Чтение онлайн

27 іюня 1709 года произошла знаменитая Полтавская битва. Шведы бжали, разбитые на голову. Нсколько тысячъ ихъ взяты нами въ плнъ, и въ числ ихъ нсколько генераловъ и фельдмаршалъ Реншёльдъ.

Посл боя былъ отслуженъ благодарственный молебенъ и произведена торжественная троекратная пальба изъ всхъ пушекъ и ружей. Затмъ вс сли въ палаткахъ обдать. Петръ пригласилъ къ своему столу генераловъ, какъ русскихъ, такъ и плнныхъ шведскихъ; по его приказанію были также угощаемы въ лагер и шведскіе плнные офицеры и солдаты. Петръ милостиво разговаривалъ съ плнными генералами, говорилъ о ихъ корол, о его несчастій, хвалилъ храбрость фельдмаршала Реншёльда и въ знакъ уваженія подарилъ ему свою шпагу.

Напослдокъ царь, наливши рюмку вина, всталъ и произнесъ тостъ за здоровье своихъ учителей въ военномъ искусств.

— Кто эти учителя? — спросилъ Реншёльдъ.

— Вы, господа шведы, — отвтилъ царь.

— Хорошо же ученики отблагодарили своихъ учителей! — сказалъ фельдмаршалъ.

До Петра Великаго русскіе крайне враждебно относились къ иноврцамъ. Немногія иноврческія церкви, построенныя въ Нмецкой слобод, едва сохраняли свое существованіе. Съ Петра же Великаго въ русскомъ государств водворилась вротерпимость. Онъ не только разршилъ свободное отправленіе богослуженія всмъ христіанамъ, къ какому бы вроисповданію они ни принадлежали, но и позволилъ имъ управляться въ своихъ церковныхъ длахъ независимо отъ православнаго русскаго духовенства. Онъ сказалъ однажды: «Господь далъ царямъ власть надъ народами, но надъ совстью людей властенъ одинъ Христосъ».

Такъ же снисходительно относился онъ и къ раскольникамъ, хотя и ясно видлъ ихъ заблужденія. Онъ прекратилъ существовавшее до тхъ поръ преслдованіе ихъ и повеллъ духовенству стараться о вразумленіи ихъ доказательствами, основанными на священномъ писаніи и на здравомъ разум. Но такъ какъ мры эти мало помогали обращенію раскольниковъ, то Петръ обложилъ ихъ двойными податями и отличилъ особыми знаками на одежд: четырехугольникомъ изъ краснаго сукна на спин и козыремъ (стоячимъ воротомъ) изъ желтаго, надясь, не поможетъ ли въ этомъ случа стыдъ отстать имъ отъ своихъ заблужденій, Но какъ и это средство не помогало, то и оставилъ онъ ихъ въ поко; если же и были все-таки при немъ преслдованія раскольниковъ, то причиною этого служили не ихъ врованія, а упорное ихъ сопротивленіе нововведеніямъ царя.

Однажды, будучи на бирж, Петръ увидлъ между другими купцами нсколькихъ калужскихъ купцовъ въ упомянутомъ наряд. Государь крайне этому удивился, пожалъ плечами и спросилъ:

— Каковы купцы изъ раскольниковъ и можно ли имъ въ торговл врить?

— Совершенно они таковы, — отвчалъ одинъ изъ таможенныхъ начальниковъ.

— Хорошо, — сказалъ Петръ, — если они подлинно таковы, то по мн пусть вруютъ, чему хотятъ, и носятъ свой козырь; и когда уже нельзя ихъ обратить отъ суеврія разсудкомъ, то, конечно, не пособитъ ни огонь, ни мечъ. А мучениками за глупость быть — ни они той чести не достойны, ни государство пользы имть не будетъ.

Одинъ солдатъ изъ новобранцевъ стоялъ на караул въ такомъ мст, куда, думалъ онъ, не скоро придетъ его командиръ; всего же мене ожидалъ онъ самого государя, такъ какъ была обденная пора. Постъ былъ на самомъ берегу Невы, и какъ время было жаркое, то часовой и вздумалъ выкупаться. Но только что онъ раздлся и вошелъ въ воду, какъ увидалъ идущаго въ его сторону государя и такъ уже близко, что усплъ онъ только, выскочивъ изъ воды, надть на себя второпяхъ исподнее платье, шляпу и перевязь и, подхвативъ ружье, вытянулся на своемъ посту и отдалъ честь.

По строгости, съ какою Петръ относился къ нарушеніямъ, воинской дисциплины, можно было ожидать, что онъ велитъ наказать виновнаго по всей строгости закона; но вмсто того, смотря на виновнаго, не могъ онъ не расхохотаться и сказалъ сопровождавшимъ его: — Хоть голъ, да правъ!

Затмъ спросилъ солдата, давно ли онъ въ служб.

— Недавно, — отвчалъ тотъ.

— Знаешь ли ты, — продолжалъ государь, — что велно длать съ тми часовыми, которые оставляютъ постъ свой и бросаютъ ружье, какъ сдлалъ ты?

— Виноватъ, — сказалъ часовой.

— Ну, быть такъ! — заключилъ государь, — прощается это теб, какъ новичку; но берегись впредь дерзнуть что-либо подобное сему сдлать.

Нердко по ночамъ Петръ объзжалъ городъ, чтобы наблюсти за стражей и вообще за порядкомъ въ город. Въ такихъ случаяхъ его сопровождалъ одинъ только денщикъ [15] . Въ одну изъ такихъ поздокъ, въ январ 1710 года, государь прозжалъ по московскимъ улицамъ въ 1-мъ часу ночи въ сопровожденіи денщика Полозова, отъ котораго и пошелъ этотъ анекдотъ. Большое освщеніе въ одномъ дом привлекло вниманіе царя; онъ остановилъ сани и послалъ Полозова узнать, кому принадлежитъ этотъ домъ. Полозовъ, вернувшись, доложилъ, что домъ принадлежитъ одному секретарю.

— Врешь! — сказалъ государь. — Поди удостоврься.

Полозовъ, возвратясь, подтвердилъ прежнее показаніе и добавилъ, что секретарь этотъ Помстнаго приказа [16] , что сегодня у него были крестины сына и теперь онъ пируетъ съ гостями.

Тогда Петръ възжаетъ безъ шума на дворъ, входитъ въ домъ и, найдя множество гостей, говоритъ:

— Богъ въ помощь!

Можно себ представить, въ какое замшательство должны были прійти гости, а особливо самъ хозяинъ! Однакоже государь ласковымъ обращеніемъ успокаиваетъ всхъ и говоритъ хозяину:

— Мн показался необыкновеннымъ свтъ въ твоемъ дом, и я изъ любопытства захалъ къ теб, а на крыльц узналъ, что у тебя крестины новородившемуся твоему сыну и что причиною такого свта крестинный пиръ, — такъ поздравляю тебя съ сыномъ!

Затмъ государь освдомился, какое имя дано новорожденному, какова родильница и можно ли ее видть, и, предшествуемый хозяиномъ, входитъ въ спальню къ родильниц, поздравляетъ ее съ сыномъ, цлуется съ нею и кладетъ на зубокъ рубль. Хозяинъ подносить его величеству сладкой водки. Но государь, пригубивъ, спросилъ:

— Нтъ ли анисовой? [17]

— Есть, всемилостивйшій государь! — отвчаетъ хозяинъ.

Налита была анисовая. Государь выпилъ рюмку до половины и, осмотрвъ убранство спальни и всхъ комнатъ, пожелалъ всмъ веселиться и ухалъ.

Поутру рано посылаетъ онъ своего караульнаго офицера въ домъ секретаря и приказываетъ взять его и привести въ Преображенскій приказъ [18] .

— Но не потревожь родильницы, — прибавилъ государь, — и для того дождись у воротъ выхода секретаря.

Приказаніе было исполнено. Самъ государь былъ уже въ Преображенскомъ приказ. Поблагодаривъ секретаря за вчерашнее угощеніе, онъ спрашиваетъ его, изъ дворянъ ли онъ и иметъ ли помстье, и если иметъ, то сколько получаетъ съ него дохода.

Дрожащій секретарь отвчаетъ, что онъ не изъ дворянъ, а подъяческій сынъ и что помстья и крестьянъ не иметъ.

— Богатую ли взялъ ты за себя жену? — снова спрашиваетъ государь.

— Небогатую.

— Изъ какихъ же доходовъ нажилъ ты такой домъ и такіе длаешь пиры?