Анатомия убийства
Шрифт:
Защита очень хотела заполучить его, поэтому мы должны были официально заявить об отводе его кандидатуры. Судья О был взбешен тем, как долго длился отбор присяжных, тем более что этот парень – образцовый гражданин, сторонник политического истеблишмента округа Инио. Пришлось согласиться и надеяться на лучшее.
Алана Белкнап, адвокат защиты: Девять мужчин и три женщины были приведены к присяге и заняли свои места. Присяжный номер один, женщина, 53-летняя владелица косметического салона, белая. Присяжный номер два, мужчина, 31-летний инструктор по альпинизму, белый…
Рубен Джефсон, второй адвокат защиты: Присяжный номер три, мужчина, 66-летний рейнджер службы национальных парков на пенсии, белый. Присяжный номер четыре, мужчина, 35-летний ассистент фармацевта, белый…
Алана Белкнап, адвокат защиты: Присяжный номер пять, женщина, 62-летняя учительница алгебры в средней школе, латиноамериканка. Присяжный номер шесть, мужчина, 41-летний продавец автомобилей, белый…
Рубен Джефсон, второй адвокат защиты: Присяжный номер семь, женщина, 46-летняя управляющая отделением банка, белая. Присяжный номер восемь, мужчина, 37-летний независимый консультант по компьютерам, белый…
Алана Белкнап, адвокат защиты: Присяжный номер девять, мужчина, 68-летний вышедший на пенсию полевой археолог, белый. Присяжный номер десять, мужчина, 44-летний повар ресторана, латиноамериканец…
Рубен Джефсон, второй адвокат защиты: Присяжный номер одиннадцать, мужчина, 72-летний художник-пейзажист, белый. Присяжный номер двенадцать, мужчина, 49-летний владелец казино, коренной американец.
Алана Белкнап, адвокат защиты: К концу дня… пятого дня, мы были более-менее удовлетворены выбором присяжных. Нам пришлось бороться изо всех сил, но могло быть намного хуже.
Самсон Гриффит: Алана и Рубен работали долгие часы, снимая показания, изучая улики, опрашивая свидетелей-экспертов. Единственное, чего они, к моему ужасу, не делали, так это не обращались к средствам массовой информации и не продвигали нашу версию событий.
Алана Белкнап, адвокат защиты: Наиболее подходящее время для огласки наступает непосредственно перед началом судебного процесса. При всем шуме в новостях и прессе ваши лучшие аргументы могут затеряться, если они прозвучат слишком рано. Когда начинается испытание, заголовки в новостных лентах поднимаются на первые строчки, и именно тогда вам нужно произвести самое сильное впечатление.
Самсон Гриффит: Я специалист по обмену сообщениями в средствах массовой информации, занимаюсь этим уже давно. Причина, по которой вы выпускаете информацию пораньше, заключается в том, чтобы получить обратную связь и иметь время сформировать очередное свое сообщение.
Рубен Джефсон, второй адвокат защиты: Мы провели нашу первую пресс-конференцию в отеле, расположенном через дорогу от здания суда, после завершения отбора присяжных.
Джейк Кроу, репортер Inyo Register: Как и все остальное, связанное с судебным процессом, это событие побило рекорд и стало самой крупной пресс-конференцией, когда-либо проводившейся в округе Инио.
Брайан Берли, помощник окружного прокурора: Я перешел улицу и проскользнул в вестибюль отеля, который был забит журналистами и зрителями. Адвокаты защиты установили трибуну в северном конце зала и привезли собственные усилители.
Оуэн решил, что ему не следует там присутствовать, и я согласился. Мы лично знали Рубена и были наслышаны о репутации Аланы, поэтому не ожидали от них каких-либо серьезных махинаций.
Алана Белкнап, адвокат защиты: Я знаю, что Самсон воображает себя экспертом, но я занимаюсь своим делом не один десяток лет. Наше заявление состояло в том, что утопление Ребекки Олден было трагическим несчастным случаем, а окружной шериф и окружной прокурор слишком остро отреагировали. Они отправили группу SWAT и вертолет дорожного патруля для захвата невооруженного инфлюэнсера, который не имел судимости и не представлял угрозы общественной безопасности. Все их действия с самого начала были чрезмерными. Они увлеклись собственным рвением, используя в качестве предлога желание добиться справедливости, и тем самым загнали себя в угол. В результате у них не было другого выбора, кроме как предъявить обвинение в убийстве первой степени. Конечно, был еще вариант признать свои ошибки и отступить, но это редкое явление в провинциальных юрисдикциях.
Рубен Джефсон, второй адвокат защиты: Это была практически генеральная репетиция нашего вступительного заявления. Что касается последнего заявления, да, возможно, это было немного чересчур агрессивно с нашей стороны.
Алана Белкнап, адвокат защиты (KVME-TV):…и, наконец, следует спросить, почему окружной прокурор поспешил с вынесением решения. В местных новостях сообщалось, что приближаются выборы, и мистер Мейсон находится в напряженной борьбе за сохранение своей должности. Он достаточно давно не рассматривал ни одного серьезного уголовного дела. Его предвыборная кампания, похоже, основана на том, что он продемонстрировал свою эффективность в освоении мощной культуры знаменитостей и наказании трансгендеров у всех на виду. Это шоу, написанное и спродюсированное для его домашней аудитории, и мистер Мейсон изобразил себя героем закона и порядка, который спешит на помощь пострадавшим и беззащитным.
Брайан Берли, помощник окружного прокурора:Серьезно? Они собирались это обсуждать? Ставить под сомнение честность и объективность нашего прокурора? Извините, это скользкий ход, особенно прямо перед началом судебного разбирательства. Критиковать улики, выражать недовольство нашей тактикой – сколько угодно. Но нападки на личность нашего окружного прокурора?
Я не стал дожидаться возвращения в офис и позвонил боссу, переходя улицу.
Джейк Кроу, репортер Inyo Register: Защита основывала свою атаку на моем отчете. Так вот, я никогда не проводил доказательной связи между действиями Мейсона и предстоящими выборами. Мы опубликовали его опровержения полностью. Я указывал на грандиозное желание обвинения ускорить процесс в связи с ноябрьским голосованием и не считал это совпадением, но даже окружной прокурор заслуживает презумпции невиновности.
Сэмсон Гриффит: Важный «я-же-вам-говорил» момент. Несмотря на то, что, скорее всего, высказывание о политической подоплеке действий окружного прокурора было правдой, его отвергли по всем направлениям. Более шестидесяти процентов твитов и комментариев были негативными. Если бы это сообщение было опубликовано двумя неделями раньше, мы смогли бы развернуться и сосредоточиться на чрезмерно острой реакции правоохранительных органов. Но нет, теперь защите приходилось начинать процесс с алым клеймом в виде буквы «М» на лбу, означающим «мудак».
Оуэн Мейсон, окружной прокурор: Меня это совершенно не беспокоило. Должен сказать, я ожидал большего от величайшей в Америке женщины-адвоката по уголовным делам. Чего бы она ни пыталась достичь, это привело к обратным результатам.
Клео Рэй: Визит Сэнди вдохновил меня сделать все, что в моих силах, добиться оправдания, чтобы мы могли быть вместе. Я полностью сосредоточилась на предстоящем суде, но продолжала представлять нас вместе на том курорте на Бали.
За ужином напротив меня сидели две заключенные, с которыми я не была знакома. А вот они, похоже, знали из теленовостей, кто я. Они говорили громче обычного, чтобы я услышала, что мои адвокаты полностью облажались на пресс-конференции. Я просто отгородилась от них. Что бы там ни произошло, я не могла на это повлиять.
Потом я проснулась посреди ночи в ужасе. Мне приснился сон, что я в палатке занимаюсь любовью с Сэнди, потом оказалось, что это не Сэнди, а Бек. Я замерла и уставилась на нее, а она произнесла: «Не останавливайся».