Чтение онлайн

§ 332 Но когда они двигались по тропе к Перекрестью, поднялась луна и залила землю серебристым сиянием. Тогда молвила Ниниэль: «Это дорога?» И Брандир отвечал ей, что не знает, куда они идут, кроме того, что им нужно бежать в глушь от Червя. Но сказала Ниниэль: «Черный Меч был моим возлюбленным и моим мужем. Я пойду лишь туда, где можно найти его. Разве ты мог подумать что-то другое?» И она поспешила вперед, обогнав его. Так она шла к Перекрестью Тайглина и увидела Хауд-эн-Эллас в бледном свете луны, и ее охватил ужас. С криком она помчалась прочь, сбросив плащ, и побежала на юг вдоль реки, и ее белые одежды светились от луны.

§ 333 Брандир заметил ее со склона холма и повернул, чтобы пересечь ей дорогу, но он сильно отстал, когда она подбежала к пожарищу Глаурунга недалеко от края [Кабад-эн-Араса>] Кабэд-эн-Араса. Там она увидела лежащего Червя, но не обратила на него внимания, ибо рядом лежал мужчина; Ниниэль кинулась к Турамбару, тщетно зовя его по имени. Тогда, увидев его обожженную руку, она омыла ее слезами и перевязала куском своего платья, а затем поцеловала его и опять закричала, пытаясь его разбудить. От этого крика Глаурунг шевельнулся последний раз перед смертью и заговорил на последнем издыхании, сказав: «Привет, тебе Ниэнор, дочь Хурина. Вот твой брат! Радуйся встрече с ним и узнай его: Турин, сын Хурина, бесчестный с врагами и с друзьями, проклятие своего рода. А худшее несчастье он причинил тебе, как ты вскоре почувствуешь!»

§ 334 Затем Глаурунг издох, и его злые чары спали с Ниниэли, и она вспомнила всю свою жизнь; и осталась сидеть на месте, окаменев от ужаса и муки. Тогда Брандир, который все слышал, стоя, пораженный, на краю пожарища, поспешил к ней; но она вскочила и помчалась, как преследуемая лань, и подбежав к [Кабад-эн-Арасу>] Кабэд-эн-Арасу, прыгнула вниз и исчезла в бурном потоке.

§ 335 Тогда Брандир подошел к Кабад-эн-Арасу и заглянул туда, но отшатнулся в ужасе, и, хотя не желал он более жить, все же не мог он искать смерти в этой ревущей воде. И после ни один человек не заглядывал более в Кабад-эн-Арас, не приходил туда зверь, не прилетала птица, не росли там деревья; и был он назван Кабад Наэрамарт, Прыжок Ужасного Рока.

§ 336 А Брандир направился вновь к Нэн Гирит, дабы рассказать обо всем людям; он встретил в лесу Дорласа и убил его (то была первая кровь, что он пролил и последняя). Он подошел к Нэн Гирит, и люди закричали ему: «Ты видел ее? Смотри! Ниниэль ушла!»

§ 337 И он отвечал: «Да, Ниниэль ушла навсегда. Червь мертв и Турамбар мертв: и это хорошие вести». И народ зароптал при этих словах, говоря, что Брандир сошел с ума. Но он сказал: «Выслушайте меня до конца! Прекрасная Ниниэль тоже мертва. Она бросилась в Тайглин, не желая более жить. Ибо узнала дева, что она была никто иная как Ниэнор, дочь Хурина, до того, как пала на нее тьма и что Турамбар был ее братом, Турином, сыном Хурина».

§ 338 Но когда он умолк, а народ зарыдал, перед ними появился сам Турин. Ибо когда Червь издох, забытье покинуло его, и он крепко заснул от утомления. Но холод ночи и рукоять Гуртанга, впившаяся в бок, помешали его сну, и он пробудился. Тогда он увидел, что кто-то позаботился о его руке, и удивился тому, что его, тем не менее, оставили лежать на холодной земле. Турамбар закричал, но не услышал ответа и отправился за помощью, ибо был утомлен и болен.

§ 339 Но когда люди увидели его, то отпрянули в страхе, думая, что это неупокоенный дух. А он сказал: «Нет, радуйтесь; ибо Червь мертв, а я жив. Но зачем вы презрели мой совет и пришли сюда, в опасное место? И где Ниниэль? Я желаю видеть ее. Надеюсь, вы не привели ее сюда?»

§ 340 Тогда Брандир сказал ему, что Ниниэль была здесь, а теперь она мертва. Но жена Дорласа закричала: «Нет, господин, он сошел с ума. Ибо он пришел сюда, говоря, что ты мертв, и что это – добрая весть. А ты жив».

§ 341 Тогда Турамбар разгневался, решив, что Брандир все говорил и делал из злобы к нему и Ниниэли, завидуя их любви; и он враждебно заговорил с Брандиром, называя его Деревянной Ногой. Тогда Брандир рассказал все, что слышал, и назвал Ниниэль Ниэнор, дочерью Хурина, и выкрикнул в лицо Турамбару последние слова Глаурунга, сказав, что он – проклятие своего рода и всех, кто приютил его.

§ 342 И Турамбар впал в ярость, и обвинил Брандира в том, что он привел Ниниэль к смерти и с радостью распространял ложь Глаурунга (если не выдумал ее сам), и он проклял Брандира и убил его, и бежал от людей в лес. Но вскоре безумие покинуло его, и он пришел к Хауд-эн-Эллас и сел там, размышляя о своих деяниях. И он взывал к Финдуилас, прося у нее совета; ибо он не знал, что будет хуже: пойти в Дориат, разыскивая своих родных, или забыть о них навсегда и искать смерти в бою.

§ 343 И когда он сидел там, к Перекрестью Тайглина подошел Маблунг с отрядом Серых Эльфов; он узнал Турина и приветствовал его, радуясь, что он жив. Ибо он знал о выходе Глаурунга и о том, что дракон отправился в Бретиль, а в то же самое время он услышал, что Черный Меч Нарготронда поселился там. Поэтому Маблунг отправился в Бретиль, желая предупредить Турина и помочь ему в нужде. Но Турин сказал: «Ты опоздал. Червь мертв».

§ 344 Эльфы пришли в изумление и воздали ему великую хвалу, но Турин не обратил на это внимания, и сказал: «Об одном я прошу – расскажите мне о моих родных, ибо в Дорломине я узнал, что они ушли в Сокрытое Королевство».

§ 345 И Маблунга охватил ужас, но он вынужден был рассказать Турину как потерялась Морвен, и как Ниэнор, на которую было наложено заклятие немоты и забвения, убежала от них на север на границе Дориата. Тут, наконец, понял Турин, что судьба взяла над ним верх, и он убил Брандира несправедливо, так что слова Глаурунга исполнились. И он засмеялся как безумный, воскликнув: «Это воистину горькая шутка!» И он велел Маблунгу возвращаться в Дориат и принести его проклятие этому краю. «И будь проклято твое поручение!»- сказал он. «Это все, что было нужно. Ныне приходит ночь!»

§ 346 Тогда он бежал от них, как ветер, и они, изумляясь его безумию, последовали за ним. Но Турин сильно их обогнал и примчался к Кабад-эн-Арасу. Там он услышал рев воды и увидел, что все листья сухими опали с деревьев, как будто пришла зима. Тогда он проклял это место и назвал его Кабад Наэрамарт. Турин вытащил свой меч – единственное, что у него осталось ныне – и молвил: «Привет тебе, Гуртанг! Не знаешь ты иного повелителя, кроме той руки, что держит тебя. Ты не откажешься ни от чьей крови. Возьмешь ли ты кровь Турина Турамбара, убьешь ли меня быстро?»

§ 347 И холодный голос клинка зазвенел ему в ответ: «Да, я с радостью выпью твою кровь, дабы забыть кровь Белега, моего хозяина и кровь Брандира, неправедно убитого. Я убью тебя быстро».

§ 348 Тогда Турин упер рукоять меча в землю и кинулся на острие Гуртанга, и черный клинок забрал его жизнь. Тут подоспели Маблунг и другие Эльфы, и, увидев тушу Глаурунга и тело Турина, опечалились. Когда же туда пришли люди Бретиля, Эльфы узнали от них причины безумия и смерти Турина и были ошеломлены; а Маблунг сказал горько: «Се! Я тоже оказался замешан в проклятие Детей Хурина, и мои вести убили того, кого я любил».