Чтение онлайн

С большим крафт-пакетом с круассанами я приближаюсь к витрине, за которой скрывается зеленый эдем, берусь за ручку двери и стараюсь, чтобы «музыка ветра» зазвучала как можно громче. Не хочу заставать врасплох ни маму, ни дочку и уж тем более не желаю, чтобы мое появление стало для Лины неожиданностью.

— Добрый день! — буквально с порога возвещаю о своем прибытии дополнительно, вижу Ларису за стойкой и иду прямиком к ней. — Мне так неловко, что заставил вас ждать дольше положенного…

— Добрый день, Алексей. Нет, нет, что вы! Все нормально, — она вежливо улыбается. — Все мы люди, у каждого есть свои дела. Вы не обязаны срываться к нам по первому звонку.

Я оглядываюсь по сторонам в поисках Лины, но не вижу ее.

— Я подумал, что могу доставить вам маленькое удовольствие, — протягиваю бумажный сверток и два стаканчика с кофе. — Здесь круассаны с абрикосовым джемом, для вас и для Лины.

— Ненавижу круассаны! — слышу знакомый голос и расплываюсь в улыбке. С маленькой пластиковой лейкой в руках Лина выходит из подсобного помещения.

Смотрю на нее и понимаю, что сегодня Лина выглядит просто потрясающе! Она распустила волосы, и ее мелкие кудри колечками лежат на оголенных плечах, полосатый топ с объемными воланами едва касается линии пояса ее джинсов, а на ногах все те же белые кеды.

— Привет! — не отрываю взгляда я.

— Угу, — отзывается она. И делает вид, что не испытывает никакого интереса по отношению ко мне: демонстративно отворачивается к стеллажам и начинает поливать растение за растением.

Маленькая вруша! Я успел уловить в ее глазах огонечек радости.

— Ну что, можем ехать? — давлю в себе ухмылку и обращаюсь к хозяйке магазина: — База находится в Северном районе?

— Вот точный адрес, — Лариса протягивает мне бумагу, распечатку заказа с подписанным шариковой ручкой адресом и графиком работы в верхнем правом углу. — Вам нужно будет просто забрать заказ.

— И оплатить его, конечно же, — уточняет Лина с сарказмом.

Черт! Как же мне нравятся ее подколки.

Я мотаю головой, не в силах больше сдерживаться, и, смеясь, переглядываюсь с Ларисой.

— Лина! Ты можешь быть хоть чуточку вежливее? — одергивает ее мама.

Лина ставит лейку на подоконник и, не отреагировав на замечание, решительным шагом устремляется к выходу.

Я выскакиваю следом за ней.

— Ты слышала, что сказала твоя мама?

— Намекаешь на то, что я невежа? — в своей коронной манере фыркает она.

— Намекаю на то, что у тебя классная мама.

Лина останавливается:

— Ты снова подлизываешься к моей маме? — складывает руки у груди.

— Так, на минуточку… — я оказываюсь с колючкой лицом к лицу. — Сейчас я даже не вижу твою маму.

Но я вижу серо-голубые глаза этой милой девчонки, которая возомнила себя кактусом. Они выдают хрупкость своей хозяйки, выдают саму хозяйку с потрохами. Лина рада снова оказаться рядом со мной.

— Плевать! Ты постоянно это делаешь, — не сдается она.

— По-твоему, я должен хамить всем напропалую?

— По-моему, лучше выражать свои искренние чувства, чем лицемерить.

Я смеюсь:

— Хочешь сказать, что ты всегда искренна в своем отношении к другим?

— Да! — слишком быстро и слишком резко отвечает она, срывается с места и стрелой мчит к моей машине.

Я прячу лицо в ладони и ухмыляюсь, а потом несколько секунд смотрю Лине вслед. Может, она действительно откровенна? Она совершенно не думает производить на кого бы то ни было впечатление: идет, широко размахивая руками, перепрыгивает через лужу, внезапно подворачивает ногу, ойкает и по-свойски приваливается к капоту Черной Убийцы. Кажется, именно так Лина нарекла мой "Рейндж-Ровер"?

Я подхожу к ней:

— Ладно, не злись. Клеймо эгоцентричного супчика меня вполне устраивает. Ты как? Как твоя нога?

Лина продолжает дергать ею, будто ей не больно, будто она всего лишь желает стряхнуть налипшую грязь, но я замечаю, как ее вздернутый носик тайно морщится.

— Все в порядке, — недовольно отвечает она, но уровень ее взрывоопасности заметно снижается.

Не могу отделаться от улыбки, хотя понимаю, что улыбаться сейчас совершенно ни к месту, как и в прошлый раз, когда я размазал по асфальту растения. Ни одна девушка никогда раньше не вызывала во мне такую реакцию, реакцию беспричинного восхищения. Нет, я мог заглядываться на прелести их фигуры, быть под гипнозом чувственного взгляда, ощущать пробежавшую между нами искру, жадно хотеть их, в конце концов! Но чтобы вот так, впадать в блаженное отупение — никогда.

Запоздало спохватившись, я предлагаю Лине локоть, чтобы она оперлась на него.

Лина смотрит на мой жест с недоверием:

— Я же сказала: все в порядке! — Слегка прихрамывая, она садится на пассажирское сидение впереди, мягко хлопает дверцей и высовывается в окно. — Вот дьявол! Ты всегда такой…

Я уже собираюсь обойти машину и занять свое место, как вдруг останавливаюсь.

— Какой? — перебиваю Лину и с интересом смотрю на нее.

Она забавно ухмыляется, кладет подбородок на сложенные вдоль опущенного стекла руки и прищуривает один глаз:

— Весь такой «ми-ми-ми».

Мне нравятся ее небанальные сравнения, все эти причудливые словечки и обороты. Я смеюсь:

— Приятно осознавать, что в твоих глазах я «ми-ми-ми».

— Зря радуешься. Это отнюдь не круто.

— Разве?

— «Разве», — дразнится она. А когда я сажусь в машину, наконец-то искренне мне улыбается: — Быть «ми-ми-ми» — это слишком.

— Да-а-а? — еще больше «удивляюсь» я. — Так же слишком, как быть занудой и самовлюбленным эгоистом?

— Даже хуже!

— Даже хуже? Хуже того сумасшедшего с рыжими усишками?

— Эй, это мое выражение! — смеется она. Смеется так легко и свободно, будто не злилась на меня никогда. — Ты запоминаешь каждое мое слово?

Я киваю и пристегиваюсь, давая понять, что и ей следовало бы сделать то же самое.

— Ты секретный агент? Шпион?

— Нет.

— Тогда расскажи мне о себе, — Лина произносит это с нарочито безразличной интонацией, вытягивает ремень безопасности и копошится с ним слишком долго.