Чтение онлайн

– Ситуация на планете довольно любопытная, - начал Чарлз.
– Здесь есть ортодоксальный губернатор с Земли, который дипломатически ни во что не вмешивается и делает вид, что не знает о том, что девяносто процентов власти уже находится в руках незаконного националистического движения. Глава этого движения - высокий и симпатичный агитатор и демагог, некто Волленкот.

– А что в нем особенного для такого поста?

– Лицо, фигура и личность, необходимые для этой роли. Он абориген этой планеты, мутант шестого типа, то есть “хамелеон”, с пышной, седой, внушающей уважение шевелюрой и с хорошо поставленным командирским голосом. В любой момент он может принять облик вождя племени, предводителя народа. Говорит словно оракул… но только после того, как выучит наизусть слова. Думать сам он не способен.

– Все это звучит просто и восхитительно, - заметил Рейвен.

– Подожди, не торопись. Я еще не закончил, Волленкот - идеальная кандидатура на роль динамичного лидера патриотического движения. Именно поэтому выбор пал на него.

– Чей выбор?

– Есть один крепкий орешек, некто Торстерн, настоящий шеф, своего рода “серый кардинал” за спиной у Волленкота. Подлинная власть его настолько велика, что даже если Волленкота повесят, организация будет работать, как и раньше.

– Кукловод, не так ли? А у этого типа есть какие-либо особенности?

– И да и нет. Самое интересное, что он не является мутантом. Он не обладает ни одним паранормальным талантом.
– Чарлз сделал паузу, подумал немного и затем продолжил: - Но он очень жесткий, амбициозный, прекрасный психолог, обладает мозгом, которого хватило бы на тысячу обезьян.

– Обычный смертный с высоким уровнем интеллекта.

– Вот именно. И это наиболее значимое качество, так как не всегда опасные способности принадлежат людям с соответствующими мозгами. Обладая высшим интеллектом, даже простой смертный может подчинить себе дурака-телепата. Благодаря огромной скорости мышления он может свести на нет способность телепата прочесть его мысли и предпринять соответствующие действия.

– Понятно. Я уже сталкивался с одним или двумя подобными случаями. Это создает иллюзию у мутанта, что можно недооценивать своего оппонента только потому, что он обычный человек. Кроме того, сами по себе особые способности мало что значат. Необходимо уметь их применять. Именно в этом денебы мастера. Они в совершенстве овладели искусством на все сто процентов использовать данные им способности.
– Почувствовав беспокойство, Рейвен направился к двери.
– Но мы должны исходить из того, что находимся здесь. Наша первоочередная цель - Торстерн.

– Я иду с тобой, - Чарлз с трудом поднялся со своего надувного сиденья и добродушно сказал Мэвие: - Защищай крепость, дорогая. Если кто-нибудь будет спрашивать обо мне, скажи, что я пошел на рыбалку. Но не говори, что я собираюсь ловить!

– Постарайся вернуться. И, желательно, целым и невредимым, - ответила она.

– В этой странной фазе существования жизни во время смерти никто ничего не может гарантировать.
– Чарлз деланно рассмеялся.
– Но даже в такой ситуации я попытаюсь.

Успокоив таким образом свою подругу, Чарлз вышел вслед за Рейвеном.

Она, как и Лайна, сидела и прислушивалась… постоянно прислушивалась к самой незначительной мысли, к малейшему намеку на опасность. Ее единственным утешением была мысль о том, что ее одиночество разделяют другие молчаливые часовые с большими и сияющими глазами, разбросанные по Вселенной.

Вечером на город всегда накатывалась волна липкого тумана, который к полуночи влажным и темным одеялом окутывал проспекты и улицы города. По мере того как солнце садилось за горизонт, туман становился все плотнее.

В дождевых лесах было по-другому, так как туман клубился в основном в долинах и на равнине.

Чарлз и Рейвен прошли мимо магазина, в витрине которого на спектроэкране показывали сцену из балета “Сильфиды”,

В нескольких милях отсюда в густых и диких лесах жили своей жизнью монстрообразные и отвратительные растительные формы, как бы отмечая границу между полуизвестным и абсолютно неизвестным.

Остановившись перед витриной и наблюдая за примадонной, Чарлз сказал:

– Обрати внимание на мягкость и изящество, с которыми она делает эти пируэты. Эта балерина представляет собой прекрасный образец почти неземного типа, который властвует над человечеством уже столетия: “балетный тип”. Она восхищает меня и заставляет думать…

– О чем?
– спросил Рейвен.

– Не принадлежит ли она к паранормальным существам? Возможно, речь идет о слишком хрупком таланте, чтобы иметь название или быть классифицированным.

– Объясни-ка получше, - попросил Рейвен.

– Возможно, подобные ей люди обладают подсознательной формой экстрасенсорного восприятия, которое заставляет их напрягаться в поэтической форме для того, чтобы достичь цели, названия которой они даже не знают и не могут описать. Подобное интуитивное предчувствие дает им страстное желание красоты, которую они могут выразить только таким образом. Это словно бабочка, которая обожает солнце, день и свет.

– Наверное, ты недалек от истины.

– Я уверен в этом, Дэвид.
– Отвернувшись от витрины, он широкими шагами зашагал прочь.
– Как формы жизни человеческие существа накопили значительные знания. Но они поднялись бы на гораздо более высокую ступень развития, если бы могли обобщить и присоединить к реальному знанию все подсознательное и интуитивное.

– Наш друг Карсон, который далеко не дурак, в этом пункте с тобой согласен, - сказал Рейвен.
– Очень трудно заявлять о себе как о анормальных существах, если эта анормальность не проявляется сама по себе.

Кивнув в знак согласия, Чарлз добавил:

– Ходят слухи, что на этой неделе совершенно случайно был открыт абсолютно новый тип. Какой-то парень потерял на пилораме руку, а теперь на этом месте у него растет другая.

– Биомеханический тип, - определил Рейвен.
– Может снабжать себя “запасными частями”. По сравнению с некоторыми другими типами это вполне безобидная разновидность таланта.

– Согласен. Но все дело в том, что до этого случая он и понятия не имел об этой своей особенности. И если бы не этот несчастный случай, то он мог до самой смерти даже не подозревать об этой своей супернормальной способности. Поэтому я начинаю задумываться, сколько же еще людей, которые не знают о своих способностях, как этот.

– Я думаю, много. Достаточно обратить внимание на то, что мы знаем.

– Именно об этом я сейчас и думал, - спокойно ответил Чарлз.
– Их столько, что это вызвало бы настоящее потрясение, если бы они об этом узнали. Но, Дэвид, ты веришь в то, что… что…

– Заканчивай, раз начал говорить, Чарлз.

– Ты уже думал о том, что, возможно, мы не знаем и половины того, что, как нам кажется, мы знаем. Что, возможно, есть и другие, которые наблюдают за нами, как мы за этими, иногда смеясь над нами, иногда жалея нас?