняешься. — Он приподнял мой подбородок и обхватил лицо ладонями. — О чем задумалась?
— О тебе, — честно призналась я, потянувшись, чтобы схватить его за руку, но не смогла оттолкнуть. Вот в чем проблема. — И Уэсли. Но в большей части, о себе. Я же говорила. Я эгоистка. Пришла сюда, потому что хотела, чтобы кто-то позаботился обо мне. И я здесь счастлива.
— Но?
— Но… не выходит у меня со счастьем. Сегодня среда, а по средам я убираю дом миссис Крофтон и выгуливаю трех ее терьеров: Бейли, Коко и Гаса. А вместо этого лежу на диване, свернувшись калачиком, и смотрю «Гринча». Я никогда в жизни не брала выходной… однако хочу это сделать. Хочу остаться с вами, ребята, и даже испытываю искушение усмирить гордость и просто выйти за тебя замуж. Это меня пугает. Я осознаю, что не смогу просто сидеть здесь весь день. Не могу просто быть здесь, и я запуталась.
— Тебе не нужно решать прямо сейчас. — Он нежно погладил меня по щеке, совсем как Уэс. — Тебе вовсе не обязательно сидеть здесь целыми днями, Джейн. Ты можешь выходить и заниматься, чем пожелаешь. Можешь научиться получать удовольствие от жизни, а не только работать. Чем ты увлекаешься? Куда хотелось сходить или что посмотреть? Держу пари, ты никогда не задавала себе таких вопросов, потому что на это не хватало времени. Оставаясь со мной, с нами, ты сможешь это сделать.
В его устах все звучало так просто… так весело.
— Но что произойдет, когда это влечение, которое вы с Уэсом испытываете по отношению ко мне, исчезнет.
Макс нахмурился и опустил руку.
— Ты когда-нибудь смотрела фильм наоборот?
— В смысле?
— Ты когда-нибудь запускала фильм с конца?
— Нет.
— Тогда зачем таким образом начинать отношения? Я понятия не имею, что произойдет на следующей неделе, в следующем месяце или в следующем году. Все, что у меня есть — это настоящее, и прямо сейчас мы хотим, чтобы ты была с нами. Разве этого недостаточно?
Казалось, сердце вот-вот выпрыгнет из груди.
— Я подумаю об этом.
Кем бы я была, если бы не стала горничной или помощницей бармена (менеджера, бухгалтера, стриптизерши)? Я не имела ни малейшего представления, но теперь мне стало любопытно.
Глава 8
Джейн
— А розы — не слишком банально? — нахмурился Макс, когда продавщица упаковала цветочные лепестки, а я схватила столько чертовых свечей, сколько смогла.
— Банальности становятся таковыми, потому что они работают! — сообщила я, присматривая поздравительную открытку для Уэса.
После того как в деталях продумали план действий, мы с Максом решили покинуть пентхаус. Однако Уэс выбрал самый неподходящий момент и вернулся домой. Мы не нашли лучшего объяснения кроме того, что сегодня утром у меня назначена встреча с доктором, и Макс предложил составить мне компанию. Я видела, что Уэс заподозрил неладное, но не стала ничего говорить. В любом случае он собирался пробыть в ресторане до вечера.
— Это все, мэм? — Женщина за прилавком весело посмотрела на меня.
Мне пришлось по душе, что она никак не отреагировала на синяки на моем лице. Надеюсь, это означало, что они наконец-то стали выглядеть лучше. Неделю назад я почти не воспринимала собственного отражения. Это было ужасно.
— У вас есть воздушные шары? — Я перегнулась через прилавок, чтобы посмотреть.
— Никаких воздушных шаров, — вклинился Макс, доставая кредитку.
— Какой день рождения без воздушных шаров? — возмутилась я.
— Возможно, если тебе исполняется пять.
— Значит, мне пять. — Я молитвенно сложила руки и наклонилась к нему, одарив самым трогательным щенячьим взглядом, на который только оказалась способна. — Пожалуйста?
Он пристально посмотрел на меня и, судя по всему, скрипнул зубами.
— Добавьте пару воздушных шариков.
— Дюжину, пожалуйста.
Я повернулась к продавщице. А она хихикнула и потянулась к двум разным наборам.
— Обычные или гелиевые?
— Гелиевые, — выбрала я.
— Обычные, — одновременно со мной произнес Макс и, прежде чем я снова попробовала убедить его в обратном, потянулся к обычным. — Как это будет выглядеть, если мы вернемся домой и нас застукают с гелиевыми шарами?
— Ладно. — Развела я руками в шутливом жесте, а он покачал головой, подписывая чек.
Где-то на задворках сознания я отметила, как Макс сказал «когда мы вернемся домой». Я гостила у него всего лишь второй день, а он уже называл это место моим. Мне не нравилось, как сильно я наслаждалась этим.
— В этом бесконечном списке осталось еще что-нибудь? — спросил он, хватая пакет.
Я потянулась за блокнотом.
— Цветы и свечи, галочка. Поздравительная открытка, галочка. Продукты, две галочки, потому что я никогда не забуду, каким растерянным ты выглядел, когда шел по рядам.
— Я не растерялся, просто в магазине все неправильно организовано, — пробормотал он немного смущенно.
Взрослый тридцатилетний мужчина и никогда не ходил в магазин за продуктами. Вот это жизнь, чувак.
— Как скажешь, — ответила я, когда мы вернулись к его машине.
Я была благодарна Максу, что вместо «Феррари» мы поехали на простом черном «Мерседесе», хотя слово «простой» для подобной машины абсолютно не подходило. Прежде чем сложить вещи и продукты в багажник, Макс открыл дверь для меня.
— Отлично, нам должно хватить времени, чтобы подготовиться.
— Ты же знаешь, что я могу кого-нибудь нанять.
— Это не романтично! — отрезала я, не позволяя ему продолжить. — Он знает, что ты богат. То, что легко дается, не ценится. Что ты делал в предыдущие годы?