Чтение онлайн

Глубоко вздохнув и силой воли выбросив мысли о странной встрече из головы, Антония направила машину в сторону департамента.

Гостинцам коллеги обрадовались. Калли тут же навела всем чай, Лендер достал откуда-то коробку леденцов, и, когда через полчаса в кабинет зашел начальник, то застал мирную картину почти семейного чаепития вокруг стола артефактора.

— Ну и как это понимать? — устало вздохнул Ирвин.

— Сахар полезен для ума, — тут же вставила Антония, понимая, что это, в общем-то, она подставила коллег своими угощениями.

— Тогда и мне сделайте, покрепче и послаще, а то голова совсем уже не варит, — вздохнул шеф, окинув насмешливым взглядом притихших подчиненных, и подтянул стул для посетителей в общий кружок.

Калли что-то пискнула и в очередной раз поставила чайник, к Ирвину придвинули коробки и кульки с угощениями.

— А что случилось, босс? — тихонько поинтересовалась Антония, почти кожей ощущая неприятное покалывание от нависшей над мужчиной тучи тяжких раздумий. Нагружать его еще и новостями о таинственном типе резко расхотелось.

— Новое убийство. Ночная бабочка, семнадцать лет, одиночка. Ни семьи, ни друзей. Соседи жаловались, что клиентов приводила домой, вчера, по их словам, был кто-то совсем ненормальный. В странных одеждах и маске.

— Чучело? — само собой вырвалось у Антонии.

— Именно так они этого типа и описывали, — прищурился Ирвин. — А ты откуда знаешь?

— Вчера встретила мадам Клозетту, она утверждает, что видела живое Чучело в переулке, когда вышла подышать свежим воздухом среди ночи, — сообщила девушка.

— Хм. Уже что-то, — повеселел босс. — Антония, я про Уложение двадцать пять помню, ближайшие два дня ты работаешь в кабинете, на приеме жалоб. Без допросов и выездов. Шаттон, вы с Калли поговорите с соседями жертвы. Когда Гус вернется, пусть отправляется к мадам Клозетте, выяснит подробности. Вика ко мне в кабинет. Все, шевелите шестеренками. Как только появится новая информация или хоть какие-то новости, сразу сообщайте мне.

Прихватив кружку с недопитым чаем и пару крекеров, Ирвин ушел к себе, едва не забыв пиджак. Калли, вздохнув, убрала со стола, отказавшись от помощи Антонии, мол, та и так угощения на всех принесла. Шаттон занялся своим любимым делом и обстоятельно оформил папку для новой жертвы, сразу же наполовину забив ее бумагами. Антонии хотелось поежиться от их спокойствия. Новая смерть, а они спорят, какой опросник взять на выезд так, словно выбирают крекеры у прилавка кондитерской.

Скоро отдел опустел. Лендер ушел в конец коридора, к коллегам из департамента патентов, а Антония все же решила зайти к боссу. Лендер в конце коридора с парой мужчин в серо-фиолетовой форме, бурно жестикулируя, спорили над непонятной юлой, жужжащей посреди коридора. Антония про себя улыбнулась. Похоже, коллега опять пытается запатентовать какое-то свое изобретение.

На стук Ирвин ответил сразу. Антония просочилась в дверь, подняла взгляд на босса. Кольнула совесть о том, что она по пустякам собирается его отвлекать.

— Тебя что-то беспокоит? — сразу уловил суть проблемы Ирвин.

Он внимательно выслушал Антонию, постучал ручкой по столу.

— Я тебя понял. Сама понимаешь, объявлять этого неизвестного преступником лишь потому, что он для тебя закрыт, мы не можем. Кроме того, у него может быть официальный допуск и разрешение к артефактам с подобным эффектом, например, если он из королевской семьи или секретных служб. Но спасибо, что сказала, я буду отслеживать этот вопрос. Еще вопросы? Нет? Свободна.

Антония вежливо кивнула и вернулась в кабинет. Она была благодарна боссу за то, что отнесся к ее словам серьезно. Быть может, неизвестный и есть их неуловимый убийца?

Антония вяло перебирала прибывшие с механическими птицами заявления. Ложное срабатывание охранной сигнализации в частном доме, подозрение на поддельные лекарства, докладная на соседа о том, что тот бьет жену; неизвестные хулиганы разбили витрину торговой лавки, пропажа механической собаки и жалобы на шум из таверны в доме напротив — все как всегда.

Взгляд зацепился за написанное корявым, как будто детским почерком письмо. Вытянув бумагу из общей кучи, Антония вздрогнула. Пропала мама… Приметы… Во что была одета… Носила кулон и браслет… Девушка бросилась к стеллажу с делами, которые списали на несчастный случай. Где же оно. Ах, да, вот, третье слева. Женщина, около тридцати лет. Про кулон и браслет ни слова, но остальные приметы и одежда, к сожалению, совпали. Антония с силой сжала папку, сама этого не замечая. Украшения наверняка давно пополнили коллекцию Чучела. Ну, убийца, ну, погоди, воздастся тебе по заслугам.

Когда через пару часов вернулись Шаттон и Калли, Антония разложила на полу неровными рядами все "несчастные" и "глухие" дела за последние два года. Рыжая коллега недоверчиво фыркнула и, осторожно переступая через бумаги, прошла к своему столу. Шаттон внимательно выслушал Антонию, вник в суть проблемы и уселся прямо на пол, рядом с девушкой. Задумчиво осмотрел фронт работы и потянулся к ближайшей папке. Дела про мужчин Шаттон с Антонией сразу откладывали, а всех девушек, хоть немного подходящих на роль жертвы Чучела, собирали в стопку. Таких дел накопилось больше пятнадцати.

Гус, как всегда, ворвался в кабинет, не глядя под ноги, споткнулся об аккуратную стопку прошлогодних убийств и едва не налетел на Шаттона.

— А что тут у вас происходит? — младший помощник ошалело уставился на царящий в кабинете кавардак.

— Собираем дела по Чучелу за последние несколько лет, — ровно отозвался Шаттон, поднимаясь с пола. Антонию он уже давно пересадил за свой стол, составлять обобщенный предполагаемый портрет жертвы и искать общее между всеми пропавшими девушками. Сам он продолжал выбирать подозрительные дела, которые могли быть связаны с их маньяком. Увы, но приходилось признать, что у них в городе действительно завелся серийный убийца.

— По кому? — Вик зашел сразу за Гусом и аккуратно прошел к своему месту. Чмокнул Калли в щеку, отчего та зарделась и смущенно покосилась на коллег.

— Антония считает, что половину висяков за последние пять лет можно списать на нашего убийцу, — коротко описала она суть проблемы.

— Да? А какие предпосылки?

Через десять минут блондин хмуро теребил манжету рубашки и недоверчиво оглядывал перечни дел.

— Похоже на правду. А ту брюнетку, что пропала по осени, уже посчитали?