Чтение онлайн

Поскольку до наших дней дошло довольно незначительное количество судебных отчетов, касающихся нарушений “рабочего законодательства” и участия в восстании 1381 г ., разногласия среди историков по поводу того, что же, собственно, произошло, весьма и весьма существенны. И хотя сам факт резкого народного протеста не вызывает сомнений, его формы и конкретные причины до сих пор окутаны туманом неясности. Спонтанный характер восстания, одновременность его проявления в отдаленных друг от друга областях, высокий уровень организации, наличие разработанных заранее политических целей, встретивших поддержку и одобрение как к северу, так и к югу от Темзы, а также ряд других характерных черт натолкнули некоторых исследователей на мысль о существовании серьезной подпольной организации, которая подготовила и претворила восстание в жизнь. Называлась она, очевидно, “Великое общество” или как-либо еще в этом духе, а ее решения и связь осуществлялись скорее всего через разносчиков, торговцев, бродячих музыкантов и актеров, странствующих монахов, каменщиков, строителей и ремесленников — словом, людей, имевших возможность беспрепятственно передвигаться с места на место.

И хотя из-за отсутствия достоверных данных многие историки считают эту мысль “романтическим домыслом более позднего периода”, вероятность существования такой организации в значительной мере подтверждается всем ходом .развития событий тех времен.

В 1377 г . скончался престарелый король Эдуард III. Моральную атмосферу, царившую при его дворе, прекрасно характеризует тот факт, что не успел он испустить последний вздох, как его любовница Алиса Перрерс, на которую он истратил целое состояние, поторопилась сорвать с его холодеющих пальцев все драгоценные перстни и кольца. Английская армия во Франции терпела поражение за поражением, и теперь уже французы все чаще и чаще совершали успешные набеги на английское побережье. Расходы на войну, впоследствии названную Столетней*, продолжали расти, непомерным бременем ложась на плечи трудового народа. Враждующие группировки при дворе ожесточенно боролись за власть. В сельских районах нарастало народное возмущение, а в городах обострялся социальный конфликт. Казна катастрофически пустела, других же средств получения денег не предвиделось. Вот в такой обстановке на трон в 11-летнем возрасте взошел Ричард II, новый король Англии, находившийся под сильнейшим влиянием своего дяди герцога Ланкастерского Джона Гентского — человека, которого больше, чем кого-либо, ненавидела вся страна.

* Столетняя война велась с перерывами между Англией и Францией с 1337 по 1453 г . После капитуляции английских войск в Бордо (9 октября 1453г.) стало очевидно, что Англии не удержать своих владений во Франции. Война завершилась поражением Англии, сохранившей за собой на континенте лишь г. Кале (до 1558 г .). Хотя формально война началась и велась из-за династических споров, в основе ее лежали торгово-экономические противоречия, наиболее остро проявившиеся во Фландрии, которой стремились овладеть, либо подчинить себе экономически, обе державы. Прим.ред.

Вся практическая деятельность по управлению страной перешла в руки Королевского совета. Испытывая отчаянную нужду в деньгах — дело дошло даже до того, что пришлось заложить драгоценные камни из короны, — юный король (а фактически Джон Гентский) провел через свой новый парламент оригинальную для того времени идею введения подушного налога в один грот* на каждого жителя страны, достигшего 14-летнего возраста, вне зависимости от пола, сословия и материального статуса. Однако, поскольку поступления от этого нововведения моментально “съедались” постоянно растущими военными расходами или “оседали” в карманах коррумпированного чиновничьего аппарата, вскоре в 1380 г ., по предложению архиепископа Кентерберийского Саймона Сэдбери был введен новый налог в три грота* на каждого жителя в возрасте 15 лет и старше. Максимальным налогом в 20 шиллингов облагались семьи, насчитывавшие более 20 домочадцев, среди них, как правило, имелись старые и нетрудоспособные, за которых, однако, тоже приходилось платить. Таким образом, новый налог бил прежде всего по трудовым сословиям, и ответом на него стало растущее сопротивление низших слоев общества, объединявшее народные массы, несмотря на все разделявшие их противоречия.

* Грот — серебряная монета достоинством в четыре старых пенса. — Прим. перев.

Собирали налог на местах так называемые “сборщики”, имевшие специальные полномочия от властей графств. Для каждой деревни или селения составлялся свой список, в соответствии с которым все семьи облагались определенной суммой налога. На практике каждый приезд сборщика в ту или иную деревню, селение, манор и т.д. обычно знаменовался массовыми побегами вилланов (иногда целыми семьями) в глухие леса или болотистые, труднодоступные места. В результате сборщикам давалась явно заниженная численность жителей и в списки вносилась заведомо ложная сумма налогового сбора. Так, вместо 100 тыс. фунтов, ожидаемых архиепископом Саймоном Сэдбери, который к тому времени уже стал и канцлером Англии, в казну поступило не более 22 тыс. фунтов.

Ввиду столь разительного несоответствия правительство решило добрать недостающее и снова направило сборщиков по деревням и городам, но на этот раз в сопровождении вооруженной охраны во главе с мировыми судьями. В их обязанности входило установить точную численность жителей, привести глав семей к клятве на Библии и под страхом тюремного заключения и иных наказаний заставить заплатить все налоги сполна.

Судя по имеющимся устным свидетельствам, автором этого плана был некий Джон Легге, парламентский пристав короля. Так это или не так, но впоследствии план этот стоил ему жизни.

Три грота равнялись одному старому шиллингу, что было для трудового люда значительной суммой, составлявшей почти недельную зарплату мастерового.

3. Восстание

30 мая 1381 г . сборщик налогов Томас Бамптон в сопровождении нескольких чиновников и небольшого отряда солдат прибыл в г. Брентвуд графства Эссекс и потребовал, чтобы туда явились для уплаты недоимок представители деревень Фоббинг, Коррингхэм и Станфорд-ле-Хоуп. В Брентвуд по этому требованию явилось около 100 человек, которые наотрез отказались платить или даже обсуждать этот вопрос и камнями прогнали Бамптона из города.

Вот как описан этот эпизод в письменном документе того времени — “Анонимной хронике”*:

* “Анонимная хроника” была составлена современником восстания Уота Тайлера — одним из монахов аббатства св. Марии в графстве Йорк (имя его неизвестно). Враждебное отношение автора “Хроники” к восстанию и его участникам очевидно из текста. Вместе с тем “Хроника” является важнейшим источником, рассказывающим — пусть и пристрастно — об этом крупнейшем движении социального протеста в средневековой Англии.

“Добирать налог был послан верховный судья суда королевской скамьи сэр Роберт Белкнап… По этой причине народ восстал против него… он со злобой угрожал им расправой… В ответ на это общинники заставили его поклясться на Библии, что он никогда более не будет ни сам заниматься этим делом, ни в качестве верховного судьи поощрять к этому других… Посему сэр Роберт поторопился отправиться восвояси…”

По-видимому, этот случай послужил как бы сигналом к действию. В графствах Эссекс и Кент вилланы в массовом порядке оставляли деревни, вооружались чем попало и собирались в боевые отряды. Да и не только вилланы; к ним присоединялось немало мелкопоместных дворян, ремесленников, неимущих рыцарей и даже священников. Казалось, все нижайшие слои общества единодушно встали на защиту своих прав.

Предводитель восставших в графстве Эссекс, некто Абель Кер из Эрита, сразу же разослал депеши в графства Кент, Суффолк и Норфолк с просьбой о помощи и поддержке. Первое, что сделали повстанцы, — свели счеты с землевладельцами. Они нападали на монастыри, аббатства и дома наиболее жестоких лордов маноров, изымали долговые книги и обязательства и тут же их сжигали. Причем делалось это не только из-за мести, а также с расчетом на то, что долговые записи велись не по единой системе, а отдельно для каждого манора и восстановить их будет далеко не просто. Восставшие искренне надеялись, что вместе с этими свитками исчезнет и гнет крепостничества. Полному разрушению подверглись и некоторые господские дома. Вилланы беспощадно расправлялись с чиновниками, судьями и судебными исполнителями, являвшимися в их глазах главными врагами простого люда, поскольку именно они претворяли в жизнь ненавистные законы, следили за сбором налогов и повинностей; в случае поимки им на месте отрубали голову. Правда, в руки восставших попало относительно мало врагов, так как большинство из них, как правило, были заранее предупреждены и имели достаточно времени, чтобы скрыться.

Абель Кер с отрядом в 100 человек переправился через Темзу у города Дартфорд и вступил в контакт с предводителем другого отряда повстанцев Робертом Кейвом. Результатом состоявшегося между ними обсуждения стало первое заявление о политических целях и стратегии восстания, в частности в нем выражалась верность королю Ричарду и предъявлялось обвинение Джону Гентскому в стремлении узурпировать корону. Кроме того, всех жителей прибрежных районов в пределах четырех миль от моря просили не присоединяться к восставшим, а оставаться на местах для охраны побережья от набегов французских рейдеров*.