Античная лирика.
Шрифт:
«Есть поначалу во лжи какая-то польза…»
Перевод С. Апта
Есть поначалу во лжи какая-то польза. В итоге Страшным позором она, злом для обеих сторон Быстро становится. Тем, кто живет за спиною обмана, Тем, кто однажды солгал, блага уже не видать.«Трудно разумному долгий вести разговор с дураками…»
Перевод С. Апта
Трудно разумному долгий вести разговор с дураками, Но и все время молчать — сверх человеческих сил.«Те, у кого рассудок слабее души…»
Перевод С. Апта
Те, у кого рассудок слабее души, пребывают В тяжком отчаянье, Кирн, в темном, глухом тупике. Все, что приходит на ум, обдумывай дважды и трижды. Кто необуздан, тому зло угрожает всегда.«Цену одну у людей имеют Надежда и Дерзость…»
Перевод С. Апта
Цену одну у людей имеют Надежда и Дерзость. Эти два божества нравом известны крутым.«Сверх ожиданья подчас дела удаются людские…»
Перевод С. Апта
Сверх ожиданья подчас дела удаются людские, Замыслам нашим зато сбыться подчас не дано.«Кто расположен к тебе и кто настроен враждебно…»
Перевод С. Апта
Кто расположен к тебе и кто настроен враждебно, Это ты можешь узнать только в серьезных делах.«Верных заступников ты и товарищей мало отыщешь…»
Перевод С. Апта
Верных заступников ты и товарищей мало отыщешь, Если отчаянье вдруг душу охватит твою.«С тем, кому плохо пришлось…»
Перевод С. Апта
С тем, кому плохо пришлось, всегда огорчаемся вместе, Только чужая беда быстро проходит, мой Кирн.«Клясться не следует в том…»
Перевод С. Апта
Клясться не следует в том, что что-то вовек не случится. Это богов разозлит, властны они над концом. Делай дело свое. Беда обращается в благо, Благо выходит бедой. Смотришь — последний бедняк Вдруг богатеет, а тот, кто средства имеет большие, Их за одну только ночь сразу теряет порой. Умный подчас ошибется, глупец же поступит разумно, Или почетное вдруг место получит подлец.«Если бы я, Симонид…»
Перевод С. Апта
Если бы я, Симонид, богатство сберег, то, конечно, Так бы не мучился я в обществе добрых людей. Гибнет богатство мое у меня на глазах, и молчу я, Бедностью скован, хотя вовсе не хуже других Знаю, ради чего понеслись мы в открытое море, В черную канули ночь, крылья ветрил опустив. Волны с обеих сторон захлестывают, но отчерпать Воду они не хотят. Право, спастись нелегко! Этого им еще мало. Они отстранили от дела Доброго кормчего, тот править умел кораблем. Силой деньги берут, загублен всякий порядок, Больше теперь ни в чем равного нет дележа, Грузчики стали у власти, негодные выше достойных. Очень боюсь, что корабль ринут в пучину валы. Вот какую загадку я гражданам задал достойным, Может и низкий понять, если достанет ума.«Знания нет у одних…»
Перевод С. Апта
Знания нет у одних, но есть богатство. Другие, Мучась тяжелой нуждой, благо стремятся найти. К делу и эти и те равно неспособны, однако: Деньги мешают одним, разум — помеха другим.«Только одну признает большинство людей добродетель…»
Перевод С. Апта
Только одну признает большинство людей добродетель — Быть богатым. В другом смысла не видят они. Пусть с самим Радамантом [225] ты в мудрости можешь тягаться, Пусть не имеет твоих знаний Сизиф Эолид [226] — Он ухитрился однажды живым из Аида подняться, Он Персефону [227] сумел словом своим обмануть — Ту, что приносит забвенье и разума смертных лишает; Кроме Сизифа, никто так изловчиться не мог. Нет, кто будет окутан печальным облаком смерти, Кто в тенистый покой царства усопших сойдет — Всем предстоит миновать ворота, которые крепко Души умерших запрут, как ни противятся те. Ну, а Сизифу-герою вернуться даже оттуда Снова на солнечный свет ловкость его помогла. Пусть языком ты своим боговидному Нестору [228] равен, Так что и вымысел твой очень на правду похож, Пусть превосходишь ты в беге стремительных гарпий и даже Быстрых Борея детей — ноги проворны у них, — Все одинаково. Люди запомнить должны хорошенько: Только богатство одно силу имеет у всех.225
Радамант— сын Зевса и Европы, мудрый и справедливый судья подземного царства.
226
Сизиф Эолид— Сизиф, сын Эола; славился своей хитростью. Умирая, он велел жене не хоронить его, а попав в подземное царство, попросил бога Аида отпустить его на землю, чтобы наказать жену за то, что та не исполнила священного обряда погребения.
227
Персефона— жена Аида, распоряжалась душами умерших.
228
Нестор— один из гомеровских героев, царь Пилоса; славился своим красноречием.
«Зевс-повелитель, пусть боги пошлют невоздержность бесчестным…»
Перевод С. Апта
Зевс-повелитель, пусть боги пошлют невоздержность бесчестным, Пусть бы устроила так воля бессмертных богов: Кто ужасные вещи творил, не ведая в сердце Страха, богов позабыв, кары ничуть не страшась, — Сам и платится пусть за свои злодеянья, и после Пусть неразумье отца детям не будет во вред. Дети бесчестных отцов, но честные в мыслях и в деле, Те, что боятся всегда гнева, Кронид, твоего, Те, что выше всего справедливость ценили сограждан, Пусть за проступки отцов кары уже не несут. Это да будет угодно блаженным богам. А покамест — Грешник всегда невредим, зло постигает других.«Зевс, живущий в эфире…»
Перевод С. Апта
Зевс, живущий в эфире, пусть держит над городом этим К нашему благу всегда правую руку свою. Пусть охраняют нас и другие блаженные боги. Ты же, о бог Аполлон, ум наш исправь и язык. Пусть форминга [229] и флейта священный напев заиграют, Мы же, во славу богов должный исполнив обряд, Пить вино и вести приятные всем разговоры Будем, ничуть не боясь мидян, идущих войной. Самое лучшее это: с веселой, довольной душою Быть в стороне от забот, в радостях жизнь проводить, Мысли подальше отбросив о том, что несчастная старость, Страшные керы и смерть всех поджидают в конце.229
Форминга— струнный музыкальный инструмент, похожий на арфу.
«Вестник муз и слуга…»
Перевод С. Апта
Вестник муз и слуга, особое знанье имея, Мудрость не должен свою только себе оставлять. Он обязан еще искать, показывать, делать. Что в нем за прок, если он прячет свое мастерство?«Благоволя к Алкафою…»
Перевод В. Вересаева
Благоволя к Алкафою [230] , Пелопову славному сыну, Сам ты, о Феб, укрепил город возвышенный наш. Сам же от нас отрази и надменные полчища мидян, Чтобы с приходом весны граждане наши могли С радостным духом во славу тебе посылать гекатомбы И, твой алтарь окружив, душу свою услаждать Кликами, пеньем пеанов, пирами, кифарным бряцаньем. Страх мою душу берет, как погляжу я кругом На безрассудство, и распри, и войны гражданские греков. Милостив будь, Аполлон, город от бед защити!230
Алкафой— мегарский герой. С помощью Аполлона он восстановил мегарские городские стены, разрушенные критянами.
«Некогда быть самому мне пришлось и в земле Сикелийской…»
Перевод В. Вересаева
Некогда быть самому мне пришлось и в земле Сикелийской [231] , И виноградники я видел эвбейских равнин, В Спарте блестящей я жил, над Эвротом, заросшим осокой; Люди любили меня всюду, где я ни бывал; Радости мне ни малейшей, однако, они не давали: Всюду рвался я душой к милой отчизне моей.231
В земле Сикелийской— в Сицилии.
Поделиться с друзьями: