Чтение онлайн

Найдя ответ на причину ее холодности, Павел напрягся еще сильнее, понимая, что не сделал предложение Лизе только потому, что не считал себя готовым к такому ответственному шагу. Да, страсть и безумное влечение к Лизе владело его существом в ту ночь и в предыдущие дни. Но жениться, он не мог. Где то в глубине души он ощущал, что еще не готов приобрести жену, с которой свяжет свою жизнь до гроба. Ему было только двадцать шесть. И он не мог сделать такой ответственный шаг, лишь однажды прикоснувшись к девушке. Да, он обожал и желал Лизу, но в качестве жены она, теперь, ему была не нужна. Женитьба еще с юности представлялась Корнилову чем-то ужасным, кабальным и неприятным. Тем, что разрушало чувства, любовь и свободу. Словно путами на всю жизнь он должен был сковать себя и принадлежать лишь одной женщине. Но эта мысль была для него невыносима. Его свобода была дороже. Корнилов осознал, что даже если и впрямь Лиза обозлилась на него из-за того, что он не сделал ей предложение о замужестве, то тогда он ничем не мог ей помочь. Все эти мысли вылились в трагичную гримасу на лице Корнилова и когда его уже третий раз окрикнул Потапов, он недовольно бросил:

— Чего тебе, Лешка?

— Говорю, там вроде французы показались. Тебе что нехорошо?

— Да нет, — пробубнил Корнилов, наконец, переведя взор вдаль, куда показывал Потапов.

Уже к вечеру Павел решил, что эта своенравная девица явно не заслуживает его расположения, совершенно не оценив, что он спас ей жизнь и заботился о ней. Он дал себе зарок, что более не подойдет к ней. И прекрасно сможет обойтись и без нее. Даже приближаться к ней он не станет. А будет обходить госпиталь стороной, чтобы ненароком не встретиться с нею. Так он думал в первый день, ощущая в себе необходимые силы. В тот же вечер, Корнилов написал краткое письмо поручику Николаеву, о том, что его сестра находится у них в полку. В нервном состоянии, Павел отдал письмо одному из корнетов при штабе, который должен был назавтра отправиться с депешей в штаб Барклая-де-Толли. Чуть успокоив свое самолюбие и гнев, отправленным письмом, он лег спать, думая о том, что не надо было спасать эту своенравную упрямую девицу из лап французов тогда в лесу.

Однако, на следующий день, запала у Павла поубавилось и его бравадное горделивое настроение сменилось апатией и печалью. Да, он не приближался к полевому лазарету и делал все, чтобы избегать встречи с Лизой и это у него получалось. Но, к исходу второго дня им овладела такая тоска, что Корнилов, весь вечер был не в духе и, выпросив у Сергея гитару, весь вечер наигрывал трагичные и печальные романсы, глухо протяжно подпевая себе и стараясь стереть образ белокурой девушки с яркими глазами цвета зелени из своих мыслей.

На третий день, вернувшись с утреннего построения, Корнилов был в подавленном пришибленном состоянии, ощущая, что ему невозможно хочется увидеть Лизу хоть на миг. Хотя бы издалека. Только чтобы она этого не заметила и, конечно же, не поняла того, что он думает о ней постоянно. К счастью или к несчастью, после полудня, возвратившись после очередной вылазки, он находился на полевой кухне и нечаянно увидел Лизу. В тот момент, он как раз сидел за деревянным большим столом открытой кухни с другими гусарами, поглощая наваристый суп. Именно в это время, на кухню вошли пожилая госпитальная сестра, а за нею Лиза. Приятой пожилой сестре, лет пятидесяти, которая была родственницей доктора Коваля, сию же секунду, один из гусар уступил место, помогая сесть. Женщина поблагодарила молодого человека, назвав его сынок, попросив принести ей каши.

Корнилов едва успел поднять глаза и отразить стройную фигурку Лизы, в темном платье и белом переднике сестры, без платка со светлой толстой косой, как на кухне началось нечто невообразимое. Едва Лиза вошла под навес, полдюжины гусар, незамедлительно, соскочили со своих мест и затараторили:

— Елизавета Андреевна, садитесь сюда…

— Присаживайтесь…

— Садитесь сюда, пожалуйте…

Почти половина двух столов, мгновенно, оказались свободны и Лиза, печально улыбнувшись, поблагодарила мужчин и села за стол, стоявший напротив Корнилова. В общей гуще синих мундиров девушка совершенно не заметила мощную фигуру Павла. Корнилов же смертельно побледнел, наблюдая эту комичную сцену поклонения, когда эти глупцы из-за девушки повскакивали с мест, словно мальчишки и почувствовал, что хочет сделать что-нибудь ужасное.

— Вы будете рассольник или кашу? — сражу же, в ушки девушки полились заискивающие голоса гусар, что уступили ей место и пытались заслужить право первым принести ей еду.

Лиза смущенная и бледная, уже собиралась отказаться от их помощи. Но, тут ее взор случайно переместился в сторону и она увидела напротив себя за столом Корнилова. Они не виделись последние три дня. Лиза и сегодня не ожидала, увидеть его в походной кухне, ибо знала, что Павел любил есть в своей палатке. Она замялась и пронзительно посмотрела на него. Увидев внимательный прищуренный взор Корнилова, направленный в ее сторону, она вдруг слишком сладко улыбнулась одному из стоявших около нее молодых людей, что ожидали от ее ответа и произнесла:

— Будьте добры, немного супа…

Гусар бросился исполнять ее просьбу, а Лиза вновь невольно перевела свой прелестный взор на Корнилова.

Ощущая, что ему не хватает воздуха от ее коварства, лицемерия и лживого поведения Павел звонко бросил ложку на стол, не доев кашу и шумно встав, быстро вышел из-под навеса, сжимая от злобы кулак.

Когда Корнилов вышел, Лиза напряженно проследила за его высокой удаляющейся фигурой и, тут же, ее взор потух. Майор уже вернулся с супом и услужливо поставил миску перед девушкой. Лиза поблагодарила его и немного смущаясь под внимательными заинтересованными взорами гусар начала понемногу есть суп, стараясь не замечать призывных взоров окружающих ее мужчин.

Спустя еще два дня, окончательно капитулировав и измучившись, Павел понял, что погорячился в последний разговор с Лизой. Он отчетливо осознал, что ему плохо без нее. К тому же его совесть день и ночь не давала ему покоя, твердя о том, что он подлец, который соблазнил невинную девицу и совсем не сделал ей предложения о замужестве. Это травило его существо не меньше, чем холодность девушки.

Но в настоящее время, он не знал, как исправить положение и как вновь привлечь внимание девушки к себе. Нынче, они нигде не встречались и вообще не виделись. Единственным местом, где он мог встретить ее был полевой госпиталь, но туда у него не было повода прийти. Он был здоров. Увидеть же Лизу ему отчаянно хотелось.

В один из дней, едва у него выдалась вечером свободная минутка, он словно одержимый поспешил к лазарету, надеясь на то, что у него получится не только увидеть объект своего вожделения, но и поговорить с девушкой.

Павел долго ожидал Лизу у крайней палатки, которая располагалась рядом с лазаретом, чтобы хотя бы мельком увидеть ее и как будто случайно подойти к ней поздороваться. Около получаса он стоял, не шевелясь, словно замерев. Наконец, Лиза вышла из палатки с пустым ведром и, не замечая Корнилова, пошла по направлению к реке, судя по всему, набирать воду. Сначала Павел хотел последовать за ней, но побоялся, что Лиза воспримет это так, будто он бегает за ней. Потому он, нахмурившись, остался стоять на прежнем месте. Однако, понимая, что так он ничего не добьется, он приблизился к палатке из которой вышла минуту назад Лиза и решил как будто случайно попасться ей на глаза, когда она будет возвращаться с водой и поздороваться. Может он заметит в ее глазах такую же тоску, какая владела и его сердцем и тогда он сможет сказать ей слова примирения? И все опять будет хорошо?

Спустя некоторое время он услышал, приближающиеся голоса. Замерев у палатки, словно истукан Павел уже приготовился поздороваться с девушкой, как отчетливо увидел, что Лиза идет не одна. Перед его взором предстала неприятная картина. Рядом с Лизой шел поручик Шебякин, неся ее ведро и что-то радостно с упоением рассказывая, видимо, желая, поразить девушку своими речами. Лиза по-доброму улыбалась ему и односложно отвечала.

У Корнилова потемнело в глазах от злости и он решил, немедленно, ретироваться, но было уже поздно. Они увидели его, поскольку приблизились к нему на расстояние нескольких шагов.

— А Корнилов? Ты разве не в разъезде? — спросил вдруг Шебякин, ставя тяжелое ведро с водой у палатки и обращаясь к Лизе галантно произнес. — Когда вам еще нужна будет помощь, Елизавета Андреевна, обращайтесь.

— Спасибо, Денис Романович, — ответила вежливо Лиза и улыбнулась ему. Взяв ведро и собираясь войти в палатку она, наконец, сделала вид, что заметила Корнилова, который стоял неподалеку в напряженной позе, натянутый словно тетива. Лиза высокомерно холодно кивнула ему в знак приветствия. На это Павел лишь поджал губы и начал нервно теребить рукой свой ментик. Девушка быстро вплыла в палатку и скрылась из виду.