Чтение онлайн

Лена слегка смутилась от такого напоминания, словно только что муж ее поймал на чем-то распутном. Но быстро справилась и смягчилась, поняв свою излишнюю придирчивость к его сновидениям. Да мало ли чего без спроса и безо всякого разрешения может явиться в ночи!

— Ладно, пролетели. Давай, звони Вадиму и пересказывай ему свой сон. Может еще успеет предотвратить гибель твоего сердечного страдания. Так уж и быть, спасем ее, пусть дальше живет и снится.

— Лена, вот только ради бога, не превращай мои сны в повод для сцен ревности. Иначе у меня пропадет всякая охота делиться своими сновидениями. Если бы мы сами умели управлять ночными снами, то тогда и сонники твои оказались бы излишними. Все свои сны смотрели бы строго по заказу.

Лена давно сдалась и поняла, что придирки глупы и наивны, но, чтобы последнее слово осталось за ней, она еще с минуту размышляла и спорила с мужем по поводу тех порочных картинок, что прокручиваются в его сне.

— Лена, но ведь еще сильно рано, он, скорее всего и не проснулся, а мы тут со своими глупостями.

— Антоша, большая глупость, так это ты сам со своей нерешительностью. Там жизнь людей под угрозой, а он тут сопли размазывает. Даже если понадобится, так и посреди ночи разбуди.

Антон тяжело вздохнул и набрал на мобильном телефоне номер Вадима. Тот не заставил себя ждать и мгновенно ответил, словно только и ждал этого звонка. Даже Антон был слегка удивлен.

— Алло, Антон, ты чего это в такую рань трезвонишь. Я еще и сполоснуться не успел. Поди, бессонница замучила? — беззлобно верещал Вадим, напрочь забывший о том кошмарном сне, что сплотил их в единую команду по предотвращению катастроф и прочих стихийных бедствий.

— Вадим? — слегка опешивший от такого веселого и беззаботного ответа, спросил Антон, ожидавший услышать в трубке заинтересованность, а не предположения о бессоннице и звонке от скуки. — Какая еще там бессонница! Ты не поверишь, но мне вновь приснился кошмар с человеческими жертвами. Охота мне в такую рань веселиться телефонным общением с тобой.

— Да ты что? — голос Вадима моментально изменился, наполнившись металлическим нотками. Он сразу превратился весь во внимание и пружину, готовую по команде к действиям. — Неужели все же приснилось! Виноват, ребята, как-то вылетело из головы, выдуло из-за ежедневной суеты и хлопот. Даже про уговор начисто позабыл. Так, давай, делись поскорей, где и что в этот раз уготовлено судьбой.

— Саратов, аэропорт, московский рейс. Вылет в 13.40. сразу же после взлета рухнул где-то в пяти километрах от взлетной полосы. Ну, а там прочие атрибуты падения, как взрыв, огонь и куча трупов. Сам догадываешься, что происходит от такого падения. О благополучном исходе и говорить не приходится.

— Ребятишки, информацию принял и сейчас же приступаю к адекватным процедурам. Уж в этот раз момент не упусти. Даже взлететь не позволим этому приговоренному рейсу. Извините, заезжать к вам не буду. И так все понятно. Вы уж дома сидите, и ждите от меня сообщений. Сразу же позвоню и доложу вам о принятых мерах, — в голосе Вадима слышались бодрые и решительные к моментальным действиям нотки, словно именно от их скорости зависит благополучие этого московского рейса.

— Ну, а дальше что? — спросила удивленно и растерянно Лена. Вроде и успокоилась, но поражала простота и непонятность. — Мы что, уже свою миссию завершили? Может, еще, кому позвонить, а?

— Как это, что дальше! — Антон весело смотрел на жену. — По-моему, и без комментарий здесь все предельно ясно. Сейчас Вадим позвонит по инстанциям, уговорит ответственных лиц за этот вылет проверить намного тщательней материальную часть, а мы услышим по первому каналу о предотвращении катастрофы благодаря неким весьма бдительным товарищам. Фанфар можно и не дожидаться, но большое человеческое спасибо услыхать желательно бы. Как ни как, а сон во благо.

— А еще получим информацию, что твоя пассия благополучно вылетела и приземлилась в одном из московских аэропорту. Только интересно, в какой это институт она сейчас там будет поступать!

— Аленка! — возмущенно и сердито воскликнул Антон. — Какой еще институт, если ей уже за 65. Она была старше меня, если ты помнишь. Ты хоть мысленно представь эту старушенцию, обремененную внуками и правнуками, что вполне допустимо, прежде чем устраивать мне сцены ревности. А уж рядом с тобой, так сто пудово чисто бабка беззубая. Чтобы я даже не слышал этих твоих инсинуаций.

— Ладно, успокойся, никто тебя к старушкам не собирается ревновать. Просто ведь любопытно узнать, зачем этот пророк перед информацией всовывает тебе под самый нос этих баб с продолжением. А вдруг и в самом деле он хочет спасти именно их? — хихикнула Елена, довольная выданной характеристикой предполагаемой гипотетической соперницы. — И все равно, нам будет весьма сладко услыхать, что один твой звонок спас такую прорву народа. У меня как-то меркантильно проскальзывает мыслишка о премиальном вознаграждении. Хорошие дела должны поощряться.

— Лена, только не сейчас об этом. Вот услышим долгожданную весть о спасении, так тогда и обсудим финансовые вопросы.

— Сомневаюсь, однако, — как-то неожиданно огорченно и с сомнениями слегка отрешенно проговорила Лена.

— Не надо сомнений. Сама утверждаешь, что добрые дела требуют поощрений, — категорично потряс головой Антон. — Все вполне прилично и благоразумно. И никто не смеет обвинить в меркантильности.

— Да я совсем не о том, — тихо ответила Лена, на минутку задумываясь о своих сомнениях. — Ты вот только представь себя на месте саратовских МЧС. Я думаю, что он ведь через них попытается проинформировать аэропорт? Не поверят они ему, даже и не попытаются поверить, если он правду скажет. Вот чего я опасаюсь. Не хватит у них смелости вот так по звонку о каком-то маразматическом сне старого деда из далекого Вилежина сорвать вылет. Могут поискать, проверить, но в пределах расписания. А его, как я понимаю, вообще необходимо отменять.

— И вовсе я не старый, а тем более, не маразматик, — попытался обидеться Антон, зациклившись именно на такой характеристике. Но слова жены посеяли слабые сомнения в его мыслях. Интересно даже, а как бы он сам поступил, если бы услышал от неизвестного абонента такую информацию-предупреждение маразматического характера. Тем более, что о самой причине катастрофы Антон во сне не услыхал. С чего бы это у лайнера мгновенно, как показалось во сне Антону, отказали сразу все четыре двигателя? Что там такого должно было с ними произойти?

Вот и получается, что без веского аргумента никто и не подумает отменять этот, приговоренный к катастрофе, вылет. Тяжело и практически невозможно поверить в мифическую беду без веских основательных доказательств. Только если у Вадима хватит ума не приплетать в качестве довода сон Антона. Но тогда вообще непонятно, чем оправдывать свои предположения за тысячу километров!

— Тогда катастрофа произойдет, — констатировал Антон потерянным голосом, словно в ней его главная вина. — Даже с эти скорым поездом было намного проще, поскольку сами доказательства лежали на рельсах, подтверждающие информацию моего сновидения. А вот про лайнер я там ничего не услыхал. Даже мелкого намека на причину и того фактора, что бросил самолет на землю.

— Успокойся, Антоша, — обняла мужа Лена и потрясла за плечи. — Сам сколько раз мне утверждал о золотом правиле в авиации — сто раз перепроверить любые предположения и предупреждения. Они же не убийцы и не самоубийцы. Должны же там хотя бы проверить материальную часть и убедиться в исправности. Для собственного успокоения и безопасности вылета. Вон, по телевизору часто показывают, как из-за какой-то детской шалости такая шумиха поднимается с эвакуациями и обысками. Хотя уж в тех злых шутках явно просматривается пустышка. И дураку понятно, что никаких взрывных устройств там и в помине не должно быть. Но все равно ищут, чтобы самим убедиться и других убедить. А здесь никто и не планирует анонимно пугать. Не только фамилию, но и подробный адрес указываем.