Анна и поцелуи под луной
Шрифт:
– Он уже целовал тебя, верно? – осторожно уточнил Франц.
Анна кивнула.
– Конечно.
– И ты ничего при этом не почувствовала?
– Это было приятно.
Она опустила взгляд.
– Приятно? Приятно, говоришь? Значит, он сделал что-то не так. Ты уверена, что он поцеловал тебя правильно?
Анна колебалась.
– Может быть, я просто бесчувственна?
Ее голос был таким тихим, что Франц едва мог его расслышать.
Франц покачал головой.
– Я не могу в это поверить! Ты всегда такая жизнерадостная, тебя переполняют чувства. Вспомни ту маленькую раненую птичку, которую ты вылечила.
– Это сейчас не имеет значения.
Она отвернулась и с презрением осушила чашку, затем поспешно откусила кусочек от печенья, как бы желая поскорее избавиться от привкуса нелюбимого напитка.
– Нет, Анна, это имеет значение.
Взгляд Франца был прикован к ее губам, которые двигались очень красиво, когда она жевала.
– Но, может быть, это просто было слишком давно, и поэтому ты не можешь вспомнить должным образом. Могу я предложить тебе эксперимент? Дружескую услугу? Я сейчас тебя поцелую, и ты скажешь мне, что ты при этом чувствуешь. Посмотрим, действительно ли ты холодна и бесчувственна.
Он усмехнулся, уверенный, что неуместное предложение рассмешит ее.
Анна уставилась на него с изумлением. Она сглотнула. Ее рука потянулась к губам, потом она снова опустила ее.
Напугал ли он ее? Или даже обидел?
Его попытка высмеять необоснованные страхи и тем самым развлечь ее, вероятно, потерпела неудачу…
– Это была просто шутка, – быстро продолжил Франц. – Глупая идея, просто чтобы тебя успокоить.
Но она кивнула и посмотрела ему в глаза, и от удивления его сердце слегка подпрыгнуло. Неужели она действительно согласилась на его безумное предложение?
– Знаешь … – начал он, но Анна его перебила:
– Если я и бесчувственна, то должна об этом знать. Эта неуверенность убивает меня.
Франц колебался. Должен ли он действительно?.. Но Анна так смотрела на него, что отступить он уже не мог. И должен ли это быть простой поцелуй?
– Ты готова? – наконец спросил Франц, придвигаясь к ней совсем близко.
Она кивнула и закрыла глаза.
Франц улыбнулся и положил ладонь на ее щеку. А затем медленно прильнул к ее губам.
Франц даже не мог представить, что прикосновение к губам Анны пробудит в нем определенные чувства. Он ощутил в брюках внезапное, сильное движение, которое он никак не ожидал ощутить. Черт возьми, как такое могло случиться?
У него просто слишком долго не было женщины!
Рот Анны был нежным, мягким и сладким от выпечки. Губы ее охотно поддавались явно незнакомым ласкам, а затем сначала робко, но вскоре смелее, они начали ему отвечать.
Целовать эту девушку оказалось неожиданным удовольствием!
Франц осторожно прикусил ее нижнюю губу, немного пососал, а затем скользнул по ней языком.
Дыхание Анны участилось.
Если бы губы Франца сейчас не были заняты, он бы обязательно улыбнулся.
Да какая тут бесчувственность!
13
Все мысли вылетели у Анны из головы. Она была во власти чувств, ощущений и наслаждения. Так вот что испытываешь, когда тебя целуют?
Хенри определенно делал что-то не так! Его поцелуи были короткими, мимолетное прикосновение губ, а не эта нежная, но требовательная ласка, которая заставляла все ее тело вибрировать, а ноги дрожать.
Руки Франца скользнули по ее талии, и ничего естественней на свете, чем ответить на объятие и прижаться к Францу, для Анны в этот момент не существовало.
Франц.
Франц ее поцеловал!
Это было то, о чем она мечтала тем далеким летом, втайне представляя, каково это, когда его губы прикасаются к ее губам. Франц со своей заразительной улыбкой в изящной студенческой шляпе с легкостью покорил сердце Анны. Это было безумное увлечение – что тринадцатилетняя девочка вообще могла знать о жизни, любви и браке? – и, конечно, совершенно безнадежное. К концу лета она с болью осознала, что никогда не станет для него чем-то большим, чем маленькой подружкой его сестры, просто дальней родственницей. Никогда еще не было пролито втайне столько слез, как в последующую зиму.
Годы стерли воспоминания о том времени, но в этот момент все чувства мигом вернулись. Учащенное сердцебиение, страстное желание. Она чувствовала руки Франца на спине, чувствовала ткань его пиджака под своими пальцами. И его губы…
Тихий вздох вырвался у нее. Франц ответил ей звуком, который напоминал сдерживаемый смешок.
Она сделала что-то неправильно?
Даже если это и так, казалось, его ничего не беспокоило, потому что он еще крепче прижал Анну к себе. Его губы были твердыми и в то же время мягкими, а язык… Боже мой, его язык снова скользнул между ее приоткрытыми губами, только на этот раз не остановился, а проник между зубами и нежно коснулся кончика ее языка. В груди Анны полыхнуло пламя, и она затаила дыхание.
Медленно Франц оторвался от нее.
Все было кончено. Анна открыла глаза и резко выдохнула.
– Хм, – хмыкнул Франц. – По-моему, никакая ты не бесчувственная. Тебе было приятно?
Озорная усмешка появилась на его губах. Он все еще продолжал держать Анну в своих объятиях.
Анна боролась сама с собой.
– Да, это было очень приятно, – наконец смогла вымолвить она.
– Врунишка!
– Я не вру.
– Но «приятно» не совсем подходящее слово, да? Признайся!
– Не совсем, – призналась Анна.
Франц удовлетворенно усмехнулся и медленно отпустил ее.
– С Хенри все было по-другому? – предположил он.
Анна кивнула, убрала руки с его плеч и отодвинулась немного назад. Лучше было снова установить дистанцию между ними. Возможно, тогда ее сердце перестало бы так часто биться и головокружение прекратилось бы.
Франц лениво откинулся на спинку скамейки, как будто за последние секунды – минуты? – вообще ничего не произошло.
– Это подтверждает теорию о том, что англичане зажатые и не самые лучшие любовники, – заявил он с серьезным видом.
– А кто тогда лучшие любовники? – вырвалось у Анны.
Уголок рта Франца дернулся вверх.
– Французы. По крайней мере, так говорят…
Анна сделала глубокий вдох и резко выдохнула. К счастью, теперь дышать было намного проще, чем пару мгновений назад.
– Конечно, было бы интересно, – сказала она, когда ее душевное равновесие медленно пришло в норму, – проверить это. Но ты не француз.
Франц запнулся, но потом громко рассмеялся.
– Тем не менее «Франц» звучит похоже на «француза»…