Чтение онлайн

Лорд-попечитель, как всегда элегантный и безупречный, и как никогда чуждый и далёкий, приближался. Медленно и уверенно, не отводя взгляда, от чего у меня вдруг подогнулись колени.

«Что он с нами делает?!» – завопила Эйва, и я поймала себя на желании вручить бывшему мужу драгоценный Маттаэ. Резко дёрнулась, отшатнувшись, ударилась спиной о створку гардероба и совсем по-сфинксьи зашипела.

– Не сопротивляйся, Эйва. Бесполезно, – Кафриэр шагнул ко мне, я видела только глаза, пыталась отвести взгляд и не могла. Рванула мимо него к двери, но резким выпадом он умудрился перехватить мою руку, разворачивая.

«Он как-то влияет на мой Маттаэ!» – я совершенно отчётливо ощущала это воздействие, только не могла сообразить, каким образом это происходит. Моя сила вроде бы при мне, ничего в его руках нет...

Но по телу струился непривычный огонь, желание, неожиданное, словно навязанное возбуждение – не то как остаточная память о нашей семейной привязанности, закреплённой артефактом Верум, не то из-за проклятого воздействия...

«Он привязывал нас к себе, всё это время привязывал!» – Эйва усиленно пыталась бороться, но наше с ней тело, одно на двоих, безоговорочно подчинялось лорду Важану. Мы хотели его, были готовы раскрыться для него и исполнять любые его пожелания!

«А Скаллид?!» – я сильнее стиснула световой жезл, и откуда-то издалека послышался глубокий, отчаянный, надсадный крик.

– Ты всё равно моя, – ледяной, прожигающий чернотой взгляд мужа – того, кто столько времени скрывался в теле грифона, – пронзил меня насквозь, приковал к полу, парализовал.

Он выбросил вперёд вторую руку, и я машинально, на каком-то незнакомом инстинкте отвернулась, прикрывая собой Маттаэ. Рука лорда прошла в воздухе, чиркнула по спине и холодно сжалась на моей шее.

Несколько пронзающих болью мгновений – на мне замкнулся жалящий контур, магический ошейник, и я рухнула на колени, сжимая светлую силу Скаллида.

– Ты всё равно отдашь его... – прошипел Кафриэр, разворачивая меня. Как он мог казаться красивым и сексуальным? Сейчас кроме неприязни и отвращения ничего не было. И ещё дикой ненависти: сколько времени использовал меня, одурманивал, заставлял поверить, что мы пара, что люблю его!

Я обхватила горящий Маттаэ, всеми силами вжимая в себя, пытаясь скрыть и защитить. Движение, Кафриэр потянул невидимую нить, и я свалилась на пол, больно ударившись локтями и коленями, но сокровище не выпустила.

Миг, яркая вспышка, и Маттаэ внезапно исчез – но я всё ещё ощущала его рядом, судорожно оглядываясь в поисках, не понимая, что произошло.

Кафриэр дёрнул меня за волосы, разворачивая к себе лицо, склонился сверху, опаляя дыханием – некогда таким соблазнительным, а сейчас казавшимся почти зловонным. Долго молча вглядывался в глаза, заставляя извиваться от боли и неестественного возбуждения, будто не было на свете ничего приятнее и желаннее, чем свернуться у его ног и смотреть снизу вверх.

Эйва спряталась, затихла, не находя в себе сил на борьбу. А перед моими глазами мелькали картины – схватка, мы со Скаллидом плечом к плечу, крылом к крылу, и сильный враг. Его черты смазывались, я всё не могла вспомнить, как он выглядит, только знала, что с более мощным противником до сих пор сражаться не доводилось.

«Софери!» – откуда-то из бесконечных далей, а может даже из самого Нижнего мира, взывал почти неслышимый голос Скаллида. Я чувствовала, что он борется, пытается вырваться, но ему не хватало его Маттаэ, белой силы, отобранной несколько лет назад Кафриэром.

Тем, кто сейчас склонился надо мной, пугая до дрожи, потому что я не знала его возможностей и целей, ощущала только, как он подавляет нашу с Эйвой волю, снова и снова подчиняя.

– Измена заслуживает самого сурового наказания, – изрёк, наконец, проклятый муж, взмахнув рукой.

Ошейник сжался, и я машинально ухватилась за него, пытаясь вдохнуть. Взмах второй руки, и одежда на мне вспыхнула, разлетаясь клочьями.

Обнажённая и босая, я попыталась отползти, призывая свою ангельскую силу, пытаясь сообразить, что с ней стряслось, куда она пропала и почему не слушается меня – каким образом лорду-попечителю удалось провернуть такую авантюру?

Он рванул за магическую нить, побуждая подняться, подтолкнул к выходу из спальни.

– Тебе мало было одного мужа, – начал.

– Тебе тоже мало было одной жены, – буркнула я, в ответ на что получила магическую оплеуху, выбившую дыхание из груди:

– Тебя не устраивало быть моей любимой женой, – выцедил он, снова дёрнув за нить, от чего я зашаталась и опять схватилась за ошейник. – Значит, станешь общей.

Протащив по коридору и лестнице, он выволок меня вниз и, чуть задержавшись у двустворчатой двери, втолкнул в один из залов, где частенько собирался со своими дружками и сослуживцами. Я замерла, каждой клеточкой тела ощущая свою наготу и жадные взгляды знакомых и незнакомых мужчин, деловых партнёров и подчинённых Кафриэра. Тут был и наг, и бородач, и даже тот охранник, что пытался задержать нас в департаменте. Всех созвал.

Эйва совсем сжалась, спряталась в глубине, показалось, даже тело её каким-то образом полностью исчезло, растворилось в моём. Кафриэр обернулся, и на миг я встретила его взгляд. Пылающий, жадный, вожделеющий – взгляд, который был мне слишком хорошо знаком и всегда служил порукой его любви!

И тут же лавиной обрушилось воспоминание.

Затяжной бой с бесчисленной армадой, прорвавшейся из Нижнего мира под предводительством грозного Абада. Тёмный Нижний мир, куда идёт отток злобных, грязных эмоций и последствий запретных ритуалов, появился когда-то для баланса, в противовес Верхнему. Там обосновались горгулы, питавшиеся именно такой энергией. Но с течением времени он набирал всё больше и больше мощи: к сожалению, нечистые эмоции и людская склонность к предательствам, недозволенным техникам и грязному колдовству росли. Горгулам стало мало и тесно, они предприняли множество попыток поработить людской мир – и явно, и тайно, но ангелы и магические хранители успевали помочь.

Сила наших слитых, единённых пар безгранична. Поэтому обитатели Нижнего мира всегда искали способ разделить нас. И, похоже, нашли.

Рингар и Рания сражаются не щадя себя – они едины, но сила Абада несокрушима, она буквально выдирает, вырывает Ранию из соединённого тела архангела, заливая кровавыми потоками. Я бросаюсь к ним на помощь, и в тот же миг горгул оказывается перед Скаллидом.

И я чувствую на себе чёрный взгляд – ненавидящий и вожделеющий одновременно...

Рывок магического ошейника едва не заставил рухнуть на колени, возвращая меня к реальности. Полтора десятка мужиков, большинство из которых давно следовали за Кафриэром по пятам, заглядывая в рот и с радостью принимая подачки в виде надоевших любовниц или проштрафившихся служанок, сейчас глазели на меня с явным предвкушением.

Едва устояв на ногах, я снова глянула на Кафриэра. Неужели он никогда не любил меня? Поверить в это было на диво сложно, сердце всё цеплялось за какую-то призрачную надежду – что он меня просто хочет проучить, что ничего не знал о Скаллиде, найдя без памяти под завалом, что...