Чтение онлайн

Вторая вещь значительно более серьезная. Путин при всех искажениях сохранил инстинкты Советского государства по защите государственности на мировом пиршестве хищников. Рассыпать государство – в том числе остаточную память победившего войну Сталинского государства – это вернуться к архаике, где гигант Константин Семин – пигмей по отношению к волевому импульсу Российского Советского государства. «В момент, когда готов я сдаться, и рядом нету никого, во мне грохочет государство железным голосом его», – это Городницкий очень точно говорит через образ Левитана про воплощение государства. И поэтому задача более серьезная – как предлагать действие от имени государства, выявляя извраты и ложь финансовой олигархии и ее антропологической формы в Российском Правительстве?

Да, уважаемые левые пропагандисты, к топору зовущие Русь, тяжело у вас с теоретической формой осмысления действительности и новым политэкономическим знанием, а без него вы – ролевики-«реконструкторы», застрявшие в прошлом.

Но конечно, за образ будущего отвечают власть и правящий класс. Отсутствие видения и представления о будущем означает отсутствие стратегии. А революционный класс – это тот, кто задает альтернативу этого будущего, меняя навязываемые представления правящего класса, если они реакционны, неграмотны или просто устарели. Революционный класс – «класс развития» – вырывается прежде всего из-под знаниевой гегемонии существующего правящего класса собственников, опираясь на новые производственные силы и, тем самым, попадая в новые отношения по поводу производства. Если группа людей не вмешивается в преобразование картины будущего общества, это не революционный, не прогрессивный класс, но группа в функции надоедливой мухи, отвлекающей людей от выработки представлений о будущем.

А реконструкторам, навсегда погрузившимся в прошлое, противостоят фантазеры-форсайтеры, отщепившие функцию воображать несуществующее будущее, которого никогда не будет. Основное направление фантазирования – это, конечно, трансхьюм. Люди с вживленными чипами, киборги с имплантированными гаджетами внутри тела, обладающие сумасшедшей скоростью вычислений, но… остающиеся абсолютно глупыми и мертвенными машинами. Но вычисления не имеют отношения к собственно мышлению, как об этом убедительно рассуждает (нет пророков в своем отечестве) Роджер Пенроуз. Фантастика как очень продуктивный жанр моделирования возможных миров и проживания этих миров, в данном случае превращается в специальную клетку, в которой человек замыкает себя, чтобы не воспринимать реальность. К бульону фантазирования псевдобудущего, которого никогда не будет, имеют отношения любые произвольные геополитические комбинации, не соответствующие никакой исторической динамике. Человек произвольно соединяет в причудливые комбинации куски государств и территорий, Сан-Марино с Северной Кореей, а Венгрию с Чечней, с ужасом и радостью наблюдая, какая получается невообразимая несуществующая окрошка. Подобному хаосу неосуществимого псевдобудущего соответствует хаос социальной динамики, который таким бесконтрольным думаньем не опознается и не выявляется. А состояние разломов и хаоса переносится в систему произвольных размышлений про будущее, когда невозможно ответить на вопрос, речь идет о реальности или об неограниченном буйстве причудливых сочетаний разных тем и представлений о будущем.

Обоим типам – щепетильным реконструкторам, застывшим и застрявшим в прошлом, неважно, в детализации какого-то единичного сражения или внутри какого-то понятия – например, антагонистической борьбы давно исчезнувших классов, и фантазийным буйным модельерам несуществующего будущего противостоят «ловцы мгновений настоящего» («мгновеньевисты»). Как поется в замечательной советской песни «Есть только миг. За него и держись». «Мгновеньевизм» или «чанайцы» (по-китайски chana ) требует перестать бесконечно проживать ушедшее прошлое, не бродить по коридорам возможных псевдосценариев будущего, которого не будет, а отдаться власти момента и ситуации. Необходимо осознавать себя в реалиях настоящего. Это прекрасная процедура реабилитации и восстановления сил уставшего человека. Но для политика она превращается в суженный коридор действия человека, которому надо иметь стратегический образ будущего. «Мгновеньевизм» редуцирует стратегию к тактике, к действию в ситуации. Не случайно все восточные противоборства учат управлению моментом, мгновением. И успешные политики и управленцы правящего класса неустанно занимаются всеми типами восточных противоборств от дзюдо до айкидо, от кендо до кекусинкай (яп. , «общество высшей истины», стиль карате). «Мгновеньевист» является очень успешным тренированным антропологическим типом политика и управленца. Он все время находится в реальной ситуации и разрабатывает успешный тип действия в ней. Единственный его недостаток – у него нет никакого образа будущего, и он вообще не формирует будущее. Будущее – его Черный Человек. Образ будущего – его наказание. Он всех до одного переигрывает в ситуации быстротечного противоборства, кроме самого будущего. Будущее является к нему и показывает, что ситуация поединка закончилась. И дальше. Бессмысленность и пустота до следующей ситуации-мгновенья.

Образование разрушается, и уровень подрастающего поколения падает, промышленность разрушается и новых типов индустрий не создается, исчезают огромные отрасли – собственное авиастроение, машиностроение, станкостроение и так далее. Не появляется лазеростроение и собственное производство чипов. Рубль остается хилой, слабой, несамостоятельной валютой, собственное фундаментальное знание в стране не производится – центры генерирования знаний находятся за территорией России. Наличие подобных антропологических типов, показывает, что распалось время целеполагания, свершений и действия, или по-шекспировски «время вышло из пазов». Стыки времени замерли в виде отдельных враждующих или безразличных друг к другу антропологических типов. Сдвинуть эти типы можно только за счет идеологии созидания, но это отдельный разговор.

Еще один вариант развала единого процесса получения и употребления знания, при продвижении общества и страны в неопределенное будущее, связан с выделением типов чистой, словесно-начетнической веры – особого племени «деловаров» – прагматистов деловиков без знания и без веры. При подобной организации антропологических типов разрезаны на куски и противопоставлены вера – знание-действие. Те, кто действуют («деловары», утверждая, что они «дела делают»,) ни во что не верят, не вырабатывают знания. Те, кто предъявляют представленную исключительно в виде повторяющихся фраз веру, вербуют исключительно самих себя, отделив речь от действия, в широком смысле дел, без которых «вера мертва есть». Те, кто являются носителями знания, не владеют методами порождения, употребления, проблематизации знания, не могут технологии общественной проверки и проблематизации знания передать другим людям. Они застряли в формулировках абстрактного знания. Формальное знание является их верой. Возможен более сложный случай, человек бегает по всему набору этих позиций, когда знания, действие и вера мелькают в его сознании как стеклышки в калейдоскопе, не соединяясь в единое целое.

Итак, мы описали здесь следующие антропологические типы, встроенные во власть, которые не порождают нового знания и не проблематизируют сложившиеся формы управления страной. Перечислим их кратко:

1. Разоблачительная искренность речи без перехода к действию.

2. Демонстративный технологизм вплоть до технокретинизма.

3. Убежденные эмигранты – «пора валить».

4. Почвенный фашизойды.

5. Реконструкторы-ролевики.

6. Фантазеры про будущее.

7. Мгоновеньевисты-тактики.

8. Типы связанные с развалом связи между верой, знанием и действием:

а) носители начетнической веры;

б) словесных форм про знание;

в) действия с зауженным горизонтом и сиюминутной выгодой.

Для них для всех характерно отсутствие ориентации на прорыв и порождение нового мобилизующего предмета действия.

Первая исходная способность представителя будущего правящего класса состоит в постановке прорывных, сдвигающих границу мировых возможностей, целей – с позиции России как субъекта. 30-летняя деиндустриализация оголила огромное поле возможностей, в котором и могут ставиться прорывные цели. При этом на первом шаге реалистичность целей определяется всего лишь дерзновенной энтелихей (т. е. если буквально переводить этот важнейший аристотелевский термин, «воцеливанием», вхождением в поле цели) российской государственности. Тот, кто говорит от ее имени, задает рациональность устремленного в будущее прорыва. Эти цели лежат вне поля сложившихся экономических закономерностей, форм собственности, организационно-корпоративных и институциональных членений, вне возвратности инвестиций.

Человеку, который захотел говорить от имени будущей власти надо выйти за рамки этих всех ограничений. При постановке прорывных целей все определяется возможностями самого мышления, связанного с традицией и историей российской государственности, а также территорией страны, на которой может быть развернута деятельность населения. Тебе, представитель будущей власти, и надо говорить от имени тысячелетней истории Российской государственности и территории России.

При этом прорывные цели обладают собственной реальностью действия, а не являются фантазмами или химерами сознания. Просто для этого действия надо мыслить масштабами страны, а плацдармом должен быть весь мир. Нас последовательно 30 лет во всех системах подготовки управленцев высшего звена отучали от подобного мышления, маргинализируя и превращая его носителей в юродивых. В лучшем случае о подобных целях разрешалось говорить, если уже была простроена их технологическая реализуемость – за счет каких болтов и гаек, какими ключами конструкцию собирать и свинчивать, и всегда требовалось предъявлять финансовую окупаемость вложенных средств и возвратность инвестиций еще до окончательного продумывания самой идеи проекта.

Так вот, уважаемый представитель будущего правящего класса, тебе предстоит выйти за все эти созданные либерализмом красные флажки, выхолащивающие мышление масштабами государства и планеты. Возможно, для этого тебе придется разыскать подобных юродивых, которые мыслят масштабами российской государственности, либо самому стать юродивым. Именно в области мышления прорывными целями всей страны лежит независимость государственного действия от целей крупного собственника, олигарха, владельца крупной корпорацией. Поскольку в настоящий момент считается, что цели развития бизнеса в определенной области должен ставить собственник, руководитель корпорации, который владеет акционерным капиталам в этой фирме. Государство же должно лишь оказывать услуги. Ставить прорывные цели представителя государства никто не уполномочивал, считает либеральный управленец, подготовленный в ВШЭ или РАНХиГСе.

Но у мышления прорывными целями в масштабах всей страны есть свои очень жесткие нормы и законы. Тренированное мышление всегда очень легко отличит неординарную мысль от фантазма и кривобокой мечтательности, которой страдают пустые прожектеры. И подобные прожектеры существовали всегда. Вот, например, по-своему замечательный документ, присланный в 1966 году в Государственный комитет СССР по науке и технике, в научный Совет по проблеме «Изучение океанов и морей, и использование их ресурсов», на имя директора Арктического и Антарктического научно-исследовательского института тов. Трешникова А. Ф. от тов. Пасторса А. Ф.