Чтение онлайн

Вероятно, линия Василия Великого в отношении последователей Маркелла все же победила, т. к. в 381 г. на II Вселенском соборе «маркеллиане», наряду с «фотинианами», были осуждены (1–й канон). Сам Маркелл в церковном предании со временем стал однозначно вспоминаться как еретик. В современной же патрологии предпринимаются попытки если не церковной «реабилитации» (на что патрология не уполномочена) [435] , то восстановления значения Маркела Анкирского как одной из важнейших фигур в христологических спорах IV в.

3. Ныне же мы рассмотрим одно из высказываний, записанных Астерием. Ибо он говорил: «Ведь иной есть Отец, родивший из Самого Себя единородное Слово, рожденное прежде всякой твари». Соединив и то и другое, он написал: «единородное и первородное», хотя в этих именах и присутствует противоречие, что легко понять даже очень неразумным людям. Ведь очевидно, что единородный, если он действительно единородный, уже не может быть первородным, а первородный, поскольку он — первородный, не может быть единородным.

4. Стало быть, если Он — «рожден прежде всякой твари», и «в Нем все сотворено» (ср.: Кол. 1, 15–16), то нам следует знать, что апостол здесь упоминает о Его домостроительстве по плоти.

8. И пусть Астерий не считает невероятным, что тело Господа, будучи молодым, могло относиться к столь великой древности. Пусть он имеет в виду, что, несмотря на молодость человеческой плоти, Слово, решив принять посредством святой Девы эту плоть, соединив с нею то, что принадлежит Ему, не только сотворенного в Самом Себе человека превратило в «рожденного прежде всякой твари», но и желает, чтобы Он был началом всего, — не только земного, но и небесного.

10. Итак, творение отличается от Него деятельностью, присущей человеку. Поэтому говорит: «Господь создал Меня началом путей Своих для дел Своих». Ясно, что создал посредством Девы Марии, посредством Которой Бог решил соединить Свое Слово с человеческой плотью.

11. Итак, поскольку дело обстоит таким образом, нужно в соответствии с разумом рассмотреть этот стих, изреченный иносказательно: «Господь создал Меня началом путей Своих для дел Своих». Ибо Владыка наш Бог, сотворив, воистину создал нечто, не имевшее бытия; ведь Он «создал началом путей Своих» не существовавшую [всегда] плоть, воспринятую Словом, но плоть, не имевшую [ранее] бытия.

18. Ибо поскольку Астерий сказал, что Слово было рождено прежде веков, это его высказывание уличает его как лжеца: он погрешил не только против смысла, но и против буквы. Ведь если Притча гласит: «До века Он основал Меня», как он может говорить, что Христос был рожден прежде веков? Ибо одно — быть основанным прежде века, другое — быть рожденным прежде веков.

24. Разумеется, Владыка через пророка Соломона, глаголющего: «Прежде появления источников вод», говорит о плотском рождении.

26. Совершенно очевидно, что пророк иносказательно назвал святых апостолов и источниками.

33. Итак, святой апостол и ученик Господа Иоанн, упомянув о Его вечности, стал истинным свидетелем Слова, глаголя: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог». Не упоминая здесь ни о каком рождении Слова, но пользуясь одним за другим тремя свидетельствами, он подтвердил, что Слово было в начале.

37. Павлин написал сие, не сославшись на евангельское учение, но признав, что одни к этому приходят сами, другие же движутся в этом направлении благодаря чтению проповедовавших ранее мужей. Затем, словно поставив заключительный знак в изложении, он в своем письме сделал приписку из высказываний Оригена как человека, который более [других] способен убедить [в чем-либо] вопреки евангелистам и апостолам. Высказывания же эти суть таковы: настало время, пересмотрев учение об Отце и Сыне и Святом Духе, немногое из оставленного тогда пропущенным обстоятельно изложить. [Сказать] об Отце, что Он, будучи неделимым и нераздельным, становится Отцом Сына, не исторгая Его из Себя, как полагают некоторые. Ибо если Сын является тем, что было отторгнуто от Отца, и Его порождением, каковы бывают порождения живых существ, то неизбежно исторгнувший и исторгнутый будут телом.

38. Так написал Ориген; не пожелав узнать о вечности Слова от святых пророков и апостолов, но доверившись позднейшему предположению, он дерзает безрассудно рассуждать о Слове.

39. Тот факт, что Ориген, написав это, руководствовался собственными мнениями, очевиден из частых опровержений им своих слов. Следует упомянуть все, что он говорил о Боге в еще одном отрывке. Он пишет так: ведь Богу стать Отцом не препятствовала невозможность достижения отцовства, как это бывает у становящихся отцами людей. Ибо, если Бог всегда совершенен и у Него есть власть быть Отцом, и Отцом прекрасным такого же Сына, почему Он медлит и лишает Себя прекрасного и, можно сказать, не становится Отцом с того момента, с какого может Им быть? То же самое следует сказать и о Святом Духе. Каким образом Павлин, осчастливленный написавшим это Оригеном, счел не безопасным, с одной стороны, эти слова утаивать, с другой стороны, воспользоваться для подтверждения собственного мнения противоположными, смысл которых, как мне представляется, не способен объяснить сам Ориген?

40. И Павлин, его [437] [духовный (?)] отец, убежденный этими высказываниями, не боится говорить и писать то же самое [438] , то заявляя, что Христос второй Бог и что Он сделался Богом весьма сходным с человеком, то определяя Его как творение. Что это так, что Христос является творением, он стал утверждать однажды и у нас, прибыв в Анкиру.

42. Ибо Слово «было в начале» (Ин. 1, 1), и не было ничего другого, кроме Слова. Родился же соединенный со Словом Человек, Которого прежде не было, как учит нас Иоанн, говоря: «И Слово стало плотью» (Ин. 1, 14). Поэтому, очевидно, он упоминает только о Слове: ведь если в Священном Писании упоминается имя Иисус или Христос, то ясно, что речь идет о Слове Божием, соединенном с человеческой плотью. Если же кто-нибудь заявит, что может показать [употребленное] до Нового Завета в отношении единственного Слова имя Христос или Иисус, обнаружит, что это было сказано пророчески, как следует из слов: «Восстали цари земли, и князья собрались на одно и то же дело против Господа и против Христа Его» (Пс. 2,2).

43. Совершенно очевидно, что никакое другое имя не подходит для вечного Слова, кроме того, что изрек в начале Евангелия пресвятой ученик Господа и апостол Иоанн. Ведь когда после принятия плоти Он провозглашается и Христом, и Иисусом, и Жизнью (Ин. 11, 25; 14, 6), и Путем (Ин. 14, 6), и Днем (ср.: Ин. 8, 12; 9, 4–5; 11, 9; 12, 46), и Воскресением (Ин. 11, 25), и Дверью (Ин. 10, 7; 9), и Хлебом (Ин. 6, 33; 35; 41; 48; 50–51; 58), и может быть назван Священным Писанием как-нибудь иначе, нам не следует на основании этого забывать первое имя, что оно было — Слово. Поэтому пресвятой евангелист и ученик Господа, побужденный могучим Духом, упоминая лишь о самом начале и не о чем более позднем, говорил: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог» (Ин. 1,1), дабы показать, что если [имеется] какое-нибудь новое или более позднее имя, то оно появилось у Него из-за нового, последующего домостроительством по плоти.

44. Ибо Савеллий, отпав от правой веры, не познал в совершенстве ни Бога, ни Его святое Слово. Ведь, не познав Слово, он не познал и Отца. Ибо «никто не знает Отца, кроме Сына» (ср.: Мф. 11,27), то есть Слова. Ведь Слово посредством Самого Себя дает познание Отца. Так и тем иудеям, которые думали тогда, что знают Бога, но отвергли Его Слово, посредством Которого только и познается Бог, [Господь] говорил: «Никто не знает Отца, кроме Сына и того, кому Сын откроет» (Мф. 11, 27). Так как невозможно было познать Бога иначе, Он учит людей познавать Его через Свое Слово, а потому и он [Савеллий] впал в заблуждение, не познав в совершенстве Отца и Его Слово.

52. Чтобы в речении: «В начале было Слово» показать, что Слово есть в Отце потенциально [439] , ибо началом всего возникшего является Бог, «из Которого всё» (1 Кор. 8, 6); в речении же «и Слово было у Бога» показать, что Слово пребывает у Бога в действии, ибо «все через Него начало быть, и без Него ничего не начало быть» (Ин. 1,3); в речении, что Слово есть Бог, [показать,] что Божество нераздельно, поскольку и Слово в Нем, и Он в Слове; ибо [Господь] говорит: «Отец во Мне и Я в Отце» (Ин. 10, 38).