Аня де Круа
Шрифт:
Мы тихонько тронулись, но больше ни у кого не было желания вести беседы и весело смеяться.
***
Этим холодным зимним утром, собираясь на обычную конную прогулку, Гай де Круа даже не мог представить, какая встреча его ждет.
Миллиардер владел несколькими элитными конюшнями по всей Европе, но в Россию он привез только одного своего любимца – коня по кличке “Император”. Этот чистокровный арабский скакун, кохейлан, массивный, широкогрудый, с неимоверной выносливостью, несколько раз завоевывал приз Дерби, но на последнем соревновании серьезно травмировал ногу. По заключению ветеринара, животное полностью вылечили, но к скачкам больше не допустили. Так, четырехлетний жеребец получил своего рода статус пенсионера и теперь на нем катался только его хозяин.
Гай любил его навещать, в России были отличные конюшни и он знал, что о великолепном животном прекрасно заботятся.
Сегодня он делал свой обычный прогулочный круг, чтобы Император мог вволю побегать. Постепенно перейдя с шага вскачь, по своему обычаю, француз и представить не мог, что вскоре его так дерзко остановят.
Даже издалека, это зрелище заворожило его – посреди белоснежной дорожки, в припорошенном снегом лесу, стояла белая же лошадь – на которой гордо восседала девушка, длинные, роскошные волосы которой, после активной прогулки были разбросаны по плечам девушки.
Гай не мог поверить своим глазам, когда приблизился и узнал в этом необыкновенном видении… Анну.
Это было похоже на сон… Как будто сама судьба столкнула их здесь, посреди заснеженного леса… как будто хотела показать, что они обязаны быть вместе… Гай не мог отвести глаз от своей возлюбленной…
Но, момент был жестоко прерван, откуда-то появились все эти щенки Ягудины. Француз сразу должен был догадаться, что Аня никак не могла приехать сюда одна, ведь девушка даже не знает о таких местах. И Мирослав… Этот без памяти влюбленный мальчишка осмелился подхватить под уздцы лошадь Анны.
Похоже, девушка сделала свой выбор и далеко не в пользу Де Круа. Он был взбешен, разбит… Гай ждал, что выбор мог быть сделан не в его пользу… но, как оказалось, совсем не был готов к этому!
Француз поспешил уехать с конюшен. Ему было все ясно, и дольше обременять своим присутствием эти места у него не было намерения. Похоже, он сможет уехать из России раньше Нового года.
Глава 12
От того, что устроила Белоснежка, у меня сильно разболелась рана. И, когда братья вернули нас на дачу, я извинилась, что не буду присутствовать на обеде и удались в спальню, отведенную мне.
Скинув пальто и забравшись на кровать, я обняла большую белую подушку. Рана болела нещадно, а из головы не выходила встреча с Гаем. Как это могло произойти? Почему мы столкнулись именно сейчас? Ведь он все неправильно понял. Хотя… после вчерашнего его поступка… наверное… это лучшее, что могло случиться.
Уходя – уходи и не тяни за собой прошлое. Но почему же я так сильно не хочу его отпускать?
В дверь тихонько постучали:
– Не спишь? – в комнату вошел Мирослав, державший в руках небольшую связку сухих дров, – я растоплю камин, чтобы ты не замерзла.
Молодой человек прошел через комнату и занялся тем, ради чего поднялся сюда.
Я смотрела на него. Ловкими движениями он разложил дрова в камине и разжег огонь.
А может быть, все-таки, вот моя судьба? Почему-то с Гаем мы постоянно из-за чего-то расстаемся, но с Мирославом все наоборот. Никаких препятствий. Я еще это до конца не успела осознать, а он уже познакомил меня со своими родителями, которые приняли меня как родную дочь. С ним все само собой налаживается. Он красив. Надежен. Умен и влюблен в меня до потери памяти. Кажется, если я хотя бы намекну, что готова быть с ним…
Как это может быть?
– О чем ты думаешь? – спросил меня детектив.
Оказывается я весьма пристально смотрела на него и бог весть что он мог подумать из-за этого.
– А? Ничего такого… Просто… после прогулки, рана очень болит, – поспешила оправдаться я.
– Можно я посмотрю?
– Нет, все хорошо, не стоит. Не беспокойся. Так бывает.
– Ань, не сопротивляйся, я разбираюсь в ранениях. А если там что-то серьезное? Не бойся – я всего лишь осмотрю на расстоянии, не буду к тебе приставать. Давай, снимай свитер, у тебя же есть под ним майка?
– Да, – проворчала я и подчинилась. В конце концов, зная уже немного его характер, я понимала, что он не отстанет, пока не добьется своего, как и все го братья.
Мирослав сел рядом со мной на самый краешек кровати и очень осторожно провел пальцем вокруг раны:
– Скажи, если будет больно, – он легонько нажал в нескольких местах.
– Больно?
– Нет.
– Что ж, похоже, действительно ничего страшного. Но, я бы отвез тебя к врачу.
– Нет, не беспокойся. Я немного отдохну и все пройдет. Мне все равно к нему через несколько дней на осмотр.
– Уверена? Может, все-таки поедем? А на обратно пути я угощу тебя мороженным?
– Нет, честно. Мне просто нужен небольшой отдых.
Детектив встал и подошел к тумбочке. Открыл верхний ящик и достал оттуда теплый плед, которым тут же заботливо укутал меня.
– Знаешь, – сказал он тихо, – твой приезд – лучший подарок для меня. А сейчас спи, чуть позже я загляну проверить камин.
Он наклонился, явно планируя меня поцеловать, но, наткнувшись на мой строгий взгляд, просто немного подоткнул подо мной одеяло. Улыбнулся и тихонько вышел из комнаты.
Я практически сразу погрузилась в сон. В этом уютном, дружелюбном доме, после утренней прогулки по морозу, теперь, на мягкой кровати, заботливо укрытая пледом… Это ли не должно быть счастьем?
***
В душе Мирослава пели птицы и цвела весна. Более точнее трудно было бы описать то, что он сейчас чувствовал.
Аня, живая и здоровая, спит в его доме. Похоже, они с Де Круа расстались по какой-то причине. Ягудин был на седьмом небе от счастья. У него появился реальный шанс завоевать сердце любимой и вытеснить оттуда француза. На этот раз он сделает все очень аккуратно.
Хотя, он почти сорвался… Когда Аня так близко… Когда он чувствует запах ее волос, тепло ее тела… прикосновения к ней врезались намертво в память влюбленного молодого человека. Кровь просто закипала в его жилах, когда он приближался к Ане. Мирослав был готов хоть сейчас сделать ей предложение… И, признаться, он уже купил кольцо.
От родителей и братьев он не скрывал своих чувств и был благодарен всей своей семье за то, что они так радушно приняли его возлюбленную, хоть и знали, что сейчас она все еще не до конца рассталась с Гаем де Круа.