Чтение онлайн

— Никогда, — кричал Рагнар, — никогда не думал я, что у вас нет ни стыда ни совести! Но у вас их нет. Что, мама должна кормить вас, взрослых балбесов?

Потом он выгнал их на улицу, вышел сам и запер снаружи дверь.

Ханна никогда не испытывала такого страха, как в ту ночь, которую она провела взаперти, в пустой квартире, пытаясь навести порядок после драки. Рагнар забрал с собой Юханну, сказав матери на прощание:

— Девочка поживет у нас до тех пор, пока вы, мама, не призовете к порядку ваших проклятых мальчишек.

Рагнар вел себя спокойнее, когда пришел к матери утром в воскресенье.

— Что вам принести, мама?

— Для начала выпусти меня отсюда. Я пойду искать мальчиков.

— Идите в полицию. Скорее всего, они в участке. Обычно полицейские хватают всех пьяных, которые слоняются по городу.

— Боже милостивый, — вздохнула Ханна и горестно покачала головой, вспомнив, что уж она-то лучше многих знает, что Бог совсем не милостив.

Она тщательно причесалась, надела лучшее свое платье, новую шляпку и направилась в полицейский участок на Сёдра-Аллегатан. Действительно, там, за решеткой сидели ее сыночки. Их отпустили, но прежде заставили записать на листке бумаги имена.

Кроме того, им присудили штраф.

— Если повторится еще раз, попадете в тюрьму, — предупредил их на прощание дежурный.

После этого Рагнар взял с собой Йона — самого старшего и сильного — на разгрузку и погрузку грузовиков.

— Я не так много зарабатываю, чтобы оплачивать твои штрафы, и если ты начнешь пить на работе, то я тебя просто убью.

Двух других братьев Рагнар отправил в порт.

— Это научит вас знать свое место, — напутствовал он их.

Ханна не отважилась вмешаться, но ночью очень плохо спала, переживая за сыновей. Это беспокойство не покидало ее весь следующий год. Однако сыновья пережили неприятности, стали сильнее и серьезнее. Все устроились на надежную работу, постепенно переженились, а пили теперь только по праздникам.

Жизнь Ханны стала очень одинокой. Дочь большую часть времени проводила с Лизой. Йон жил с ней, но разговаривали они редко и односложно. Правда, у Ханны была отдушина — Гульда Андерссон. Ханна часто говорила: «Если бы не ты, я бы жила как в одиночке».

С Лизой близкие отношения как-то не сложились, они так и остались друг другу чужими. Но Ханна нашла способ отплатить Лизе за оказанную ей помощь. Лиза не была настоящей невесткой, потому что Рагнар по-прежнему отказывался на ней жениться.

Но вот Лиза забеременела. В слезах она пришла к свекрови и пожаловалась на Рагнара. После этого Ханна решила серьезно поговорить с сыном. Они разговаривали долго, никто так и не узнал, что говорила Рагнару мать — наверное, рассказывала о незавидной судьбе незаконнорожденных детей, которую он испытал на собственном опыте.

Как бы то ни было, после этого разговора Рагнар сказал Лизе, что готов жениться.

— Но ты должна понять, — добавил он, — что изменить меня невозможно, уж очень я падок на баб.

Лиза была благодарна.

Ханна сильно переживала по поводу разбитых вермланских стульев, но с помощью Гульды купила и затащила в дом новый диван. Собственно, места в комнате для него не было, но обе женщины посчитали диван очень стильным.

Сыновья, пока жили с ней, приходя домой, сваливали на диван грязную рабочую одежду. Ханна стонала и ругалась, недоумевая, почему Юханна не убирает за братьями. Дочь все больше и больше замыкалась в себе, но мать этого не замечала. Она вообще закрывала глаза на то, что в ее доме было неуютно из-за постоянных ссор и пьянок по выходным и праздникам. К тому же у Ханны стала сильно болеть спина.

Боль начиналась в лопатках и распространялась вниз по позвоночнику. Сначала Ханна думала, что это пройдет само собой, но потом узнала, что спина болит почти у всех женщин, работающих в пекарне. И у всех с годами эта боль становится все сильнее и сильнее.

Придется терпеть, решила она. И никогда не жаловалась на боль мастеру, боясь, что ее уволят.

Лиза родила, и это событие чудесным образом подействовало на Рагнара. Он был так рад мальчику, что проводил с ним все свободное время, и, естественно, его оставалось все меньше и меньше на мать, братьев и сестру.

Годы летели. Началась мировая война, а с ней и перебои с едой. В Хаге произошли голодные бунты, подавленные полицией и войсками. Люди не скрывали своей ненависти к королеве-немке, которую обвиняли в том, что она ворует продовольствие в Швеции и тайком отдает его своему сумасшедшему кайзеру. Ханна стойко переносила боль в спине и благодарила судьбу за то, что работает в пекарне, где часть зарплаты выплачивали хлебом. Она и ее дети не голодали. Потом пришла испанка, и Ханна снова возблагодарила судьбу за то, что страшная болезнь обошла стороной ее семью.

Юханна тем временем окончила школу и могла теперь помогать матери по хозяйству. В доме стало тише, так как сыновья наконец разъехались. Квартира приобрела более опрятный вид. Но ужиться вместе мать и дочь так и не смогли. Юханна выросла дерзкой и упрямой, в ней не было доброты и покладистости сыновей. Она упрекала мать за глупость и необразованность, постоянно поправляла ее речь, ругала за суеверия и убеждала начать думать. Поначалу Ханна пыталась защищаться словами. Но из этого ничего не вышло, потому что у Юханны было больше слов и голова у нее была светлее.

Она всегда была умнее других, с горечью думала Ханна.

Когда Юханна, вступившая в социал-демократическую партию, приняла участие в первомайской демонстрации, Ханна попыталась ее пристыдить.

— Ты совсем сошла с ума! — кричала она на дочь.

— Не вам, мама, об этом судить, — кричала в ответ Юханна, — потому что у вас ума никогда не было!

С годами спина болела все сильнее и сильнее, Ханна сгорбилась, ей стало тяжело ходить. Но она продержалась на работе до пенсии, а потом, впервые в жизни, смогла по-настоящему отдохнуть. У Ханны был свой взгляд на народную пенсию, которую она теперь ежемесячно получала. «Стыд и позор, — говорила она Юханне, — платить такую маленькую пенсию — как будто я не заработала больше». Но сказала она это только один раз, потому что Юханна пришла в такое бешенство, что Ханна не на шутку перепугалась.

Потом Юханна вышла замуж, а Гульда Андерссон умерла.

У Ханны стало так много внуков, что она уже не могла их всех упомнить. Хорошо знала только противную дочку Юханны. Эта девочка с колючим оценивающим взглядом была нездоровая, худущая и уродливая, да и волосы у нее были редкие и жидкие.

В сороковые годы в Кунгсладугорде был построен дом престарелых, и Юханна смогла устроить туда мать. Ханне очень понравилось ее новое жилище — это был настоящий рай с ванной, туалетом, горячей водой и центральным отоплением.