Чтение онлайн

Мальчики разглядывали Амалию и восхищенно переглядывались. Она выглядела как настоящая королева, как фея из сказки. Но Амалия не могла не почувствовать, что ее присутствие порядком стесняет их.

– Запускаете змея? – спросила она, чтобы закончить разговор и уйти.

– Да, – вздохнул Билли, – только он не летает.

– Ничего удивительного, – возразил другой паренек, совсем маленького роста, но говоривший удивительно глубоким басом. – Он же железный, голова!

– Кто железный? – удивилась Амалия.

– Змей.

– Зачем же делать змея из железа?

– А я его не делал, – беззаботно отозвался Билли. – Я его на дубе нашел.

– На каком дубе? – насторожилась Амалия.

– Ну, на том, в который молния попала. Герцог позвал моего отца срубить дерево, потому что оно раскололось надвое и обгорело. Ну, мой отец и срубил дуб, а в ветвях запутался вот этот змей. В него молния шарахнула, и железки торчали во все стороны, но мой отец его починил. Только он не летает.

– Дай-ка поглядеть… – быстро сказала Амалия.

Змей из железа. Змей, который не летает, но… притягивает электричество во время грозы. Черт побери! Как же она раньше не догадалась!

– Билли, – вырвалось у Амалии, – ты молодец!

– Франсуа! Завтра я уезжаю в Лондон.

Повар-мошенник, колдовавший над кастрюлей, в которой что-то пыхтело и булькало, вздрогнул и едва не уронил в нее половник.

– И очень хорошо, мадам! Нашли что-нибудь?

– Думаю, да.

– Я еду с вами? – Франсуа начал снимать фартук.

– Нет, Франсуа, ты должен остаться и приглядеть за Арчи.

– Должен заметить вам, мадам…

– Ну?

– Его светлость вряд ли будет в восторге от этого! Может, мне все-таки стоит сопровождать вас?

– Нет, Франсуа, я справлюсь сама, а твое присутствие здесь жизненно необходимо. Видишь ли, я не уверена, что покушения на Арчи закончились. На всякий случай я оставляю тебе мой ларчик с подробной инструкцией, как им пользоваться. Ну и, конечно, постарайся не оставлять герцога одного.

Франсуа тихо вздохнул.

– Должен заметить вам, что вы слишком о нем печетесь, – объявил он скорбным тоном. – Так недолго и избаловать человека.

– В самом деле? – удивилась Амалия. – Наверное, ты прав. Он такой смешной и наивный! Мне будет не по себе, если с ним что-то случится.

– Она к нему неравнодушна, – сказал сам себе Франсуа, когда его госпожа выпорхнула из кухни, оставив после себя тончайший аромат ландышевых духов. – Черт побери!

И он с удвоенной энергией стал мешать в чудодейственной кастрюле, откуда немедленно повалил густой пар.

Амалия заглянула к своему супругу. Тот лежал, натянув одеяло по самый нос, а при ее появлении поднял его еще выше.

– Арчи, – сказала Амалия, – мне надо срочно уехать на пару дней.

Герцог Олдкасл приоткрыл глаза, посмотрел на Амалию и снова опустил веки.

– Арчи, вам плохо?

Амалия подошла ближе и положила ему руку на лоб.

– Не щупайте меня, – забрюзжал герцог из-под одеяла. – Я что, курица, в конце концов? – Он высунул одну руку и недовольно почесал нос. – Вообще все, что со мной происходит, начиная с этой женитьбы, отвратительно. Просто отвратительно! И куда вы собрались, хотел бы я знать?

– В Лондон, – ответила Амалия, чье терпение поистине не знало границ.

– В Лондон? – Арчи нервно хмыкнул. – Проведать моего кузена?

– Какого кузена? – озадаченно спросила Амалия.

– Ну принца Уэльского, разумеется. Вы что, думаете, я совсем слепой?

– Дорогой Арчи, – проговорила Амалия, подавив невольную улыбку, – вас я не променяю даже на английского короля.

– Тоже мне, утешение… – просипел Арчи. – И не смотрите на меня так, у меня от этого начинаются колики. – Амалия, не выдержав, разразилась хохотом. – Что я такого смешного сказал? Вот вам, полюбуйтесь! Мужу плохо, а жена смеется. Кошмар!

– Дорогой Арчи, – сказала Амалия, вытирая выступившие от смеха на глазах слезы, – не обращайте на меня внимания. Я скоро вернусь. Ведите себя хорошо, поменьше двигайтесь и во всем слушайтесь Роджерса. Будьте паинькой, и вы об этом не пожалеете. – Она поцеловала его в щеку, подоткнула одеяло, как маленькому, и скользнула к двери.

– Где вы остановитесь в Лондоне? – внезапно спросил герцог.

– В отеле, наверное.

– Еще чего не хватало! Езжайте в мой особняк, только скажите Роджерсу, чтобы он загодя послал телеграмму, тогда там все будет приготовлено к вашему приезду.

– Арчи, вы просто прелесть! Ей-богу, мне даже не хочется с вами расставаться.

– Уходите, оставьте меня в покое! – заверещал тот из-под одеяла и отвернулся к стене.

Оставалось лишь дать указания старому слуге.

– Роджерс, – сказала ему Амалия, – герцог отдыхает. Никаких писем, визитов, гостей, прогулок – ничего, что может его утомить. Я уезжаю дня на три. Если что-то вдруг случится, телеграфируйте мне в особняк. Герцог на диете, еду ему будет делать Франсуа, а сверх того ничего не давать. Пускать к нему можно только доктора Арлингтона, и больше никого. Вам понятно?

– Да, миледи!

– Если вдруг появится кузен Брюс с просьбой о деньгах, выпроводите его. Если прискачет кузина Мэри в одном неглиже и станет кричать, что их усадьба сгорела дотла и вы должны ее впустить переночевать, потому что на дворе метель и сорок градусов мороза, отсылайте ее в ближайшую гостиницу. На этом пункте, Роджерс, я особенно настаиваю.

– Да, миледи, – после некоторого колебания сказал дворецкий.

В воскресенье Амалия приехала в Лондон. У первого же мальчишки-газетчика она купила ворох ундервудовских газет и, не снимая перчаток, пробежала глазами заголовки. В них говорилось о чем угодно, только не о войне, и Амалия вздохнула с облегчением.

На вокзале ее ждал экипаж герцога с его гербами на дверцах, она села в карету и направилась в особняк на Парк Лейн. Пообедав, Амалия поручила мальчику-посыльному отнести свою визитную карточку мистеру Николасу Стенхоупу и передать ему, что его ждут этим вечером.

Николас Стенхоуп некогда служил детективом в Скотленд-Ярде. На свою беду, он был слишком хорошим детективом, и однажды, когда он чересчур ретиво взялся за расследование грязного дела, косвенно задевавшего одного влиятельного министра, который питал предосудительную любовь к юным мальчикам, Стенхоупу не замедлили указать на его место. Однако он предпочел не внять предостережению, и тогда против него пустили в ход обвинение во взяточничестве. Стенхоуп был вынужден уйти в отставку. Хотя он не работал несколько лет, знания, накопленные им за время службы в полиции, остались при нем, и при случае он оказывал в частном порядке услуги по расследованию и сбору информации. Именно поэтому Амалия и обратилась к нему.